Королевская охота

Росс задумался. Он представил себе, как освободится от Кейт, оставит ее у сестры и больше никогда к ней не прикоснется. Обдумывая эту мысль, он глубоко вздохнул.
— С вашего позволения, я оставлю леди Кэтрин здесь на время моей поездки в Граймс-Холл, потому что не знаю, что меня там ждет.
Кто знает, возможно, этот замок — одни развалины, годные лишь для дикого зверья. Или же там его поджидает отряд вооруженных воинов. Там может не найтись приличной кровати, не говоря уже о такой, которая подошла бы Кейт.
— А потом? — тихо поинтересовался Брэсфорд.
— А потом я не буду отпускать ее от себя ни на шаг, чтобы быть в курсе всех ее действий.
Серебристые глаза Брэсфорда вспыхнули радостным изумлением.
— Понятно.
Росс с опаской подумал о том, что его свояку действительно все понятно. В конце концов, он был женат на старшей из трех граций.
  
ГЛАВА 15
 
Росс оставил Кейт в Брэсфорде. Это не должно было иметь никакого значения. Но все же имело.
Причины были хорошо известны Кейт. Прошлым вечером муж изложил их ей хоть и в спешке, но достаточно подробно. Он сказал, что не знает, что именно может ожидать его в Граймс-Холле. Быть может, Трилборн подстерегает его там, узнав, что Генрих отдал имение Россу. Или же в Граймс-Холле все еще живет прежний хозяин, какой-нибудь йоркист, отказывающийся признавать право Генриха передавать собственность, и его придется выгонять силой. А если здание пустует, то крестьяне могли приспособить его под свои нужды, скажем, под хлев, а то и вовсе разобрать на камни. Колодец, который обеспечивает замок водой, может быть высохшим или отравленным. И конечно, едва ли мебель или запасы в кладовой уцелели.
Таким образом, их могла ожидать целая вереница непредвиденных бед. Поэтому куда лучше ей будет в Брэсфорде, где уютно и безопасно.
Во время этого разговора Росс избегал смотреть на Кейт и никоим образом не выразил сожаления о том, что она не увидит своего нового дома. Ей придется потерпеть, пока он не решит, что там достаточно безопасно и хорошо для нее.
Но терпение не входило в число добродетелей Кейт.
Она не какая-нибудь неженка, которая боится возможных неудобств. Монахини научили ее вести хозяйство, следить за тем, чтобы на кухне было чисто и хватало запасов, а на переднем дворе не было ничего лишнего. В течение нескольких лет пребывания в Грейдоне и при дворе Генриха ее возможности были ограничены, и теперь она ожидала, что сможет наверстать упущенное. Но ее ждало горькое разочарование.
Кейт настаивала бы на своей поездке, если бы не очевидный факт: муж просто-напросто не хочет ехать вместе с ней. Скорее всего, он желал удалиться от нее так же сильно, как она стремилась избежать его общества. Да, она нуждалась в нем, но вовсе не сутки напролет.
— Мужчины, — сказала Кейт со вздохом, стоя рядом с Изабель на крепостной стене и глядя, как силуэты Росса и его воинов исчезают вдалеке.
— Твоя правда, — отвечала ее старшая сестра. — Рэнд, если бы мог, заставил бы меня лежать в постели и не вставать, пока не родится ребенок.
Брэсфорд некоторое время ехал вместе с Россом, но потом свернул. В его намерения входило проехать вдоль полосы моря и посетить своих соседей. Изабель хотела поехать с ним, но ее отговорили. Они с Кейт должны были оставаться за крепостными стенами, пока у них не будет полной уверенности в том, что Трилборна нет поблизости. Брэсфорд сказал, что меньше всего на свете он хотел бы поставить под угрозу жизнь своей жены и будущего ребенка во время стычки или погони.
— По крайней мере, ему не все равно, — вздохнула Кейт.
— А Россу? — Изабель нахмурилась.
— С чего бы ему волноваться обо мне, если ему навязали этот брак?
— Но тогда…
— Да, да. Ты хочешь спросить, как он избежал проклятия? Если бы я знала!
Лицо Изабель прояснилось.
— То, что мужчина чувствует, и то, как он себя ведет — это зачастую совершенно не одно и то же.
Могло ли это быть правдой? Кейт хотелось бы думать, что да. То, как Росс прикасался к ней, как ласково разговаривал и как сладко целовал, казалось чем-то большим, чем простое вожделение. Он был очень страстен прошлой ночью и сегодня рано утром, занимаясь с ней любовью так, что даже сейчас кровь в жилах Кейт забурлила от этих воспоминаний. Ей казалось, будто их соитие могло длиться бесконечно долго, целую вечность…
 
— Кейт, дорогуша, ты покраснела. В чем причина?
— Ни в чем, — сказала леди Кэтрин, подставляя лицо ветру, чтобы остудить его. И продолжила, чтобы избежать дальнейших расспросов: — Может, войдем внутрь? Тебе нельзя мерзнуть.
— Прекрати говорить о том, что мне нельзя! Я здорова, как те крестьянки, которые сегодня рожают, а завтра идут работать в поле.
Кейт вынуждена была признать, что это и в самом деле так.
— А ты знаешь, когда родится ребенок?
— По моим расчетам, в мае. — Изабель усмехнулась. — Кажется, я зачала его с самого первого раза, когда мы с Рэндом занимались любовью.
Кейт быстро взглянула на нее.
— Так часто бывает?
— Когда жених и невеста молоды, здоровы и наслаждаются соитием, — довольно часто. Но если мужчина старше, такое случается реже. Так, по крайней мере, говорят старые замужние женщины. А что? Ты думаешь, что ты… Нет, ты не могла бы узнать об этом так быстро.
Кейт молча покачала головой.
— Нет, — вздохнула Изабель. — Жаль, что меня не было на вашей свадьбе.
Услышав грусть в голосе сестры, Кейт подошла ближе и обняла ее. Будучи самой старшей из трех сестер, Изабель всегда чувствовала ответственность за нее и за Маргарет, всегда стремилась защитить их. Это она сплела крепкую нить, которая объединяла их.
Скоро Изабель предстояло родить ребенка, а это всегда опасно. Кейт молилась, чтобы все прошло хорошо. Если с ее старшей сестрой что-нибудь случится, она этого не вынесет.
Было бы ей страшно, будь она на месте Изабель? Боялась бы она принести в этот мир ребенка Росса? Кейт не знала этого, но думать о ребенке было приятно. Сын, с темными волосами и глубокими глазами. Он рос бы высоким, здоровым и храбрым.
А потом он поехал бы на войну со щитом в руке и мечом на поясе, а она бы дрожала от страха, думая о том, что может с ним случиться. Точно так же, как она дрожит сейчас, гадая о том, что ожидает Росса, когда он приедет в Граймс-Холл, в это имение, подаренное им королем.
Кейт сама не знала, откуда взялись у нее эти мысли. Это было совсем не то, что она хотела бы чувствовать, глядя на исчезающий вдалеке силуэт супруга.
— Думаешь, он вернется? — спросила она с сомнением.
— Рэнд? Разумеется, вернется.
— Я имею в виду Росса. Он мог оставить меня здесь без намерения когда-либо вернуться.
— Да что ты такое говоришь?
— Как я могу быть в нем уверена?
Изабель несколько секунд смотрела на сестру.
— Мне кажется, твой вопрос должен звучать так: можешь ли ты быть уверена в том, что ты ему не безразлична?
— Или что не стану безразлична в будущем, — прошептала Кейт.
— Потому что ты любишь его?
Она грустно улыбнулась.
— Наверное. Иначе разлука с ним не была бы столь болезненной.
Изабель обняла ее одной рукой, прижимая к себе.
— Я знаю только один способ сделать его неравнодушным — любить самой. Мужчины подобны серебряным зеркалам. Они могут быть твердыми и холодными, даже лучшие из них, но если их отполировать, будут отражать все, что увидят.
— А худшие из них?
— Их надо сторониться. Они не стоят тех слез, которые женщины проливают из-за них.
Каким был Росс, лучшим или худшим? Кейт думала, что знает, но могла ли она быть в этом уверена?
Время в замке Брэсфорд застыло. Дни проплывали мимо, превращаясь в недели, затем в месяцы, и мало что отличало их друг от друга. Зима уходила, а весна медленно наступала из-за холмов. Стражники, дежурящие на башне возле чаши с дровами для сигнального огня, приходили и уходили, и не было причины этот огонь зажечь. Дозорным на стенах не о чем было докладывать. Кто-то из соседей заезжал, чтобы погостить денек-другой или разделить трапезу, но чужаки не появлялись. От Росса почти не было вестей. Правда, он отправил сообщение о том, что прибыл на место. Из письма следовало, что он не встретил сопротивления, но замок находился в запустении, и требовалось много труда, чтобы привести все в порядок.