Муж на час (СИ)

— Да ну нах! — Изо рта Бойко выпала незажженная сигарета, кто-то в толпе шумно выдохнул, кто-то захлопал.
Бузина потребовал повторения. Пришлось повторить. И еще раз. И еще для командира части, срочно прибывшего из дома. И еще для замполита. Когда их все же утром привезли в гостиницу, Галке было стыдно смотреть в глаза своему жениху.
— Прости меня, пожалуйста. Наверное, ты меня будешь ненавидеть, и скоро тебя будет тошнить от моего вида. — С отчаянием проговорила она уже в номере.
— Галюш, ты не виновата, это как-то идиотски, но, наверное, это наше испытание. Вернемся домой, и все войдет в норму, — пытался сохранить самообладание Миша. Почему-то телепортация регулярно создавала между ними дистанцию — боли, грусти, непонимания и отчуждения.
Бузина, уже понял, чем для ребят может обернуться эта проверка, маялся и просил прощения. Потом, махнув рукой, уехал. Домой ребята ехали грустные, радость от отпуска испарилась. В своем городе, не сговариваясь, каждый поехал к себе. А утром за обоими пришли скромные мужчины в серых костюмах и попросили следовать за ними.
  
Глава 15
 
Их везли долго, объяснений не давали, просто предупредили что вреда не причинят, встретились они только в самолете. Летели часа четыре, судя по времени — в Москву. Дальше опять в тонированном автомобиле в закрытую часть, целых три пропускных пункта, и вот они в зале, окруженные толпой людей в белых халатах с военной выправкой. И рядом — о, Бог есть на свете! Эти доморощенные экспериментаторы во главе с Тарасом. Серьезные, причесанные и даже, похоже, в глаженной одежде.
— Вы находитесь в военно-медицинском блоке академии федеральной службы. Поступило много информации о спонтанной телепортации некого молодого человека, что не может остаться без внимания. Нужно оценить данное явление с точки зрения безопасности страны. Ну-с, молодые люди, мы вас слушаем, — начал худощавый мужчина, в белом халате, но с глазами скорее снайпера, а не врача.
Руководитель сектора аномальных явлений был физиком по образованию, но вот уже несколько лет занимался всякой экстрасенсорикой. Его пессимизм потерпел сокрушительные удары — некоторые люди совершали невероятное. Но, увы, результаты были неустойчивыми — при всех одинаковых исходных данных, результат мог отличаться. Что препятствовало окончательной вере в чудеса и магнетизм.
Сперва слушали всех вместе, в общем зале и по порядку, потом развели по отдельным допросным. Галину спрашивал очень дружелюбный мужчина: как и когда началось, как они использовали свою способность, кто об этом знает, почему скрывали от родных, пытались ли получить выгоду из этого? И так по кругу, сто раз одно и тоже, слегка перефразируя. Сперва ответы были развернутыми и доброжелательными, но с каждым последующим — все короче, потом односложные. Как пояснить чужим людям, что они воспринимали это как перст судьбы, и то только в смысле выбора. Выбора своего человека. Какая может быть выгода из телепортации?
Разместили всю команду на одном этаже, в крохотных комнатках, то-ли общежития, то-ли гостиницы. Общаться не запретили, но патлатые исследователи ни общаться, ни на свободу, как ни странно, не стремились, им было интереснее узнать какое здесь оборудование, какая программа исследований. На сотни вопросов, офицеры в белых халатах отвечать не собирались, их интересовало, какие параметры и с какой точностью ранее были замерены. Но, тут господа офицеры столкнулись с полным отсутствием авторитетов, и страхов. И продвинутая молодежь больше спрашивала, чем рассказывала.
Тор со своими друзьями выторговал возможность участия в опытах, если предоставит все имеющиеся у них материалы, и самодельные приборы. Так, команда арестантов сократилась до двух человек. И здесь никто не просил их демонстрировать перемещения. Более того, с ними почти никто и не встречался. В записях Тараса и его команды было достаточно перемещений, замеров всевозможных параметров. Пока ученые изучали то, что есть.
Первые дни Галя с Мишей были предоставлены сами себе. Еда в столовой, которая была не похожа на армейскую, скорее на неплохое кафе, пара книг и телевизор — вот весь ассортимент развлечений. Утром давали овсяную кашу, черную круглую булочку, масло и вареные яйца. Кофе можно было пить неограниченно — кофемашины были и в столовой, и в общем холле. Обед был более разнообразным, но Тарас и его команда глотали все не глядя, и уносились. Выяснить у них ничего не удавалось — они смотрели отсутствующим взглядом и не более.
 
Надоело за три дня — выспались, обсудили, погрустили. Читать было нечего, а смотреть зомбоящик сутками, не хватит сил ни у кого. Парочка смотрела сериалы, ходила друг к другу в гости — разместили их по одиночке. Мечты пропали, был ступор перед неизвестностью. Чаще всего пара сидела, держась за руки и молчала.
На второй неделе пребывания в институте с ними начали плотно работать — психологи, аналитики, они заполняли километры тестов, у них взяли миллион анализов. Записали кучу энцефалограмм, в покое и в раздражении, сделали снимки ауры — фантастическое зрелище. Беседовали и так, и под гипнозом — вдруг скрывают что-то.
Ночью Галина вызывала Мишу к себе и спали они вместе, обнявшись, но почти всегда молчали. Обсуждать свой феномен не было уже сил, они стали относится к нему, как к проклятию, и мечтали оказаться дома.
Через две недели подготовительная работа была закончена. Приступили к экспериментальной части. Молодежь была даже рада разнообразию. На участниках эксперимента датчиков было больше, чем в каком-то роботе. Их поместили в закрытые боксы, и предложили начать перемещение. Галка сказала свой «ёкарный бабай», подождала, повторила, и так тысячу раз — и НИЧЕГО! Совсем ничего. Михаил остался там, где был. Командир части из Барнаула клялся, что сам видел, как это было. Ему верили, но вежливо отправили в часть.
Неделя напрасных экспериментов закончилась, потом кто-то сообразил обследовать Галину. И, опа, — она оказалась беременна. Это выяснили только по наличию гормона в крови, срок был буквально пару-тройку недель. Решили, что причина в этом. Потом, кто-то из докторов увидел, как утром Чипов крадется в свою комнату, проверил записи с камер — оказалось, ночью он отлично переносится к Галине. Перенесли опыты на ночь — безуспешно. Сняли датчики и отпустили по комнатам — легко переносится. Издевательство, а не телепортация! Эксперимент решили свернуть — никого обучить такому не выйдет, так что пока данный феномен бесполезен. Из самоучек-ученых предложили постоянную работу только Тору, остальные уже устали от режима секретности, подписали бумаги и отправились домой.
К начальнику службы приходили горячие головы, с предложением использовать парочку на доставке секретных материалов, но пока отклика не нашли.
Подписав тысячу бумаг о неразглашении, пара вернулась домой. Не верилось, что все позади. На память им достались особые смарт часы, отслеживающие их местоположение, пульс, давление и прочая — на тот случай если они решат ограбить банк. Единственное полезное в этом — спецслужбы хорошо подчистили все социальные сети, и упоминания о Чипе и Галоше исчезли из сети, кроме, разумеется, сохраненных на других носителях. Родные уже беспокоились, отговорки были неубедительные, и только селили страх в душах родителей.
  
Глава 16
 
Измученные ребята приехали на квартиру к Михаилу, туда же пригласили и родителей. Приехали первыми родители Мишки, с которыми Галка не была еще знакома. Все прошло скомкано, бурно. Она даже не запомнила их имена — мама, маленькая живая татарка, врач-гинеколог хотела ее видеть у себя в больнице, рвалась контролировать ее беременность. Отец Михаила — высоченный, рыжеватый блондин, больше молчал. Потом примчались родители Гали — все опять начали знакомится, делится мечтами и планами на внуков. Стол накрыли тем, что привезли родители, немного выпили. Мишина мама не дала гостям засидеться, увидев, что дети устали, и быстро всех организовала по домам.