The Kills (СИ)

Знаете, в чем проблема маленьких городов?
Нужно иметь очень натренированный язык. Нет-нет, не для того, о чем вы подумали. Пока ты идешь за покупками по городу, вынужден здороваться даже с каждой собакой, не говоря уже об их владельцах. И это не сухое и бездушное «привет», выплевываемое жителями миллионников друг другу, а то и вовсе короткий кивок головой знакомому лицу на другой стороне улицы.
Здесь поздороваться с соседом — значит провести полноценную беседу о твоем утре и настроении, планах на день, а то и на жизнь. В ответ обязуясь выслушать такую же историю. Место не для интровертов. Ведь подобный трюк нужно проделать не раз и не два, к концу пути чувствуя, как ноет язык, а во рту все пересохло от болтовни.
Безусловно, добрая половина этих людей интересуется твоей жизнью из праздного любопытства и желания поперетирать ее подробности с другими соседями. Но здесь хотя бы кто-то ей интересуется, пусть даже с такой целью. На этом фундаменте под названием «Жажда сплетен» и стоит своим основанием любой крошечный городок.
Здесь все знают все обо всех.
Или нет?
Я шла в магазин за покупками, радуясь солнцу, нежданно решившему потешить жителей города своими теплыми лучами. В воздухе еще витал едва уловимый аромат лета, сотканный из запахов раскаленного асфальта, цветущих раскидистых кустов возле домов, которые со всей любовью и заботой холят и лелеют местные, и акцента из капли луговых цветов. Душа требовала музыки, но про плеер пришлось с переездом забыть окончательно. Какой смысл, если наушники то и дело приходится вынимать? В крупном городе же они, фактически, становятся частью твоего тела.
Музыкальным слухом я не обладала ввиду того, что мне на ухо не то, что медведь наступил, а целый зоопарк потоптался. Я насвистывала под нос песенку Green Day, задавая настроение и наверняка жутко фальшивя. Но кто меня осудит?
Местный супермаркет мало напоминал те, которые бывают в больших городах. Но тем не менее здесь можно было найти все, от гандона до батона.
Я дефилировала вдоль полок, как Синди Кроуфорд в лучшие годы по подиуму, с той лишь разницей, что у меня была тележка, которую я толкала перед собой, наполняя продуктами и предметами быта, следуя плану и внутреннему зову. Именно благодаря последнему к горе́ покупок прибавилась пачка чипсов, упаковка пива, бутылка вина и коробка тампонов, к которой воззвал уже женский календарь.
На кассе покупки уместились в два пакета. Два охренительно тяжеленных пакета, еле вытащенных за пределы магазина, где я с ненавистью к собственной запасливости шмякнула их на асфальт. Внутри что-то грохнуло, расталкивая соседей по вместилищу.
Две минуты пути, а я запыхалась, как после стометровки. Уперла руки в бока, взгляд в покупки, а ноги в асфальт, боясь свалиться замертво.
«Надо было вместо рисования заниматься пауэрлифтингом».
Задумчиво почесав затылок, я оглядела свою ношу, стоящую на земле. Uber в городе не имелся, рассчитывать на вероятность поймать такси не приходилось ввиду его отсутствия в принципе.
«Может одолжить тележку в магазине?»
— Помочь?
Я без труда определила, кому принадлежит голос. Позади меня обнаружился детектив — он же мой новый сосед. Сентябрьский день выдался погожим. На мужчине были лишь брюки и рубашка с закатанными рукавами. Он держал в руке только что купленную пачку сигарет, собираясь закурить, когда в его планы вмешалась я со своей контрольной закупкой.
— О, Люций, привет!
Я поправила небрежный пучок на голове, слегка растрепавшийся после борьбы с гравитацией.
— Если тебе несложно. А то у меня тут случилась переоценка сил своего бренного тела.
— У тебя нет машины?
Он спрятал в карман сигареты, откладывая возможный рак легких на попозже, и подошел ближе. 
— Зачем она здесь? Я живу над баром, в котором работаю. А тратиться на бензин ради поездки за покупками невыгодно.
— Разумно.
Люций поднял пакеты с легкостью метателя молота олимпийского разлива и двинулся в сторону дома. Я скакала рядом, поймав придурковатый задор последних теплых осенних дней, стараясь не слушать птичий хит «Скоро холода, вам всем кабзда», доносившийся из крон желтеющих деревьев.
 
— Ты не местная, — внезапно выдал мой новоиспеченный сосед.
— С чего взял?
— Манера общения отличается от остальных. Удобная, минималистичная одежда и макияж, хотя местные женщины всегда одеты как на парад. Такое свойственно жителю большого города. Ну и отсутствие хотя бы старенького пикапа выделяет тебя среди прочих, — мужчина скосил глаза, проверяя мою реакцию. — Здесь без машины, как без рук. Наверняка ты привыкла к наличию такси и общественного транспорта.
— Браво, Шерлок! — я захлопала в ладоши. — Не зря ты детектив.
— Обычная наблюдательность и немного логики.
Он пожал плечами, совершенно проигнорировав груз в своих руках.
— Ты тоже городской, — я не стала отставать в нашей игре «Раскуси соседа». — Откуда ты?
— Чикаго.
— Как узнал про Линден и все здесь происходящее?
Люций поджал губы, отворачиваясь в сторону.
— Долгая история, — не захотел он вдаваться в подробности, подозрительно скомкано реагируя на столь простой для детектива вопрос. — А ты из Нью-Йорка. Я прав?
— Обалдеть, — я аж к асфальту приросла. — Даже спрашивать не буду, как ты узнал.
— У тебя очень сильный акцент.
Я негодующе хлопнула себя по бедрам.
— Так и знала, что однажды он меня сдаст.
Мужчина довольно сощурился, сдерживая откровенную улыбку.
— Далеко ты забралась. Где Нью-Йорк и где Иллинойс.
— На то были причины, — не хочет выдавать всей правды о себе, что ж, я тоже не буду спешить.
— Всегда так рано встаешь?
Люций перехватил ручки пакетов поудобнее и посмотрел на меня с высоты своего роста.
— Нахваталась местных привычек. Тут все привыкли работать не покладая рук, встают раньше первых петухов. А ты?
— Ходил знакомиться с шерифом.
— Успешно?
— Вполне. Он даже дал мне копии материалов дела, вплоть до тех, которые есть лишь у полиции.
— Да ла-а-адно.
Я чуть не встретила носом асфальт, запнувшись от неожиданности, но мужчина умудрился продемонстрировать чудеса ловкости, схватив меня за руку. Крепкая хватка не дала растечься мозгом по дороге и вернула равновесие в мою походку.
— Между нами говоря... — Люций оглянулся, проверяя наличие посторонних ушей, но на улице было на удивление пусто. — Они в отчаянии. У них три жертвы, а информации ноль. Моя помощь для них как манна небесная.
— Тогда все встало на свои места. Но они, по большому счету, заложники своего мышления.
— В каком смысле? — он искренне заинтересовался моими рассуждениями.
— Никто из жителей, даже шериф, не считает, что убийца живет среди них. Абсолютно каждый житель города свято уверен, что это некто приезжий. В этом суждении самая большая ошибка в таких случаях.
Я тоже оглянулась, понимая, что мои слова звучат как богохульство по отношению к Линдену для местных. 
— Маньяком всегда оказывается кто-то из своих, как бы им стремно не было об этом думать. Брат, муж, приветливый почтальон, садовник, — хохотнула я, вспоминая классику жанра, — в которых видят приятных людей, а не монстров. Убийца не бегает с окровавленными ножом по городу. Он затаился и ждет. Мимикрирует под окружение, в итоге оказавшись твоим соседом.
Люций так выразительно посмотрел на меня, что мне на миг представилось, как он бросает мои пакеты и начинает аплодировать.
— Я впечатлен, — честно признался мужчина. — Не хочешь в свободное время стать моей помощницей?
— Помощницей? Шутишь?
— Нет, — он мотнул головой с самым серьезным выражением лица. — Ты единственная здесь, кто мыслит здраво и в нужном направлении.
— За помощь полагается оплата? Как за глаза и уши? — внутренний еврей радостно потирал жадными ручонками.
— Могу носить твои покупки из магазина.
— Ах ты хитрец! — я погрозила Люци пальцем. — Знаешь, чем подкупить одинокую даму.