Нагибатор Сухоруков (СИ)

«Конечно, мы далеко не всё вывезли из дворца Тепеапили, но сейчас туда уже поздно возвращаться. Свои же вычистили всё до последнего зерна».
«Не разграблю я — разграбят другие», — загоготал желтый червяк.
«Еще можно подвозить продовольствие из Четландии, — продолжал я мозговой штурм. — В принципе, это лучший вариант… среди худших. Долго, но можно организовать… Только я, знаете ли, не олигарх, чтобы так тратиться!».
«Ну, прибедняться-то не надо! — не поверил мне бог. — Хотя, везти жратву из Излучного — не лучший вариант. Коммуникации растянешь — могут и порваться. Ты ведь с войсками дальше пойдешь? Придется всю дорогу в безопасности держать. Рассосется твоя армия, не с кем будет мир покорять».
«Рассосется, — согласился я. — И чего делать?».
«Искать место поближе, — туманно ответил червяк. — Богатое место. Где много зерна».
«Да, понял я! Понял, — притормозил я божественные намеки. — Закатула совсем недалеко. Только что толку? Покупать продовольствие — дороже обойдется, чем из дому везти. А захватить город у меня, наверное, и сил не хватит. К тому же, это новая война с пурепеча. Только уже настоящая, полномасштабная. Ты к чему меня толкаешь?».
«А если не купить и не отобрать?».
«Украсть что ли…», — опешил я.
«Ну… Это уже интересный вариант. Думаем дальше», — лукаво подзуживал меня Змей.
Вот тут-то меня и озарило! Оставив в Мангазее только воинов Черного Хвоста и оцколи, остальных (которых нечем было кормить) посадил в лодки и пошел вниз по реке. Горцам велено было заняться охотой, чтобы хоть как-то смягчить приближающийся голод. До Закатулы добрались за несколько часов. Дольше переговорщиков ждали да «долги» грузили. 
И теперь мы везли назад более двух тонн зерна, полторы сотни уток и индюшек. Добравшись до лагеря Глыбы и Муравья, я велел организовать небольшую стоянку. Подозвал Брата Гнева.
— Ну, как? — спросил я командира черных, для которого у меня было отдельное поручение.
Отцы-командиры стояли рядом, навострив уши — они тоже посвящены в замысел.
— Да! — радостно откликнулся Брат Гнева. — Двоих нашел! Как ты и требовал владыка: ни на кого не давил, не принуждал, искал самых алчных. 
Что сказать. Мною явно овладел дух авантюризма. А еще в последнее время мне стало жалко гонять войска вхолостую. Выглядело это, как неэффективно работающее предприятие. Вот я и подумал: раз уж мы спускаемся к морю, то почему бы заодно не захватить Ахатлу? Я прикинул, что для нападения на приморское княжество мне даже не понадобится вся армия. Куалакана-то была сильна, а Ахатла — угасающее владение. Закатульцы медленно, но верно отжимают у него земли на западе, а на востоке уже давно отделился старый наш знакомец Атотола-Пеликан. Пять сотен воинов мне за глаза хватит! С меньшей армией и переходы по лесам пройдут легче. Главное — найти хороших проводников.
Вот этим-то Брат Гнева и занимался. Лучшие его переводчики заговаривали с лодочниками из Закатулы и интересовались на предмет «проводить до Ахатлы». Столица княжества Хокотиль находилась дальше восток, буквально в пяти-шести километрах от океана… Так маняще близко…
И проводники нашлись! Получив задаток от Брата Гнева и обещание купаться в стек-тле после завершения сделки, оба закатульца смело приплыли за нами вслед, готовые за хорошую плату натравить одних дикарей на других.
А мне только этого и надо.
Быстро перегруппировавшись, мы отправили сотню людей Брата в Моку — продукты нужно довезти в целости. А 300 черных, без малого 100 белых и 180 золотых закинули на плечи минимальный запас продуктов и углубились в чащу. Это будет стремительный поход, насколько возможно быть стремительным в лесном бездорожье. 
И поначалу нас ждала та еще пытка. У моря леса гуще и непролазнее, насекомые — агрессивнее. А земля — зачастую болотиста. До вечера мы прошли совсем чуть-чуть, устали, как собаки, перекусили всухомятку, без костров и увалились спать. Утром проводники неожиданно вывели нас на широкую тропу. По местным меркам, практически хайвэй. Конечно, ехать на колесном транспорте здесь всё равно было невозможно: перепады высот, ухабы, нет ровной поверхности. Однако, это была широкая незаросшая тропа, которой явно пользовались. А мои воины уже спокойно могли здесь идти по двое и даже по трое в ряд! 
 
Настроение поднялось, четланское войско уплотнилось, перестроилось и зашагало быстрее. Мы надеялись добраться до Хокотиль уже сегодня. Но четлане идут быстро, а глазастые гонцы мчатся еще быстрее. Конечно, такую огромную толпу — без малого пять сотен здоровых мужиков — заметили. И столицу кто-то успел предупредить. Настолько рано, что нам даже успели организовать засаду. 
У приморцев был шанс. Дорога загибалась вдоль каменистого кряжа, развалившегося по левой стороне. Заросло тут так густо, что можно укрыться в двух метрах от дороги. А мы не вели разведку впереди, поскольку не знали маршрута, шли за проводниками. Зато по флангам мои лучники шерстили тщательно. И заметили засаду, когда голова колонны черных только начала втягиваться в ловушку. Не знаю, кто были эти белые, что приметили врагов, но они не стали орать на весь лес, незаметно сползли к дороге и предупредили Аскуатлу, а тот — уже меня.
— Идем медленнее, — тихо по цепочке скомандовал я первой сотне, за которой шел сам. — Щиты на руку.
Обычно, в походе тяжелые щиты черных висят на ремнях за спиной. Но не думаю, что толимеки что-то заподозрят в этом перестроении.
— Аскуатла, — скомандовал я взволнованному командиру разведчиков. — Иди назад, прикажи Глыбе остановиться накапливайтесь вместе с золотыми. А как только начнется заварушка — сразу обходите врага и атакуйте в спину!
Примерно так и вышло. Мы не учли лишь, что враги засели с обеих сторон. Запела дивная птица, лес зашевелился и заголосил душераздирающими воплями. Размалеванные рожи с оскаленными пастями ринулись на нас, и, как бы мои воины ни были готовы к удару, их всё равно застали врасплох. 
Что нас спасло от больших потерь? То, что горный кряж был слева. Толимеки решили (и справедливо решили), что стрелять сподручнее с горки, а не из ямки. Поэтому почти все копьеметатели, пращники сосредоточились слева. А слева у черных на руках висели огромные щиты. Которые и приняли на себя почти весь смертоносный град засадников. 
А потом враги кинулись в бой. Неумело, неорганизованно, недружно. Как только и умеют это делать воины, не обученные маневрировать крупными толпами. Да, поодиночке они, возможно, были и круты. Только крутых одиночек снова встретил почти монолитный строй. На этот раз ополченцы действовали лучше и не подвели своих старших товарищей черных. А когда в спину толимекам ударили стрелы и дротики, горе-засадникам резко стало ясно, что пора делать ноги. Только вот делать их было особо некуда. Тем, что атаковали справа, с низинки, еще получилось бежать, так как их не успели окружить, а вот стрелков с горы побили или попленили почти всех. 
— Столица приморцев явно близко! — крикнул мне распаленный боем Глыба. — Надо спешить! Ворвемся по их свежим следам!
Я согласился. Три двадцатки черных оставили, чтобы те вязали пленных, помогли раненым и собрали оружие, а остальные ринулись за убегающими. Воины Брата Гнева бежали по тропе плотной колонной, а золотые и белые неслись широким фронтом прямо через лес. Менее чем через 20 минут мы выскочили на открытое место. Пологие склоны были полностью усеяны хлопчатником, словно на землю натянули гигантские бараньи шкуры. А вдали, в ложбинке, словно в складках этих шкур, раскинулась Хокотиль. Не суровая каменная Куалакана, а теплая глиняно-соломенная деревня. Не такая уж и большая (я потом понял, что видел лишь часть приморской столицы). 
И ее совершенно никто не защищал. 
По широкой дороге к нам двигалась небольшая процессия. Власти Ахатлы явно шли говорить, а не драться. Я дал сигнал сбора, трубы рыкнули, и мои ретивые воины сбавили прыть. Недовольные золотые, иронично хмыкающие белые стягивались к знаменам, а я махнул своей охране выдвигаться вперед.