Мой чужой ребёнок (СИ)
— Возненавидела? Меня? — глаза широко распахнулись. Я кашлянул, чтобы прочистить горло. Столько новостей ударило по голове. А я ведь сутки не был на работе и уже боялся думать, что и там меня ждёт сюрприз.
— Ей было непросто принять тот факт, что вы запретили видеться с ребёнком. Я сужу по её состоянию… Не могу сказать точно.
— Господи! — только и смог выдохнуть я.
Как Гале удалось провернуть это? Что подумала Ольга? Каким человеком она меня считает? В голове роилось столько вопросов, что мне начало казаться, словно она вот-вот взорвётся. Я посмотрел на доктора.
— Когда я запретил это, простите?!
Еле хватало сил, чтобы сдерживать в себе эмоции, которые бурлили внутри и пытались извержением лавы вырваться наружу.
— Когда подписывали договор с нашей клиникой на поиск суррогатной матери… — поправил на переносице очки доктор.
Я попытался вспомнить, было ли что-то подобное. Кажется, он прав. Что-то смутно припоминалось, но я тогда и не предполагал, что суррогатной матерью окажется Оля, что у нас сложатся такие доверительные отношения… Чёрт!
— Честно говоря, я даже забыл об этом запрете… — постарался оправдаться я.
— В любом случае он был. Если вы не помните, мы можем найти документ с вашей подписью в папке с вашим делом… — доктор уже потянулся к трубке, наверное, чтобы позвонить на ресепшен.
— Нет. Я припоминаю, что было нечто похожее… Просто вылетело из головы.
Этот разговор немного выбил меня из колеи, как и все остальные новости, сваливающиеся на меня вторые сутки подряд. Однако вернулась ярость. Я чуть сощурился и посмотрел на мужчину, чьи седые волосы порядком поредели. Ему было лет пятьдесят, если не больше. Он годился мне в отцы, но в эту секунду захотелось раскатать его в лепёшку, ведь мало того, что я не знал ничего о рождении ребёнка, так теперь и Оля считает меня монстром.
— Почему никто не сообщил мне, что она рожает?! — прорычал я. — У вас была возможность отправить мне сообщение, мэйл на крайний случай. Нигде и ничего. Почему не сообщили, что я стал отцом? — не унимался я.
— Опять же вы указали в заявлении доверенным лицом свою супругу. Ей сообщили, что Ольга рожает, и когда родила, передали информации о состоянии ребёнка, пол, вес и рост.
— Вы обязаны были дозвониться до меня, впрочем, я готов опустить этот момент… Вы сказали о кормлении моей дочери. Я не знаю, согласится ли Ольга после этого всего…
Я засомневался. На её месте, я бы, вообще, прекратил общение. Близко бы не подпускал человека, который вот так подставил, пусть и неосознанно. Только эта правда не меняла того, что Ляля собрала вещи и покинула дом вместе с сыном ещё до начала родов. И оставила подарки, которые я делал ребёнку от чистого сердца. Или это всё Стас? Могла ли Оля попросить его приехать за ними, когда поняла, что рожает?
— Я мог бы договориться с ней. Если вы доверитесь мне…
— Я хочу сам поговорить с ней для начала.
— Максим Викторович, вы поймите, ей сейчас волнение противопоказано. Если Ольга не начнёт сцеживать молоко сейчас, плюс ко всему понервничает, у неё может не появиться оно вообще. Перегорит. Понимаете? С ней сейчас следует осторожно…
Я понял, к чему клонит врач — мой визит к Оле может заставить её волноваться. Но и тянуть с разговором я не хотел.
— Сколько времени ей потребуется? — спросил я и посмотрел на мужчину с прищуром.
— Дайте ей хотя бы пару суток. Чтобы прийти в себя.
— Подождите, а если Оля увидит дочь, разве так ей не станет лучше? — постарался ухватиться за последнюю соломинку я, потому что хотел увидеть её и поблагодарить за ребёнка.
— Нет! Ей будет только хуже от разлуки с ребёнком. Я крайне не рекомендую вам делать это, Максим Викторович. Дайте Оле время.
— Я понял, — кивнул я. — Ладно. Когда я смогу забрать ребёнка домой?
— Видите ли, вопрос во многом зависит от того, как быстро мы получим молоко матери, начнёт ли Бьянка его есть.
— Бьянка? — спросил я, потому что имя резануло слух.
— Ваша дочь. Галина сказала, что вы решили назвать девочку Бьянка… — произнёс врач как ни в чём не бывало.
— Интересно, — буркнул я, надеясь, что ума Гале не хватило, чтобы начать оформление документов на дочку.
— Кроме того, вам следует задуматься, кто будет следить за ребёнком, потому что ваша жена… Она… — доктор начал мяться, даже немного покраснел, а потом посмотрел на меня, потёр переносицу, сняв перед этим очки, и выдохнул: — после сегодняшнего инцидента вы должны осознавать, что мама из неё никакая.
— Я понял это. Спасибо, доктор! Я во всём разберусь!
— Отлично. Я сообщу вам сразу, как свяжусь с Ольгой. Возможно, уже послезавтра вы сможете забрать девочку домой.
— Спасибо! — я поднялся на ноги. — Я могу пока зайти к ней?
— Можете, конечно…
Я вышел из кабинета врача и направился в сторону палаты. До сих пор внутри переплетались разные чувства: я радовался тому, что малышка родилась, переживал из-за Оли и её мнения обо мне и злился на жену.
Когда я вошёл в палату, Галя сидела на кровати и светилась, клацая что-то в телефоне, а малышка хлопала глазками, глядя в потолок. Я снял пиджак, помыл руки и подошёл к люльке.
— Ну привет, моя принцесса! — сказал я, улыбаясь, дочери.
— Как раз о нашей принцессе! — сделала акцент голосом на последних словах Галя, — я хотела спросить, тебе какое больше имя нравится: Бони, Бьянка или Жасмин?
— Василиса, — ответил я, не переставая глядеть на малышку.
— Что? Я этого не предлагала… — начала спорить Галя.
— Наша дочь — Василиса. Это не оспаривается.
Галя хмыкнула, но, наверное, я произнёс это таким тоном, что она поняла — спорить со мной опасно.
— Маленькая Васёна! Скоро к тебе бабушка приедет… Будет играть с тобой… И мы найдём тебе самую лучшую няню.
Малышка молчала, продолжая изучать меня своими пуговками-глазёнками.
— Кстати, о твоей маме… — снова начала Галя.
— Она будет жить у нас пока… Если тебе что-то не нравится, можешь съехать.
Глаза Гали так широко распахнулись, что я побоялся её истерики, но она молча проглотила эти слова и снова уткнулась в экран своего смартфона.
Глава 4. Сложнее и сложнее
Стас облизнул губы и запустил пятерню в волосы. Он тяжело вздохнул и уставился в одну точку на полу. Каждая секунда напряжённого молчания давила на виски.
— Наша соседка, Алиса… Ты должна знать, что меня с ней кое-что связывало…
На лбу сразу же проступила испарина пота. Мало того, что Стас врал мне, вешал фунчёзу на уши, так он ещё и изменял. Я поджала губы и постаралась унять эмоции. Я немного отвлеклась от мыслей о ребёнке, но всё равно душа ныла и разлагалась от ощущения потерянности.
— Я увёл её у Макса, когда был подростком… Думал, что люблю её. Мы даже жили вместе… Вот только чувства быстро остыли…
Стас замолчал, а я вспомнила реакцию Максима на Алису, когда они встретились около подъезда: мне тогда показалось странным их общение, а теперь многое стало ясным.
— В общем, мы с ней расстались. Время от времени Алиска приезжала, у нас был секс. Возможно, она любила меня, не знаю… А когда я встретил тебя, у меня просто крышу снесло. Я понял, что мне никто больше не нужен. И решил с ней расстаться. Я и на скорой свадьбе настаивал, потому что боялся, что тебя уведёт кто-то из-под носа. Я люблю тебя, Олька!
Стас посмотрел на меня. Я чувствовала, что он не врёт, но и его слова ничуть не давили на жалость. Любящий человек вряд ли позволил бы пройти через такое… Если бы любил, он бы из кожи вон лез, чтобы отдать свои долги, а не предлагал мне стать суррогатной матерью…
— Я когда попал с домом, признался Алиске во всём… Она посоветовала взять кредит, а чтобы не открывать тебе правду, солгать про карточный долг…
Внутри закипело возмущение, а с губ слетел истеричный смешок. Ну конечно! Он доверился своей бывшей, а с женой, которую любит и любил, если верить его словам, даже не попытался поговорить…