Похвала (ЛП)

Покидая его дом, я говорю себе то же самое, что говорю каждый день: У меня никогда не будет Эмерсона таким, каким я его хочу, так что мне лучше привыкнуть к этому.
  
ПРАВИЛО № 17: ВЫБРОСЬ ЕЕ ИЗ СВОЕЙ ЖИЗНИ
 
Эмерсон
Мое отражение смотрит на меня в ванной, но мои глаза не фокусируются на мужчине передо мной. Все, что я вижу, — это ее, стоящую на коленях посреди моего кабинета. Этот образ снова и снова прокручивается в моем сознании.
Как это произошло? Не слишком ли это далеко? Неужели я уже все по-королевски испортил?
Но в моем сознании нет места сожалениям, когда оно так чертовски переполнено желанием. То, что я хотел с ней сделать. Боже, мне хотелось снять с нее одежду, прикоснуться к ее лицу, посадить ее к себе на колени и гладить ее идеальное тело, пока я работал. С любой другой девушкой я бы так и поступил, но я никогда не хотел этого так, как хочу сейчас.
В течение многих лет я признавал, что эти доминирующие пристрастия были всего лишь частью того, кто я есть. Я был доволен этим, но никогда не был полностью удовлетворен кем-либо, кто появлялся рядом. Сейчас это желание сильнее, чем когда-либо, и у меня ужасающая мысль, что Шарлотта на самом деле могла бы идеально подойти мне, и это настоящая проблема.
Она девушка Бо. Я просто не могу продолжать это делать.
Черт, мой мозг все еще не может переварить нет, поэтому я раздеваюсь и принимаю душ. Этот день запудрил мне мозги, и мне нужно смыть все это с себя, чтобы я мог сосредоточиться на возвращении своего сына.
Очевидно, мой член тоже не может воспринять нет, потому что он напряжен до предела, все еще думая о том, как она стонала от удовольствия, пока я гладил ее по голове во время разговора.
Не говоря уже о том, что он все еще думает о том, что произошло субботним вечером в зале для вуайеристов. Вот с чего все это началось. Мне не следовало брать ее с собой на открытие клуба, и мне определенно не следовало идти за ней в тот зал. И мне действительно не следовало, черт возьми, прикасаться к ней так, как я это сделал.
Но это было безлично. Я прикасался к ней, пробовал на вкус, но это то, чем мы занимаемся в клубе. Мы избавляемся от личных уз и зацикленностей в нашей повседневной жизни и свободно испытываем то, чего жаждет наше тело. Если бы я не последовал туда к ней, у нее никогда бы не хватило смелости прикоснуться к себе и заставить себя кончить так, как она это сделала.
Мой член подергивается при этом воспоминании. То, как она терлась, звуки, которые она издавала, вкус ее возбуждения и то, как хорошо ей было в моих объятиях. Как будто ей там самое место.
Я легонько поглаживаю свой член, но он не отпускает меня. И это не позволяет мне думать ни о чем, кроме Шарлотты, вызывая в своей голове ее образы. Эти идеальные губы обхватывающий мой член.
В моем воображении она у меня между ног за столом, поглощает меня, пока я работаю. Моя идеальная маленькая секретарша.
Блять. Моя рука ударяется о кафельную стену, в то время как другая набирает скорость. Это так неправильно, но, возможно, это поможет мне выкинуть ее из головы. Это единственный способ когда-либо заполучить ее такой в моем воображении. Если бы люди только знали, что я дрочу на девушку своего сына…
Но я уже слишком отдался фантазиям. То, как она гладит мой член. То, как она называет меня сэр. Эта улыбка, когда я изливаю теплые струи спермы ей на лицо, и она слизывает их, как хорошая девочка, какой она и является.
Недозволенный стон вырывается из моей груди, когда я кончаю на свою руку. Мое сердце бешено колотится в груди, а мой член просто не хочет останавливаться. Мне явно нужно потрахаться или что-то в этом роде, потому что это чертовски нелепо.
Завтра я должен сказать Шарлотте, что не могу быть тем Домом, которого она хочет. Это неуместно, и мне нужно сосредоточиться на работе и возвращении сына. Но когда я вытираюсь полотенцем после душа, я нахожу на своем телефоне сообщение от нее. Мои глаза чуть не вылезают из орбит, когда я вижу появившуюся фотографию.
 
Это изображение Андреевского креста, гигантской деревянной рамы в форме буквы X с ограничителями на концах каждого столба.
Она сопровождает картинку текстом.
Я провожу кое-какое исследование. Ты когда-нибудь пользовался одним из них?
Я провожу рукой по лицу и заставляю себя сделать глубокий вдох, прежде чем ответить…
Тебе следовало бы лечь спать.
И нет, я этого не делал. Я не увлекаюсь импактной игрой.
Текстовые пузырьки всплывают перед моим ответом.
Я гуглю Impact play.
У меня вырвался стон. Это должно казаться неправильным, вести ее к такому образу жизни. Но она взрослая. Все происходит по обоюдному согласию. Я не принуждаю ее ни к чему, что ей неинтересно.
Качая головой, я беру телефон с собой в постель и забираюсь под простыни, пытаясь уговорить свой член дать ему отдохнуть ночью, когда получаю еще одно предупреждение.
Я не думаю, что мне бы это тоже понравилось.
У меня есть вопрос…
Что это?
Все действительно… сексуально. Возможно ли вообще сделать это без секса?
Я примерно в двух секундах от того, чтобы в отчаянии швырнуть свой телефон через кровать. Мой член, кажется, думает, что его на что-то пригласили, потому что он ноет в моих боксерах, вздрагивая при звуке каждого нового сообщения, которое приходит, как щенок, ожидающий лакомства.
Я долго обдумываю свой ответ. Проблема в том, что я не совсем уверен, спрашивает ли Шарлотта об этом, потому что она хочет секса и надеется, что это произойдет, или она действительно боится вовлечения в секс и хочет узнать об образе жизни, несмотря ни на что. Она так прямолинейна и открыта в своих вопросах, но так сдержанна в своих эмоциях.
Наконец, я решаю быть честным… и осторожным.
Возможно. Это просто означает, что наши возможности ограничены. Да, действия Дом/сабы в основном носят сексуальный характер, но динамика — нет. И динамика — это то, что мне нравится больше всего.
Она почти сразу же печатает свой ответ.
Значит, у тебя не было секса со своими последними секретаршами?
Я снова стону. Она вообще понимает, что со мной делает?
Понимает ли она на самом деле, как сильно я хочу ее и как трудно мне отказывать ей, когда она просит меня о подобных вещах?
Отвечать на этот вопрос больно, и я ненавижу, что мне приходится быть честным.
У меня был секс с большинством из них.
Ее ответ занимает на мгновение больше времени.
Ой.
Пока я жду очередное сообщение, на линии повисло напряжение. Я хотел бы просто сказать ей, как сильно я ее хочу, но я не могу.
Наконец, когда она все-таки отвечает, это сообщение почти ломает меня.
Я не могу поверить, что я вообще это говорю, но мне нравится быть покорной. Я просто хочу быть достаточной для тебя. Я хочу, чтобы ты гордился мной.
Даже если мы не сможем…:(
Слова на экране стекают по моему позвоночнику, как медленные капли лавы, и мой член более чем готов ко второму раунду. Возможно, на самом деле это эмодзи с грустным лицом, который меня доконает. Едва заметная хмурость на моем экране вызывает у меня желание сказать к черту все и прямо сейчас поехать к ее домику у бассейна, чтобы я мог заставить ее опуститься на колени, просунуть свой член между ее идеальных, широко расставленных губ и заставить ее умолять меня трахнуть ее.
Я быстро печатаю свой ответ, прежде чем успеваю его обдумать, решив вообще проигнорировать последнее сообщение, которое она отправила.
Я очень горжусь тобой сегодня.
И тебя более чем достаточно.
Ты само совершенство.
Пульсирующий орган в моей груди набухает, когда я нажимаю Отправить. Это больше, чем возбуждение. Больше, чем желание трахнуть ее или услышать, как она называет меня сэром. Если бы я был на двадцать лет моложе, она именно такая девушка, какую я бы хотел. Почему Бо позволил ей уйти, я понятия не имею. Но с каждым днем я становлюсь все более и более зависимым от этой девушки.