Нагибатор Сухоруков (СИ)

«Вот поэтому вы нам и проигрываете», — хмыкнул я про себя и дал понять, что вечера буду страшно занят. Толимеки поднялись наверх и расположились лагерем на месте, которое ранее обжил Атотола. А мы стали ставить лагерь прямо в долине. Первым делом — лазарет. К этому я приучал своих четлан строго: собрать всех раненых и как можно быстрее оказать первую помощь. И заниматься этим должны все свободные от несения службы. Обирание врагов шло только вторым пунктом. Конечно, многие норовили их совместить, но вот поменять приоритеты местами не смел никто!
— Ищите Атотолу! — напутствовал я своих командиров под хлипким навесом, который для меня успели соорудить.
И увидел Мацихатлу. Он неприметно протопал через всё четланское войско и встал неподалеку от меня, не подавая особых «признаков жизни». Я тихонько кивнул ему. Лазутчик подошел и низко поклонился на местный манер.
— Мы можем говорить открыто? — шепнул я.
— Сейчас да, — улыбнулся Мацихатла. — Великий князь послал меня передать приглашение на пир вечером. Если честно, он обиделся на то, как ты его спровадил. И очень хочет разобраться, в каких вы дальше будете отношениях. 
— Я тоже хочу. Но пока ничего не понимаю. И выходка твоего князя, и ты сам оказались для меня неожиданностью, — улыбнулся я. — Приятной, но неожиданностью. Так что надо разобраться.
— Для того я и напросился в гонцы… владыка.
— Расскажи кратко, что ты делал после побега, как попал сюда? И главное: почему попал?
— Долгий путь был. В Куалакане мой «подельник» про меня быстро забыл. К тому же, я пригляделся и понял, что здесь я особо ничего сделать не смогу. Я понимал, что ты нанесешь первый удар как раз по ним, и у княжества не будет шансов при любом раскладе. А вот дальше можешь увязнуть. В общем, выклянчил я награду за спасение княжеского брата и уехал в Закатулу. Там собирал информацию о Толимеке, о князьях, и их проблемах. Искал обиженных.
— Ближе не нашел? Самый край страны ведь.
— Как ни странно, нашел. Сначала мне приглянулась Ахатла. Приморское княжество обижали все вокруг — идеальный вариант. Я пришел в их столицу, но, едва познакомился с Тувуаком — сразу передумал. С одной стороны, там не дворец, а клубок змей. Интригуют все. А Тувуак — самый подлый и коварный среди них. Только потому и держится.
— Держался, — поправил я его.
— Да, слышал… Атотола, конечно, всех удивил. Но именно убийство Тувуака мне больше всего и помогло. Только я вперед забегаю. После Ахатлы отправился я в Чапопотилу. Самая окраина Толимеки. Местные испокон веков самые обиженные. Живут в горах, с трех сторон — дикари. Земля самая бедная среди семи княжеств, к морю выхода нет, даже к реке не пускают.
— К Мезкале? 
— Нет, к местной реке — Эццоатойя. Это восточная граница Толимеки с народом чумбиа. Весь ее правый берег речной князь Куатэ занял. Вел какие-то дела с чумбиа, а последнее время, там еще какие-то соседи появились… В общем, Край Смолы мне показался идеальным вариантом. И князь Моччитуа неплохим оказался. Я имею в виду, что обижался на весь мир изо всех сил! В этот очаг только солому подсыпай — само полыхать будет.
— И как ты к князю пристроился?
— О, это будет долгий рассказ. А у тебя мало времени, владыка. Скажу лишь, что я помог ему в склоках с князем Кровавой Реки. Куатэ стал всё чаще грабить наши селения. У него появлялись какие-то наемники. Вот и сегодня он отряд чумбиа привел. В целом, я вел дело к войне между этими князьями, но тут пришел Атотола. Сначала подбил на войну Уекахуа, а потом и моих драчливых соседей призвал. Куатэ, как ни странно, согласился сразу. У него какие-то свои расчеты. А мой князь на войну идти не хотел. Я ему наглядно показал, как ты поступил со Старым княжеством, и как Атотола поступил с Тувуаком. Но отказываться Моччитуа боялся. Вот тут я и предложил ему план. Как поквитаться с речным князем и в выгоде остаться. 
— Скажи мне самое главное: будет ли он упорно биться за свою независимость?
— Он будет упорно биться за свою выгоду. Моччитуа больше всего не любит быть голодным.
 
Я задумался.
— Это хорошие новости, Мацихатла. Я обязательно передам Ицкагани, что ты превзошел все мои ожидания. И заслуживаешь награды. Если ты захочешь вернуться, я с радостью разрешу тебе это. Другие награды тебя тоже не минуют.
— Нет, владыка. Слишком многие знают меня дома, как предателя. Возле паланкина Моччитуа мне неплохо. Если позволишь, то возвращение домой я сохраню про запас.
Он улыбнулся. 
— А вот «другие награды» — это очень хорошо! Но попозже и не при всех.
Вечером я с небольшой делегацией поднялся на холм, где пир шел горой. Моччитуа был хмельной, но больше от желанной победы, нежели от расширяющих веществ. Так что говорить с ним можно. После некоторых дискуссий официально великим князем всей Толимеки был объявлен маленький Чокопиц, «потомок Калемы-Каваца». Но фактически он правил только родным Уекахуа и двумя приморскими княжествами. С Моччитуа мы заключили «секретный протокол к пакту»: формально он подчиняется мальчишке, но правит самостоятельно и отчитывается только передо мной. Шлет «подарки». За это князь Чапопотилы получал себе все земли Кровавой Реки.
— Кроме того, если вдруг в будущем мальчик Чокопиц захочет править без поддержки Четландии — то князем всей Толимеки вполне можешь оказаться ты, — добавил я вполголоса.
Надеюсь, теперь князь с удвоенным усилием будет следить за сепаратистскими поползновениями мальчика. А еще — если не дурак — то догадается, что это дело можно провернуть и в обратную сторону. И не станет рисковать имеющимся.
Оставшиеся два княжества — Куалакана и Хетци-Цинтла — юный Чокопиц «дарил» мне в качестве свадебного подарка. Вроде бы, бессмыслица (я и так ими владею), но нет! Теперь мои завоевания обретают иллюзию легитимности. Сказители продолжают петь нужные мне песни, Моччитуа прилюдно признал династию Уекахуа старшей над всей Толимекой — вот так постепенно иллюзия станет реальностью.
Договорившись обо всех деталях, князь Края Смолы (а теперь еще и Кровавой Реки) решил сделать мне подарок:
— Хотел оставить себе, но теперь-то можно… — Моччитуа странным образом оборвал фразу, махнул рукой — и к пиршественному костру привели связанного Куатэ. Низложенный только что князь был обильно покрыт ранами, но на ногах держался твердо.
— Поклянись в верности владыке четлан, князю всей Толимеки и новому князю Кровавой Реки — то есть мне! — радостно заржал Моччитуа.
Куатэ гордо молчал, высокомерно оглядывая нас. 
— Глупцы! Никто из вас не может претендовать на эти земли, потому что у них уже есть настоящие хозяева!
Если честно, мне эта идея с глумлением не нравилась. Но после слов пленника уже нужно было идти до конца.
— Нет иного господина над Толимекой кроме Чокопица. Поклянись в верности ему именем Золотого Змея Земли или будешь предан лютой смерти! — начал блефовать я, зная, что толимеки легко клянутся именем чужого бога, до которого им нет особого дела. 
Однако, Куатэ предложенную тропинку к спасению отверг. Он рассмеялся нам в лицо:
— Вы скоро узнаете, кто настоящий господин над Толимекой.
Раззадоренные новые союзники принялись поливать пленника оскорблениями и угрозами. Вольно или невольно, но к общей травле присоединился и я… И в итоге князя сожгли.
Это… Это было так жутко и странно. Я вообще не собирался ничего такого делать. Просто хотел сохранить лицо. Но толимеки ярились, Куатэ упорствовал и провоцировал нас. В конце концов ситуация дошла до такой стадии, когда заднюю врубать уже нельзя. И пиршественный костер превратился в костер казни. Безумный Куатэ даже в огне осыпал нас проклятьями, пока нестерпимая боль не лишила его рассудка.
Мягко говоря, праздник был испорчен. Даже Моччитуа, избавившийся от давнего врага, сидел подавленным. Я же оказался раздавлен полностью, ибо мне пришлось сидеть и смотреть на ужасную смерть человека до самого конца.
Больше в ту ночь мы ни о чем не говорили. Утром мне сообщили, что князь пришел в наш лагерь и хочет говорить со мной. Я долгое время оттягивал встречу, но толимек упорствовал.