Конфидент для призрака (СИ)

– Меня тоже, – жарко шепнула Стелла, неожиданно повернувшись и словно совершенно случайно прижавшись к Алексею пышной грудью. – И не сверкай на меня глазами, я тоже так умею. И вообще — очаровывайся мной пооткровеннее, чтобы уж гарантированно все заметили.
– Я стараюсь, – тихонько засмеялся Алексей и тут Завьялов, который, здороваясь с некоторыми гостями, плавно, но целенаправленно перемещался в их сторону, оказался совсем близко. – Ты абсолютно обворожительна, дорогая Стелла, так что…
– Алексей Константинович! – Краснов обернулся и увидел Завьялова, который улыбался ему, словно лучшему другу. – Какая приятная неожиданность! Нечасто вы нас балуете своим присутствием!
– Приветствую, Дмитрий Александрович! Выставка просто великолепна, – Алексей обвёл рукой стены, на которых были вывешены полотна, смысл которых, как Краснов ни старался, от него ускользал. Ну вот не видел он ничего, достойного восхищения, в мешанине цветных полос и размытых пятен.
– Его считают достойным продолжателем Марка Ротко, – со знанием дела пояснил Завьялов, – он выставляется в Париже, в Лондоне, в Нью-Йорке, а теперь и у нас появилась возможность приобщиться к прекрасному.
– Ну, насчёт прекрасного я бы поспорил, – честно ответил Краснов, глядя на пятно мутно-зелёного цвета, вокруг которого были наляпаны пятна и мазки уже серого цвета, напоминающие не то червяков, не то обрывки бумажной ленты.
– Скорее, это напоминает полотна Роберта Римана, – решила поддержать разговор Стелла, и Алексей с удивлением услышал, как её голос внезапно приобрёл невероятно сексуальные интонации, став каким-то хрипловато-ломким. – Эти сочетание серого и белого характерно именно для него, не правда ли?
– Вы разбираетесь в современной живописи? – Завьялов тоже отреагировал на голос и посмотрел на Стеллу с гораздо большим интересом, быстро окинув её с головы до ног оценивающим взглядом.
– Разумеется, – очаровательная хрипотца стала мягче, словно бархат сменился шёлком, – я вообще умею ценить… прекрасное.
– Алексей Константинович, вы не познакомите нас? – Завьялов задержал взгляд на груди Стеллы и довольно усмехнулся. – Кто эта прелестная незнакомка?
– О, простите мне мою невежливость, – словно спохватился Алексей, не забывая следить за реакцией Завьялова, – Стелла, позволь представить тебе Дмитрия Александровича Завьялова, спонсора сегодняшнего мероприятия. Дмитрий Александрович, это Стелла, подруга моей жены.
– Вот как? – Завьялов сделал вид, что удивился. – Елена тоже здесь? Я её не видел…
– Она вон там, с моим другом, – Стелла махнула в ту сторону, где о чём-то увлечённо разговаривали Елена и Олег. – А мне Алекс рассказывает о гостях, я ведь в Петербурге совсем недавно и пока никого не знаю…
– Алекс? – переспросил Завьялов и подмигнул Краснову. – Вы только познакомились и уже общаетесь так накоротке? И что же он рассказал, например, обо мне?
– А до вас мы пока не добрались, – засмеялась Стелла, и от этого негромкого смеха у Алексея по спине пробежали мурашки. Да, прав был Олег, эта девушка виртуозно владела голосом.
– Тогда, может быть, я сам вам о себе расскажу, – предложил тоже не оставшийся равнодушным Завьялов, – как-нибудь…
– Дмитрий Александрович, а вы сегодня в одиночестве, без супруги? – с легко читаемым намёком в голосе поинтересовался Краснов.
– Ну, некоторым и присутствие жены не мешает оказывать знаки внимания красивым девушкам, – не остался в долгу Завьялов, впрочем, и без того не забывавший поглядывать в сторону Елены. Он словно разрывался между стремлением всё время держать объект своей давней страсти в поле зрения и желанием очаровать новую девушку, а может, и увести её у Алексея.
– Возьму-ка я себе ещё шампанского, – проворковала Стелла и пошла к столику с бокалами, плавно покачивая бёдрами, изящный изгиб которых подчёркивали великолепно сидящие брюки.
– Не лез бы ты, Дмитрий Александрович, в чужой огород, – не глядя на Завьялова, сказал Алексей, – я эту красотку первым увидел, так что извини.
– Так тут не то важно, кто первым подошёл, а тот, кто сильнее заинтересовал, верно? – так же не поворачиваясь, ответил Завьялов. – Впрочем, я не претендую… хотя девочка удивительно хороша! Пойду лучше засвидетельствую своё почтение Елене.
 
Глядя в спину удаляющемуся Дмитрию, Краснов думал о том, что теперь он очень хорошо понимает тех, кто ради пяти минут адреналина прыгает с парашютом, ездит на сафари, ныряет с акулами. Он сейчас ощущал примерно то же самое, что чувствует дайвер, который в клетке опускается на глубину, чтобы увидеть вблизи акулу. Азарт, опасность, риск — как он мог отказаться от всего этого? Как позволил себе почти утонуть в спокойствии и благополучии? Нет, он не собирался снова ввязываться в рисованные авантюры, но пощекотать нервы ради благой цели — что может быть лучше?
Дмитрий Завьялов неторопливо шёл в ту сторону зала, где рядом с высоким и почему-то смутно знакомым мужчиной стояла Елена. Зачем шёл, он и сам, пожалуй, не знал, но видеть Елену и не воспользоваться возможностью поговорить с ней — это было выше его сил. Эта женщина вызывала у него привыкание, как наркотик, и он уже отчаялся избавиться от этой зависимости. Не помогало ничто: ни новые, тщательно скрываемые связи, ни стремительный карьерный рост, ни маленькое и, мягко говоря, не слишком законное хобби. Елена притягивала его, словно магнит.
Вот и сейчас Дмитрий смотрел на то, как она улыбается незнакомцу, и ему мучительно хотелось врезать тому в челюсть просто за то, что внимание Елены было отдано кому-то другому, не ему. Почему-то невероятно задело то, что в разговорах с ним Елена никогда не улыбалась, особенно вот так тепло и приветливо. Ему, признанному любимцу женщин, доставались лишь холодные фразы и постоянное «нет». Что есть в этом не слишком молодом, хотя по-прежнему интересном — Димочка старался быть объективным — мужчине? Да, костюм вполне приличный, но не из люксового сегмента, он явно не крупная фигура на рынке, иначе Дима знал бы его. Чем она смог заинтересовать околдовавшую Завьялова женщину? И чего он захочет за то, чтобы отступиться? Димочка был готов почти на любую цену. Он почему-то именно сейчас очень ясно понял, что если не получит Елену, то сорвётся: и без того в последнее время ему всё тяжелее сдерживать в себе тёмную сторону.
– Елена, счастлив вас видеть! – усилием воли загнав в глубину ненужные сейчас мысли, воскликнул он. – Вот это сюрприз, вот это радость! И ведь спрятались в самый уголок, ай-ай-ай! Нехорошо!
Он шутливо погрозил Елене пальцем, прекрасно понимая, что она ни на секунду не поверила в его искренность.
– Дмитрий Александрович, – она царственно лишь слегка склонила голову, что не помешало ему взять её руку и прижаться губами к запястью, жадно вдыхая тонкий аромат горьковатых духов. – Выставка прекрасна, вы выбрали более чем достойный объект для спонсорства. И отпустите уже мою руку, пожалуйста…
– О, простите, – он виновато, по-мальчишески улыбнулся, зная, что именно этот вариант улыбки получается у него наиболее неотразимым, – вы же знаете, что я давно и безнадёжно вами очарован. Вы не познакомите меня со своим спутником?
– Конечно, – Елена старалась не смотреть на Завьялова, всей кожей чувствуя его напряжение и жадное внимание, – это Олег, спутник моей землячки и подруги Стеллы, с которой вы уже имели счастье познакомиться.
– А вы смотрели, с кем я разговариваю, – с игривым намёком, от которого Елену передёрнуло, спросил Завьялов, – я польщён!
– Вообще-то я смотрела на мужа, – охладила его пыл Елена, чувствуя непреодолимое желание вцепиться в Олега, – но вы были рядом.
– Я бы тоже, – добавив в голос интимности, негромко проговорил Дима, – повнимательнее присматривал за Алексеем Константиновичем, а то он как-то подозрительно долго беседует с вашей… подругой. Впрочем, вы тоже времени зря не теряете, я вижу…
– Дмитрий Александрович, – в голосе Елены звякнули льдинки, – поправьте меня, если я не права, но, по-моему, вас абсолютно не касается, как и с кем я провожу время.