Муж на час (СИ)

Масштаб разгрома в ее квартире со снятыми полами был еще более жутким, бригада по-русски не понимала, отца не было, и вся на нервах, она поехала на дачу. Дорогой, в маршрутке, под бубнёж старушек-дачниц, вспоминала каким милым был Мишка на прогулке, и как сердито кричал не нее вчера. При этом он совсем не выглядел малорослым, как на первый взгляд. По дороге от остановки до дачи, совсем упала духом, и даже не ответила на приветствия, раздающиеся из-за заборов.
Верка, наученная вчерашним опытом, вела себя как белая мышка, тихо и образцово. Поставила на стол ужин, спросила, как дела на работе… Вот это она сделала зря! Галка сперва покраснела, потом наорала, потом убежала плакать.
Вера пришла за ней на террасу с бутылкой текилы. Молча поставила на стол бутылку, рюмки и блюдце с лимоном и солью. Так же молча девушки выпили. Потом еще. После третьей дозы Галина смогла рассказать, что случилось. Вместо сочувствия, она получила дикий ржач, сначала хотела обидеться, потом присоединилась к смеху.
— Из-под стола! В синем комбинезоне! — Сползала с диванчика Вера, — Ролевые игры! Жесть!
За это выпили, то и дело вздрагивая от смеха. Потом детально обсудили павлина-начальника, его обидные предположения. Сошлись на том, что Бог шельму метит, потому бедному боссу никак не удается выглядеть деловым и солидным, даже в дорогих костюмах, несмотря на строгий бас и сведенные бровки.
Ближе к концу бутылки, заплетающийся язык Верки изложил свои наблюдения за соседом. Понять было сложно, но ясно было одно — он не тот, за кого себя выдает, а скорее всего контрабандист и, бери выше — настоящий террорист. А иначе, зачем ему привезли что-то в тяжеленых ящиках рано утром? На этот риторический вопрос Галка не нашла что ответить, и была вынуждена согласится.
Разоблачение было назначено немедленно. Две пьяные русские тётки — это практически стихийное бедствие. Вот сейчас этот хмельной ураган близился к участку наивного майора Петрова. У лазутчиц не оказалось нужной униформы — черных спортивных костюмов и шапочек с прорезью для глаз, поэтому отряд двигался в чем придется — Галка в черном рабочем халате, сверкая голыми коленками. А Верка — ого, в растянутом трико отца и камуфляжной майке без рукавов, почти боец невидимого фронта. Путь разведгруппы был извилист и тернист — почему нельзя было пройти прямо, история умалчивает. Вооружена группа была фонариком и деревянным молотком с кухни, увы, трудности снабжения, разоружение всякое.
Майор Петров, которого на самом деле звали Виктором, в этот день отвез рабочих в город, и обнаружил что в его квартире отключили горячую воду. Ну лето же. Вернулся на дачу, где была полностью закончена баня, подвальный и первый этаж дома. Второй этаж стоял без окон, и именно там Виктор устроился отдыхать с бокалом вина. Баню топить расхотелось, дело долгое, он сполоснулся под летним душем, и глядя в проемы окон мечтал, как у него будет все красиво.
Виктор давно жил один, его жена не выдержала мотаний по гарнизонам, детей не было. Но теперь, когда он вышел на пенсию, ему хотелось устроится с максимальным комфортом. Загородный дом, сад, баня, зона барбекю — это было началом. В душе ему виделись двое пацанчиков, играющих в войнушку на участке, и женщина в ярком платье, занятая приготовлением варенья в большом медном тазу, как у бабушки в детстве. Эти мечты он пока загонял в самую глубину души, но волосы мальчишек с некоторых пор почему-то были рыжими. И с чего бы это?
Шум на соседнем участке давно шел фоном к размышлениям, но вот свет на террасе погас, и обе смешные девицы, мутными силуэтами начали хаотичное движение по участку, причем пригибаясь к земле, падая, хихикая, и то и дело шипящие друг другу «Тссс!». Виктор подошел к проему окна — девушки двигались в сторону его участка, но как-то странно, зигзагами. У одной в темноте белели ноги, у второй руки. И в этих руках что-то было. Девушки форсировали заборчик, высотой сантиметров семьдесят, упали и надолго затихли. Уснули, что ли? Но нет, под тоже самое «тише-тише», они поднялись и двинулись ко входу в подвал. У Виктора буквально челюсть отпала, и сигарета полетела вниз, прямо на девушек. Кто-то ойкнул. Виктор свесился вниз, чтобы лучше видеть.
 
Одна из девушек зажгла фонарик, и по тому, как пляшет луч, Виктор понял, что соседки пьяны в дым. Они повозились с железной подвальной дверью, и к его немалому удивлению — открыли подвал. Послышались сдавленные восклицания:
— О! Щас, мы его быстро на чистую воду выведем! — Это точно, та рыжая заноза.
— Ага, а что, по-твоему, он привозит контрабандой? — Второй голос был незнаком, видимо та подруга.
— Ну, включи логику — он кто? Террорист, значит — оружие! — Важно заявил голос этой рыжей пигалицы, которая постоянно крутилась рядом.
Девушки почти на четвереньках поползли в низкую дверь. Виктор, давясь от смеха, пошел вниз. В подвале лежали привезенные запчасти для водопровода — трубы, вентили, фитинги, еще сварочный аппарат, и пьяные девушки запросто могли разбить себе глупые головы. Неслышно подойдя к двери, он увидел, что голые ноги белеют у двери, а белые руки с фонариком изучают сварочный аппарат.
— Верочка, а что вы здесь делаете? — Ласково спросил Виктор, чтобы не испугать девушек. Но увы, не вышло — дверь с размаху захлопнулась, изнутри послышался шум падений и сдавленные крики.
— Девушки, откройте дверь, — идти за ключами в машину было лениво, тем более одна стояла прямо у двери, попросил Виктор.
— Не открывай, — тотчас зашипели внутри, — он понял, что мы его раскрыли, и убьёт нас! — Неразборчивый шепот рыжей выдавал не только страх, но и предельную степень опьянения.
Мужчина прислонился к стене, прислушиваясь к военному совету. Судя по всему, было решено вызвать группу поддержки, для чего, вторая девушка по имени Галюнь должна была: первое — прижаться спиной к двери, второе — произнести некое слово — ёкарный бабай. Тут в душе несколько похолодело, у него в подвале, прямо сейчас, две соседки сошли с ума. Галюня готовилась к ритуалу, у двери слышалась возня, потом все стихло, и вдруг раздался крик во все горло:
— Ёкарный баба-а-а-й! — Хозяин подвала подскочил на месте, чуть не оставив сердце в штанах. Еще больше его поразил раздавшийся рядом мужской неуверенный голос:
— Галина! Это опять ты? — В темноте виднелась еще одна фигура.
— Мишенька! Спаси нас! Нас террористы в заложники взяли, в подвале заперли! — Из подвала неслись женские истошные выкрики. Оторопевший Михаил смотрел на Виктора, тот — с открытым ртом — на ночного джинна — Михаил стоял в спортивном костюме, в перчатках, на голове у него был налобный фонарь на резинке, в карманах что-то брякало. Если сейчас кто-то и выглядел чумным террористом, то это Михаил.
Спасло всех, что Миша был трезв, мужчинам удалось объяснится, Виктор сходил в машину за ключами, дверь открыли, осоловевших разведчиц отнесли в их дом, и сложили на диване. После чего мужчины стояли и смотрели друг на друга в упор.
— Осталась какая-то недоговоренность, — первым произнес Виктор, — предлагаю по сто грамм.
— Согласен, только давай здесь, на террасе, чтобы эти ангелы Чарли, не уползли куда.
Мужики сидели за столом на террасе Веркиной дачи, пили водку, и делились впечатлениями. Виктор никак не мог поверить в рассказ Михаила, что тот переносится всякий раз, как Галка скажет волшебное слово.
— А вид почему такой дурацкий? — Не удержал своего недоумения Виктор.
— Ну, понимаешь, однажды меня перенесло, когда я спал, в одних трусах, второй раз — на остров. А девушки постоянно влипают куда-то. Это набор минимум, в котором теперь я сплю. Ключи от квартиры в кармане — не хочу каждый раз лазить через балкон.
И здесь, ночью, под уже тающими звездами и светлеющим рассветным небом, особенно после дурацкой выходки соседок, Виктор как-то легко поверил в сказанное. Разошлись уже ближе к пяти утра — точнее Михаил заснул на диванчике прямо на террасе, а «контрабандист» ушел к себе.
Галка с Веркой проснулись от жажды и яркого солнца в семь утра, с дикой головной болью, увидев свои изгвазданные руки и лица, не сразу вспомнили о содеянном. Выпитая вода только усилила дискомфорт и тягу к домику в углу участка, а когда страдалицы вышли за двери и обнаружили на террасе спящего Мишку с запахом перегара, вообще ничего не поняли — ведь они же вдвоем пили, это точно… На цыпочках миновали террасу, посетили туалет и холодный летний душ. Вернулись в дом — по-любому, надо будить Мишку, дабы узнать высоту вчерашнего полета мысли.