Сердце Зверя (СИ)

Пошла нахрен эта Гильдия с ее Площадками и вязками в приказном порядке. Саске не собирался вязаться с кем попало для галочки в блокноте какого-нибудь исполнительного мудака в костюмчике.
В конце концов, он достаточно хорошо и достаточно долго знал Наруто со всеми его закидонами. И, откровенно говоря, Наруто совершенно точно не против… отношений. В большинстве неоднозначных случаев именно он оказывался инициатором каких бы то ни было… проявлений чувств. И Саске посчитал бы себя совершеннейшим придурком, если бы хотя бы себе не признавался в том, что он не хочет, чтобы Наруто исчез из его жизни. Наруто стал настолько неотъемлемой ее частью, что одна мысль о том, что придется возвращаться в пустой дом (или, еще хуже – в дом, в котором торчала бы непонятная пойманная Гильдией омега, выставленная потом на Площадку) вызывала в Саске почти животный страх. Примерно то же чувствовал и сам Наруто, которого вел банальнейший собственнический инстинкт.
В конце концов, зачем все усложнять? Саске уже достаточно потрепал нервы им обоим, чтобы с чистой совестью успокоиться.
Щелкнув замком, Саске прошел в квартиру. Уже сейчас его начал обволакивать неясный дурман, как после нескольких стаканов хорошего виски. Ощущение было знакомым – за столько месяцев Саске успел «выучить» этот тягучий терпкий запах, но на этот раз он чувствовался совсем по-другому. Теперь в нем самом не было того резкого отторжения, которым он обычно прикрывался, чтобы сбежать от Наруто подальше.
Саске не собирался вязаться с кем попало по приказу Гильдии; у него уже был тот, кого он хотел бы видеть рядом с собой.
Эта мысль заставила его усмехнуться. Он постоял пару минут, глядя на лестницу, ведущую наверх по коридору к комнате Наруто и ванной, в которой он был заперт. Саске слышал, как позвякивали цепи, слышал тихие стоны – совсем пока тихие, потому что Наруто ещё не совсем лишился рассудка. А вот когда он, Саске, придет, Наруто будет просто орать.
К ванной комнате Саске подходил медленно, он вообще не любил спешить, предпочитая хотя бы попытаться подумать головой прежде, чем что-либо сделать. Да и учитывая, что Наруто был накрепко прикован, торопиться им было явно некуда.
Небольшую ванную комнату тусклый свет ламп делал еще меньше. Одна рука Наруто была совершенно обмотана цепью, шедшей с талии. Обводя также его плечи и шею, она ветвилась, закручивалась у ножки ванны и блокировалась еще у труб.
Штаны Наруто уже успел снять, только почти разодранная футболка спадала с плеч, но поза, в которой оказался оборотень, не позволяла увидеть чего-то более возбуждающего. Саске предполагал, что увидит куда больше откровенного зрелища, а Наруто просто лежал, стискивая одеяла и зажимая подушку между ног.
- Если что-то забыл… То забирай и уходи… быстрее, - раздраженно шикнул Наруто, стараясь даже не смотреть на Саске.
Цвет его глаз безостановочно менялся, переходя от голубого до желто-красного.
Саске же уходить не собирался; он подпер плечом косяк двери, скрестил на груди руки и просто смотрел.
Наруто закусил губу, приподнялся, судорожно стискивая уже теплую цепь – тело словно в огне жарилось, а внутри все сворачивалось от запаха альфы, которого оборотень хотел для своей вязки. Хотел себе, хотел сделать своим и принадлежать ему.
- Проверяешь… выдержку? – Наруто говорил сбивчиво, подрагивая всем телом каждый раз, когда новый импульс простреливал от самой головы до копчика.
- Я просто решил для себя кое-что, - спокойно ответил Саске.
Оторвавшись, наконец, от своей опоры, он подошел ближе и сел на корточки.
Наруто замер, но унять дрожь был не в силах. Язык у него словно присох к небу, болезненно ноющее тело зудело, будто на него напала стая комаров. Да и ко всему лицо Саске было так близко, что думать у Наруто не получалось совсем. Если это была шутка или тренировка, то очень плохая.
- Что… что ты решил?
Саске посмотрел на его губы – поганец уже успел их искусать, но ранки исчезали быстро, прямо на глазах, оставалась только сухая корка.
 
- Что, - он помедлил, коснулся пальцами щеки Наруто, и тот крупно вздрогнул.
От нового – сильного, почти до боли яркого – пряного аромата, будто разлившегося в воздухе, Саске словно в темечко ударило.
- Что нам пора с этим заканчивать, - закончил он и притянул Наруто к себе, целуя его – не как обычно, а по-другому – глубоко и страстно.
Наруто брякнул цепью, хватая Саске за шею. Ну уж нет, не выйдет – если он соберется вывернуться и сбежать, ничего у него на этот раз не выйдет. Наруто не намеревался его отпускать. Действительно, пора заканчивать.
Но Саске и не собирался убегать или играть, он сам хотел этого – вязки. Его мысли уже путались от запаха Наруто, который звал, просил и пробуждал те самые древние инстинкты – каждый из них был диким, когда дело касалось пары.
- Освободи меня, - прошептал Наруто прямо ему в губы, отстранившись, но почти сразу же, не выдержав, снова прижался к нему губами, наслаждаясь такими долгожданными ощущениями.
Саске лишь сжал его шею – достаточно сильно, чтобы Наруто ощутил это, но недостаточно крепко, чтобы задушить. Наруто зашипел, отстранился, задрал голову, хватая ртом воздух. Саске провел языком по линии его подбородка, посасывая солоноватую кожу с таким пылом, словно это был леденец, который он собирался съесть, присвоить себе, чтобы больше никто и никогда не смог к нему притронуться.
- Тебя лучше держать на поводке, будешь моей собачкой, а? - Саске покрывал поцелуями лицо тяжело дышащего Наруто, по-пьяному счастливо, одурманенно смотревшего на него. - Ведь будешь, да?
Наруто усмехнулся. Да кем угодно, сейчас он пообещал бы Саске все, что угодно.
Саске извернулся так, что Наруто оказался под ним. Еще никогда в своей жизни Наруто ни под кем не оказывался. Он всегда думал, что никогда не сможет этого сделать, но сейчас это было естественно, впервые хотелось лежать с кем-то вот так, ощущать эту правильную тяжесть.
Цепи мешали и давили, но боль и желание, разрывавшие его тело, мучили гораздо сильнее; тяжесть цепей он мог терпеть, мог вынести. Да и сейчас, когда его альфа рядом, прижимается к нему, очевидно хочет его – Наруто просто хотелось ощутить Саске в себе по-настоящему. Так, как должно было быть.
От близкого присутствия альфы гормоны просто взбесились, Наруто кусал и царапал Саске, пытаясь содрать с него ненавистные тряпки – ему нужна была кожа, его теплая, гладкая, всего с несколькими пока шрамами кожа, только она… И сильные руки, которые бы держали его крепко-крепко.
Сейчас Наруто чувствовал – как никогда ярче – чужие эмоции, и они будили в нем практически эйфорию. Потому что он ощущал, что Саске пришел сам, пришел осмысленно, пришел потому, что признался себе в привязанности к нему, Наруто. И это осознание чужого желания – мучительно сильного желания, направленного на него, только на него, наваливалось вихрем, мешая дышать, стискивая горло почти болезненным ощущением боязливого счастья.
Наруто взвыл, когда ощутил пальцы Саске прямо там, в своей заднице, где пекло и жгло так, словно это была отдельная часть тела. Смазки выделялось очень много, даже больше, чем обычно – потому, что альфа был здесь.
- Я тебя ненавижу, - выдавил из себя Наруто и понял, что нисколько не шутил; ему нужно было больше, никаких рук, только член.
Не будь он связан, он бы давно уже оседлал наглого и тупоголового охотника и сам сделал, как надо.
- Хочешь больше? Насколько больше? – Саске явно забавлялся, казалось, что контролировал он себя куда лучше, чем Наруто.
- Больше этого, - процедил Наруто, попытавшись извернуться, но Саске только сильнее придавил его.
Пальцы Саске были как раз там, где нужно, гладили скользкие стенки. Смазки было так много, что внутри хлюпало, и Наруто, впервые в жизни оказавшийся в такой момент с кем-то, на короткое мгновение ощутил стыдливый укол. Саске, будто почувствовав, начал мягко тереть пальцами его простату. Наруто, вздрагивая от каждого касания, уже почти готов был кончить, но Саске играл с ним – всякий раз останавливался, заставлял ерзать, раздвигать ноги шире.