Нежеланная невеста, или Зимняя сказка в академии магии (СИ)

Он взял меня за руку, и мое сердце бешено забилось.
— Знаю, что теперь ты чужая невеста, и что я не имею права говорить этого — я не имею права даже просто приезжать к тебе, но… — Эштан сделал ко мне шаг и оказался близко-близко, на расстоянии дыхания. — Но пока ты не стала женой чужого, — он замолчал, коснувшись моего предплечья и неотрывно глядя в глаза, — позволь мне все же поцеловать тебя. На прощание.
Он склонился ко мне, взял за подбородок и приподнял лицо, чтобы коснуться своими губами моих губ. Я так хотела этого поцелуя раньше — мечтала об этом миге, как и любая другая девчонка моего возраста, а сейчас меня будто сковало льдом по рукам и ногам. Я не могла пошевельнуться, не могла податься вперед или обнять Эштана, стояла с запрокинутой головой и смотрела на него большими глазами, отчаянно пытаясь понять — хочу я этого или нет? Могу ли я позволить себе поцелуй с тем, кто нравился мне, был нежным со мной и защищал меня? Могу ли я забыть на миг о том, что стала невестой принца? Забыть о том, кто я на самом деле?
Я чувствовала тепло, исходящее от Эштана, слышала, как отчаянно бьется мое сердце, почти ощущала его губы на своих губах… Я хотела обнять его, прижаться к груди, обхватить широкие плечи руками и раствориться в поцелуе, который обязательно будет дразнящим и нежным одновременно. Хотела, наконец, узнать, что такое быть рядом с тем, кто дорог, но… Когда Эштан, запустив в мои волосы пальцы, почти поцеловал меня, я вдруг снова вспомнила все, о чем мне рассказывала императрица. О семье, о тайном брачном ритуале, о демоне, который убил моих близких. О жертвах, которые были принесены ради того, чтобы я выжила и стала будущей — смешно говорить! — императрицей. О пророчестве.
Я так и не верила, что смогу стать той, которая в союзе со своим супругом-драконом сможет победить тьму. Это ведь я, Белль, просто Белль, обычная девушка! Но… если все, что я узнала за последние дни, было правдой хотя бы на треть, разве могла я тогда позволить себе целовать не будущего мужа, а кого-то другого? Пусть этот другой был безумно мне дорог, пусть он был моей первой влюбленностью или даже любовью. Разве я могла?..
На мои глаза навернулись слезы, и в последний момент я оттолкнула Эштана.
— Извини, но не надо, — тихо сказала я, обхватив себя руками и отвернувшись к окну. Обрывки заката все еще озаряли небо, словно оставленные кем-то лоскуты яркой ткани на темном фоне.
— Понимаю. Это ты меня извини. Я просто глупый влюбленный мальчишка, — почти прошептал Эштан, и меня словно окатило горячей водой от того, сколько боли звучало в его голосе.
— Мне так жаль. Это несправедливо. Это ужасно несправедливо! Но раз я невеста Даррела, я…
— Да, ты права, — перебил меня Эштан. — Мой поступок опрометчив и некрасив. Я слишком порывист в своих действиях и желаниях. И я эгоистичен.
Светлая Тэйла, ну зачем он это сказал? Я едва не заплакала, но сдержалась.
— Слишком многое произошло за эти дни. Я узнала то, что перевернуло мою жизнь, и будто повзрослела не несколько лет, хотя с виду все та же маленькая наивная Белль, — глухо ответила я. — Прости меня за это.
— С этого момента я буду относиться к тебе как к сестре. Только… только не прогоняй меня, хорошо?
Это были ужасные слова, от которых внутри все переворачивалось. И я не могла ответить Эштану так же. Не могла сказать, что с этого момента стану относиться к нему, как к брату, ведь это было бы неправдой.
— Эштан, я… Я не хочу терять тебя, но и держать при себе не могу, как бы… как бы хорошо не относилась к тебе, — осторожно сказала я.
— Меня никто и никогда не сможет удержать, — усмехнулся он. — Я делаю ровно то, что хочу. И я хочу быть рядом, чтобы иметь возможность защитить тебя. Потому что теперь у тебя появится много врагов, Белль. А такой, как Даррел, вряд ли сможет тебе помочь. И он уже доказал это.
Я сдула с пальцев золотой огонь, и он превратился в портрет Эштана — теперь, после того, как сила дракона постепенно пробуждалась во мне, это стало делать так легко, как никогда. Магистр Бейлс просто обалдеет, когда увидит в следующем семестре, что я могу. Наверняка я стану его любимой адепткой!
 
Портрет медленно растаял в воздухе, однако несколько десятков крупных искры подлетели к Эштану и закружились вокруг него. Он протянул руку, и искры оказались в его ладони, а после растаяли, словно снежинки
— Ты знаешь, как я относилась и отношусь к тебе, — тепло сказала я, вспоминая все то, что между нами произошло в последние дни семестра. — И я всегда буду относиться к тебе так — как к прекрасному человеку. Пусть ты и темный, но твое сердце для меня было самым светлым среди тех, кто окружал меня. Спасибо, что помогал, несмотря на то, что мне выдали Черную метку и пытались выжить из академии — сейчас я знаю, что это не принц, и я найду того, кто это сделал. Ну или ту. И я всегда буду относиться к тебе по-особенному, Эштан. И ты это знаешь.
Он на мгновение прикрыл глаза. Тихо вздохнул, словно успокаивая сам себя. Кивнул. Улыбнулся, но как-то натянуто.
— Я просто буду рядом. И ты не пожалеешь об этом, Белль.
Не знаю, к чему бы привел этот разговор, выворачивающий душу наизнанку, но внезапно распахнулась дверь, в проеме появился довольный Кайл.
— Прошу на ужин! — торжественно провозгласил он. — Я все подготовил!
— Думаю, мне пора, — спокойно ответил Эштан.
— Ну уж нет, — воспротивился Кайл. — А как же наше примирение? Или мне до конца жизни вздрагивать от мыслей о том, что его высочество хочет зарезать меня в подворотне?!
Не знаю, как, но Кайл затащил Эштана на ужин, который к тому времени был накрыт в столовой. Болтая о какой-то ерунде, он потащил темного за собой, и я хотела последовать за ними, однако откуда-то выросла Лаура и заявила, что к ужину я должна переодеться. Я ведь истинная высокородная, а любая уважающая себя высокородная несколько раз в день меняет наряды и всегда переодевается к ужину, особенно если в доме такой высокопоставленный гость. Пришлось подчиниться и отправиться в спальню, дабы переодеться в элегантное темно-синее платье, по словам управляющей, сочетающее в себе изящность и сдержанность. Наверное, я просто убежала от Эштана, чтобы сделать передышку — так тяжело мне было находиться рядом с ним и понимать, что из-за ритуала мы не сможем быть вместе, как я о том мечтала, и он, кажется, мечтал тоже.
Перед тем, как переодеться, я долго плескала в лицо холодную воду, чтобы прийти в себя и остудить эмоции, а когда все же спустилась, Лаура сообщила мне, что Кайл и высокопочтенный гость решили насладиться легким аперитивом перед ужином, и я могу к ним присоединиться. В сопровождении Лауры, которая бурчала из-за легкомыслия Кайла, который, по ее скромному мнению, был способен испортить все, что угодно, я появилась в столовой, надеясь, что ужин пройдет гладко, и между мной с Эштаном не будут летать искры недосказанности. Однако меня ждал сюрприз.
Да, знаменитое чаорское вино в доме действительно было — но не у Кайла, а у его отца, это раз. И пить его нужно было не всем, это два. Ибо, как оказалось, оно странным образом влияло на темных. Эштан выпил всего лишь бокал карамельно-медового напитка, от которого пахло грозой, как резко изменился. Опьянел по щелчку пальцев — по крайней мере, так утверждали Кайл и слуги, который в этот момент были в столовой.
Когда я появилась, Эштан раскачивался на стуле и задорно смеялся, а Кайл задумчиво тарабанил пальцами по столу, явно не зная, что делать. Я остолбенела — не поняла, что происходит. Стояла и, хлопая глазами, смотрела, как темный весело мне машет и шлет воздушные поцелуйчики. Он явно был не в себе.
 
— Что произошло? — ледяным тоном спросила Лаура у Кайла и, заметив открытую бутылку того самого чаорского вина, прищурилась.
— Ничего, — пожал плечами Кайл. — Выпили по бокалу, пока ждали Белль. И он немножко… рехнулся.
Кайл украдкой покрутил пальцем у виска.
— Белль, девочка моя, выходи за меня! — помахал мне Эштан, улыбаясь во все зубы. — А Даррела скормим подземным ящерам!