Мой чужой ребёнок (СИ)

— Откуда ты узнала? — сдержанным тоном спросил он.
— Прочла вчера в твоём кабинете, на компьютере. Всё случилось совершенно случайно… Сначала досье, а потом ревность… — начала оправдываться я.
— Погоди! Какое досье? Какая ревность? — спросил Максим и нахмурился. Брови на его лице забавно изогнулись домиками.
Я рассказала по порядку, как вчера узнала всё, и просила прощения за то, что сунула нос туда, куда не следовало. Мне так сильно хотелось услышать, что я всё выдумала, что на деле не было ничего подобного, и от меня никто не пытался избавиться, даже мысли себе подобной не допускал…
— Ну раз уж ты знаешь, что Василиса твоя биологическая дочь, то сюрприз сделать не получится. Я был в клинике… Врач сказал, что побоялся проводить оплодотворение Галиной яйцеклетки… И сделал инсеминацию, не спрашивая ни у кого разрешения. Я узнал о вашем родстве только вчера, а вот сегодня это. И раз уж тебе всё теперь известно, ты вольна поступать как угодно… Ты имеешь право забрать ребёнка через суд и получить немаленькую моральную компенсацию, — Максим с трудом выдавливал из себя эти слова, и мне хотелось остановить его, сказать, что если я нужна ему, то мы станем семьёй, но желание дослушать его оказалось сильнее. — Я буду содержать вас полностью. Дочь будет получать всё самое лучшее. Однако сначала я задам тебе вопрос, который не даёт мне покоя долгое время. — Сердце начало с силой ударяться о рёбра: — Ты любишь меня, Ляля?
  
Глава 25. Вместе навсегда
 
— Ты любишь меня, Ляля? — эхом отозвался вопрос Максима в голове.
Я не ожидала, что он спросит вот так напрямую, но ответила раньше, чем успела подумать: слова просто сами сорвались с языка.
— Конечно же, люблю, Великан… Уже давно люблю. А ты меня? — я замерла на несколько секунд, выжидая его ответ.
Уже знала, что скажет, но как же сильно хотелось услышать эти слова из его уст…
— Всем своим сердцем люблю! — ответил он.
И я растворилась в этих словах, ставших целебным бальзамом для израненной души. Слёзы потекли по щекам сами по себе, а Максим вытер их большим пальцем своей руки и улыбнулся.
— Тише! Не плачь! Не вздумай плакать! Теперь всё будет хорошо! Гораздо лучше, чем должно быть. Я окружу тебя любовью.
Максим отпустил мои руки и встал. Я повторила это движение за ним и оказалась в крепких мужских объятиях. Встала на носочки и потянулась к его губам, теряя всякий стыд и сомнения. Я целовала его, растворяясь в поцелуе с привкусом горечи вереска и сладостью мёда на языке.
— Ой! Простите! — послышался голос матери Максима. Мы резко оторвались друг от друга, и я уткнулась лбом в его плечо. — Я так рада, что вы, наконец, всё обсудили. Могу ли я надеяться на то, что вы поженитесь и родите кучу детишек?
— Ма-а-ам! — протянул Максим. — Вообще-то, я хотел сказать ещё вчера, но сначала должен был поговорить с Олей. В общем, она биологическая мать Василисы.
Я нашла в себе силы, чтобы оторваться от Максима и побороть смущение, которое яркими мазками обжигало щёки и кончики ушей. Теперь стало куда легче. Даже дыхание выровнялось. Мы все присели за стол. Мама Максима загадочно улыбнулась.
— Я догадывалась. Не может быть столь сильная связь, если бы не было и общей крови. Васёна же жить не может без своей мамочки.
«Мамочка»…
Это слово было так приятно слышать. Я таяла, как желе на солнцепёке, оттого что теперь у меня есть дочь, которую уже никто не посмеет отнять у меня. А у Вити есть родная сестра! Самая настоящая сестра! И мне больше не придётся обманывать его, как-то изворачиваться.
Малышка наша девочка.
Родная.
— Я полюбила Василису, не зная всей правды, и я готова была отдаться ей без остатка, — ответила я и облизнула губы, на которых до сих пор оставался медовый привкус поцелуя с Максимом.
— Потому что у тебя громадное сердце, которого хватит на всех. Ты станешь хорошей женой моему сыну и матерью для ваших детей. Я рада, что у меня теперь есть ещё и внук.
На глаза навернулись слёзы. Раньше я считала, что комики правы, и все свекрови звери несусветные по отношению к своим невесткам, боялась стать такой же, когда Витя приведёт невесту в дом, но теперь понимала, что всё зависит от человека. Мать Стаса просто такой человек… И мне повезло, что моя свекровь будет совсем другой.
 
— А что с доктором и клиникой, в которой вы познакомились? — спросила мама Максима.
Он стал серьёзным, поставил локоть на столешницу и шумно выдохнул. Эта тема была не самым приятным продолжением разговора, но мне тоже было интересно узнать, что он решил.
— Я не стал заводить уголовное дело… В конце концов, действия доктора пошли нам только на пользу… Но я отправил ему требование вернуть взятку, полученную от жен… Кхм-кхм… Гали. Мы будем расширять бизнес за рамки нашей страны, и сейчас любые деньги могут пригодиться. В конце концов, я не благотворитель, чтобы сорить большими суммами. Да и после развода я решил купить Гале квартиру и оплатить её реабилитацию.
— И он вернёт всё? — осторожно спросила я, боясь даже представить, о каких суммах идёт речь.
— Насчёт всего я не уверен… Галя не помнит ведь ничего, а я не знаю, сколько она ему отнесла. Но он уже сделал перевод. Остальное, если было больше, пусть останется на его совести. Я слишком счастлив для того, чтобы быть злым, — Максим улыбнулся, а мне стало очень тепло на душе от его слов.
Остаток вечера мы провели вместе с Максимом, Витей и Василисой в её комнате. Нежность наполняла каждую клеточку тела.
— Я хотел бы сделать всё красиво, но сегодня у нас с сыном состоялся серьёзный разговор… — начал Максим.
«С сыном»…
На глаза навернулись слёзы. Я посмотрела на Витю, и, кажется, он совсем не был против такого обращения к себе.
— Оль, ты выйдешь за меня замуж? Я бы хотел, чтобы мы стали самой настоящей семьёй. Завтра я встречаюсь с юристом и начну бракоразводный процесс. Думаю, всё можно будет сделать быстро, если доказать, что у нас с Галей нет общих детей…
— Мам, соглашайся! — дёрнул меня за руку Витя.
— Конечно же, соглашусь! — улыбнулась я, а Максим уткнулся лбом мне в плечо и обжёг кожу своим дыханием.
* * *
Мне не хотелось уходить из дома, но следовало уладить все дела. Поцеловав Олю и пообещав вернуться домой пораньше, я поехал в больницу к Гале.
Юрист посоветовал сначала поговорить с её врачом и получить от неё согласие на развод, если такое возможно.
Я вошёл в больницу, вдыхая этот неприятный запах медикаментов, и подумал, что не хочу появляться в подобных местах. Мысленно я попросил Бога, чтобы мои близкие были здоровы. Теперь я точно верил в его существование, ведь иначе мы бы с Олей не встретились и не стали родителями такой чудесной малышки.
Мне повезло поймать доктора до того, как он собрался идти на обход, прямо у двери. Он вернулся в кабинет и присел за свой стол.
— Максим Викторович, не могу вас пока порадовать. Память вашей жены до сих пор не возвращается, скажу больше — она будто бы блокирует воспоминания, чтобы те навсегда исчезли из её головы. К ней часто приходит мужчина, но мне сказали, что вы в курсе… — доктор замолчал и внимательно посмотрел на меня.
— Да. Я уже говорил, что мы с женой планировали разводиться. Этот мужчина, скорее всего, сможет сделать её по-настоящему счастливой.
— Я говорил с ним. Его не пугает то, что она может остаться в инвалидном кресле… Возможно, ей действительно повезло.
Я задумался и кивнул. Жаль, конечно, что за семь лет мне не удалось подарить Гале счастье… Я только портил её психику неограниченными финансами, но теперь это всё могло решиться очень быстро.
 
— Я полностью оплачу её лечение и реабилитацию. Если нужно отправить за границу…
— Бог с вами! Думаете за границей врачи лучше? Обижаете, Максим Викторович. Мы делаем всё возможное и невозможное…
Я кивнул и потихоньку прошептал: