Лаберилльская Пудра (СИ)
" Может, у него там плеть? " — вдруг подумала Аталь — " Как заедет сейчас… Или кулаком… "
— Иди поешь, Аталь. — Рэндар уронил эти слова как — то устало, будто тяжёлый железный шар из ослабшей руки — И не бойся. Я тебя не трону.
…Он пришёл к ней глубокой ночью, лёг рядом, обнял, прижал к себе.
— Аталина, не гони меня. Прими. Прими и ты не пожалеешь. Попробуй привыкнуть. Просто попробуй! Я понимаю, КАК тебе тяжело… Я понимаю, что со мной тебе больно, противно и страшно. Знаешь, почему так?
Она замерла, почувствовав, как его сердце колотит ей в спину. От тела Корделла шёл жар, невероятный и сильный. Девушка инстинктивно попыталась отстраниться. И, похоже, он понял.
— Сейчас. Подожди, мой маленький.
Рэндар отпустил её. Достал из кармана брюк пластиковую трубку. Вытряхнув капсулу в рот, проглотил.
Через несколько минут взяв её руку, прижал к своей смуглой груди. Девушка чувствовала, как спадает жар, чувствовала ладонью грубую кожу и бьющееся сердце.
— Такого кошмара, как в первый раз, больше не будет. Я тебе обещаю, Аталь. Та температура не спадала, капсула не помогла. Сейчас где — то градусов пятьдесят, не больше! Если она снизится ещё… ты примешь меня? Пустишь?
— Да, линар…
— Рэндар, звёздочка. — он улыбнулся — Почему ты не зовёшь меня по имени? Не хочешь быть моей парой? Совсем не хочешь? Может, что — нибудь можно исправить?
Найдя в сумраке спальни её губы, жёстко раскрыл своими. Погладил языком сладкий малиновый сопротивляющийся язычок. Тяжело выдохнул. Оторвался от неё.
— Целуй меня тоже, Аталь. — скорее потребовал, чем попросил — Ответь мне. Пусти внутрь. Пусти!
Девушка, запрокинув голову и приоткрыв рот, приняла его поцелуй. Горячие пальцы оборотня, скользнув под сорочку, нашли мягкий комочек соска. Аталина вздрогнула, к ужасу своему осознав, как тяжело и влажно становится между ног. Рэндар сжал грудь и потянул сорочку вверх.
— Покажи мне грудки, Аталь… Не прячься, маленький. Беленькая моя…
Отбросив сорочку в сторону, он припал к её соску, облизал, сжав пальцами другой.
Он провёл обеими руками по её бокам. Погладил хрупкие бёдра…
— Мягонькая моя… Нежная. Красивая.
Проведя ребром ладони дорожку к низу живота, нашел гладкие розовые губки, развёл их пальцами.
— Ты течёшь, Аталина… — шептал он, прикасаясь губами к тёплой сути — Я не понимаю, чего ты боишься? Скажи мне. Ты же хочешь меня, Аталь!
Погладив пальцем влажный вход, прижался к нему губами. Оторвался с трудом. Девушка, закусив губы, смотрела на него.
— Ты хочешь меня, маленький. Очень хочешь! — повторил он — Ты вся мокренькая… Моя девочка, я хочу выпить тебя до дна.
Корделл встал на колени. Положив ноги девушки себе на плечи, наклонился и опять припал губами к нежным складкам. Проведя по ним языком, кончиком потёр клитор. Сильно надавив, облизал несколько раз. Аталина взвыла от удовольствия. ТАК же никогда не было!!! Ни с кем, даже с Нэй! А Нэй была лучшей из всех, кто ласкал её ТАК!
Он углубил поцелуй, лаская языком мокрую велюровую суть. Вдруг сильно и даже грубо сжав руками бёдра девушки, рывком прижал к своему рту. Глубоко погрузив язык внутрь, он вылизывал нежные стеночки, двигая бёдра Аталины в такт своим движениям. Девушка кричала, не прекращая, уже даже не зажимая рот руками. Потеряв разум и всякую связь с реальностью. Длинный раздвоенный, как у змей, язык алчно обследовал её глубину, вызывая сладкие болезненные спазмы внизу живота.
Он вышел из неё на мгновение и резко ударил снова, вызвав дикий вопль, граничащий с безумием. Она свела колени. Выгнувшись дугой, излилась ему в рот тугими, горячими ванильными струйками, обессиленно разметавшись по постели. Рэндар оторвался от неё, провёл ладонью по мокрому цветку.
— Маленький мой комочек… Девочка моя, какая же ты сладкая! — он поцеловал мокрые губки — Ты боишься меня. Боишься и хочешь… Это заводит. Возбуждает…
Она вздрогнула и застонала, чувствуя, как жёсткие пальцы обследуют её внутри.
— Ты спешишь, так спешишь, девочка. Хочешь ещё раз? Хочешь кончить, когда я в тебе?
Девушка пошевелилась, переводя дыхание.
— Я не знаю! — всхлипнула она — Не знааааю…
Он убрал пальцы и сел рядом, положив руку между её ног.
— Не бойся, моя звёздочка, больше того ужаса не будет. Я просто хочу показать тебе, что со мной может быть хорошо. Не больно, не горячо, а хорошо. Я не желаю заставлять тебя или насиловать, я хочу ласкать тебя. Трогать. Обнимать. Мне надо, чтобы тебе было хорошо со мной. А ты… Хочешь на меня посмотреть?
Она кивнула. Голова кружилась, как от голода. А может, это и был он?
Корделл встал. Не отрывая взгляда от Аталины, снял рубашку, бросил на пол, освободив крепкие смуглые плечи. Кожу, темную и грубую, рассекали светящиеся сети вен, сосудов и капилляров. Жар Алых. Их Голод. Тот самый, который плавит изнутри и не даёт покоя. Алый Голод…
Оборотень расстегнул прыжку брюк. Сдвинул ткань вниз, освобождая напряжённый член и каменные бёдра.
— Нравится, Аталина? Я нравлюсь тебе? Или… Нет? Примешь меня? Впустишь внутрь?
Девушка кивнула.
Вставь коленями на постель, он мягко положил руку на затылок Аталь, запустив пальцы в тёплые волосы.
— Потрогай меня. Погладь. Сможешь?
Она сжала в руке восставшую плоть, пронизанную светом. Потёрла подушечкой большого пальца крупную бархатную головку, ощутив, как та тут же увлажнилась в ответ на это прикосновение…
Корделл застонал.
— Что ты со мной делаешь… Маленькая, звёздочка, девчонка моя вреднющая…
Рука её, твёрдая и сильная, ласкала его член, двигаясь вперёд и назад. Рэндар чуть не сошёл с ума, когда внезапно ощутил на своей сути мягкий язык Аталины, её губы и кофейное дыхание…
— Ты целуешь меня… МОЯ… Возьми его глубже, ещё… ЕЩЕ!!!!!!!
Аталина скользнула языком по члену снизу вверх, облизала головку, уже блестевшую от влаги. Открыв рот, забрала его плоть внутрь, ощутив жар и пряный вкус пресемени. Двинула губами вперёд и назад.
Рэндар перевёл дыхание и вдруг сорвался на рык. Правую руку, лежащую на голове девушки, покрыла жёсткая бордовая броня. Пластины, удлинённые и чуть округлые, щёлкнули, плотно заходя одна на другую…
…Он заметил! Заметил ВОВРЕМЯ, несмотря на почти пик возбуждения.
— Комочек мой! — позвал нежно, стараясь понизить тон — Иди сюда. Повернись спинкой, ладно? Хочу взять тебя, девочка…
Он боялся, что увидя его ТЕМ, другим, она испугается… Зачем ей этот кошмар? Запуганная с детства байками про Алых, в которых нет и половины правды, увидит… Не надо ей…