Парень за углом (СИ)

ЭПИЛОГ. ЧАСТЬ 2
Он устал от меня. Устал от скандалов. От всех этих семейных трудностей. Устал бороться и удерживать меня, в то время как весь этот месяц я моталась на все различные встречи, чтобы хоть куда-то устроиться на работу по своей специальности. Его это категорически не устраивало. И это не смотря на то, что ему предъявить-то нечего было. Я все успевала. И по дому, и за дочкой ухаживать. В конце концов я уступила, но он…
Он нашел повод.
Просто я одного не понимаю, зачем это скрывать? Я всегда считала его слишком честным и прямым. Он должен был сказать мне, а не прятаться. Это так низко, зная его.
Все это наталкивает на мысль, что у него и правда коротко временная интрижка, которую он хочет сохранить в тайне от меня. Хотя многое до сих пор не складывается у меня в голове… Да и не могу я сейчас ясно думать. Меня лихорадит. Трясет. Все это убивает меня.
Вернулась домой вся в слезах, с дрожащими губами. Скорее побежала на кухню, чтобы выпить стакан воды. Выпила его залпом, а потом налила себе еще один, с которым побрела к столу, чтобы присесть и перевести дух.
За это время я не передумала уходить от него. Самое время собирать вещи и съезжать к матери, а потом и из того дома тоже. Все эти пять лет я откладывала деньги мамы, что она для меня скапливала. Переедем в город.
Да, я все распланировала, пока добиралась сюда. У меня вообще-то ребенок и скоро будет еще один, от которого я ни за что не избавлюсь. Я должна думать о них. У меня всегда должен быть запасной план. Но, даже ради них, я не буду терпеть рядом с собой изменника. Я очень себя уважаю, а еще… я все еще очень сильно его люблю, чтобы простить ему такое.
Не успела я встать со стула и убрать стакан на место, как дверь хлопнула.
Он вернулся следом за мной. Все последние дни он возвращался куда позже, а тут пораньше освободился. Похоже, выдохся… Натр*хался под завязку.
Я правда была уже готова все ему высказать, как только он войдет на кухню. Но все сложилось совсем по-другому, стоило мне только его увидеть. Все резко переменилось у меня в голове, когда я посмотрела в его глаза.
Взглянула на него… и промолчала. Просто отвела взгляд в окно.
Он же сейчас даже не спросит, почему я такая. Будет думать, что все это из-за депрессии, что ему только на руку. Можно же не обращать на меня внимания.
— Почему ты одета? — спросил он холодно, и подходить ближе не стал. Остался в дверях.
— Увозила Хлою к маме. Она просилась. А я только что вернулась. Но уже пешком.
И зачем я тяну?.. Скоро Лестер все равно ему расскажет, что я приходила в бар и расспрашивала о нем. Может, он уже ему позвонил, а он тут стоит сейчас, лживый подонок, и ждет, когда я начну разговор об этом.
Стоп… Может, он и правда ждет этого? Когда я сама подниму об этом разговор. Куда проще, когда тот, кого ты предал, уже знает о твоем предательстве.
А вот черта с два я облегчу ему эту задачу. Сам будет признаваться. Притом, сегодня же.
— А ты, где был? — смотрю на него спокойно, хотя внутри бурлит такое, что… трудно себя сдерживать. Этот стакан в моей руке либо сейчас расколется, либо полетит прямо ему в рожу. Черт, мне нужно глубже дышать.
— В баре. Дела утрясал кое-какие, — врет нагло, не моргая. А вот это была последняя капля.
В моей ненависти к нему, сейчас разве что не хватает пожалеть о том, что он тогда не умер. Есть желание думать, что лучше бы его не было, и тогда сейчас, спустя года, я вспоминала бы о нем только хорошее.
Боже, что я такое несу… Нельзя такого думать. Чтобы он там ни делал, он отец моей дочери. А ей нужен отец. У меня его не было, но это не значит, что и у нее его не должно быть.
— Ясно, — киваю безразлично и встаю со стула. — Я спать, — с грохотом ставлю стакан на столешницу и прохожу мимо неподвижного него.
Почувствовала, как он проводил меня взглядом до лестницы. Он точно смотрел. У меня нет на этот счет сомнений. Я этот сверлящий взгляд мне меж лопаток ни с чем не спутаю.
Пришла в комнату и сразу отправилась переодеваться в ванную комнату, в пижаму. В ту пижаму, которую он ненавидел за некоторые неудобства. Сейчас он почувствует в каждом моем слове, жесте и поведении, что это не просто чертова депрессия. Буду надеяться, что он сам начнет говорить.
Только легла на край кровати, как вошел он.
Прислушивалась к каждому его движению. К каждому шороху. Очень тихо дышала, чтобы не пропустить ни единого звука.
Он лег как ему удобно. На спину. И сейчас наверняка смотрел в потолок. Заговаривать со мной даже не пытался.
Спустя пять минут этой гробовой тишины, я поняла, что не смогу придерживаться своего плана. Я с ума сойду, если сейчас ничего не скажу. Я не могу и не хочу находиться в постели с этим предателем! Он этого не заслуживает!
— Нет… — выдохнула я, резко перевернувшись на спину. — Я так больше не могу! — выкрикнула, подорвавшись всем корпусом с постели. Саму себя оглушила. Настолько чистыми и болезненными были сейчас мои эмоции. — Я так не могу, понятно тебе? — смотрю на него, по-прежнему устремляющего взгляд в потолок. — Все! — срываю с себя одеяло и вскакиваю на ноги.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍На что он привстает на локтях и смотрит на меня так, будто сквозь. Если когда-то меня такой его взгляд пугал, то сейчас мне абсолютно насрать, что он там скажет и как посмотрит на меня.
— Я тебя ненавижу! — рычу я на него. — Ты… ты…
— Что, я? — так спокойно и в то же время не спокойно спрашивает.
— Даже не смей говорить, что все это моя вина! Это твоя вина! И не говори, что сейчас не понимаешь, о чем я! — а он молчит, но по взгляду вижу, что настало долгожданное облегчение. Больше ему врать не придется. — Мы… — нервно сглатываю. — Мы… больше не можешь жить вместе, — подбегаю к шкафу и хватаю одежду, в которой сейчас собираюсь сбежать отсюда. Все остальное потом.
Убегаю со скомканной одеждой в руках в ванную комнату. Сдираю с себя пижаму и спешу одеться потеплее.
Пока одеваюсь, слышу, как он встает с кровати. От этих звуков начинаю торопиться.
Когда заканчиваю и открываю дверь, вскрикиваю от неожиданности, видя его прямо на пороге с еще более мрачной миной:
— Отойди, Лэндон. Все конч… А-а-а! — не договариваю, срываюсь на крик, когда получаю хлесткую пощечину. Несильную, но такую, что прижгло. Прижгло от горькой обиды и непонимания — за что?!
ЭПИЛОГ. ЧАСТЬ 3
Даже спустя несколько секунд я чувствовала его ладонь на своей щеке. Она отпечаталась на мне. Я теперь буду всегда ее помнить и пронесу этот горький момент сквозь все года моей жизни.
Кожу жгло от обиды. Слезы тоже не заставили себя ждать, которые буквально брызнули из глаз.
Но я надолго не растерялась: ударила его в ответ и выкрикнула:
— Ублюдок! Как ты посмел меня ударить? Ведь ты никогда… никогда… — скулю сквозь слезы. — Что, я стала тебе не нужна и ты решил, что теперь со мной можно обращаться как угодно?! Нет, не выйдет! Я все еще мать твоей дочери и… — нет, про этого ребенка он не узнает. — Что ты творишь?!
Лэндон крепко хватает меня за руки и силой вытаскивает из ванной комнаты. Отшвыривает к кровати, на которую я чуть было не падаю. Удерживаюсь на ногах около нее.
— Куда ты, бл*дь, собралась? — надвигается на меня Вайт зверем. — Что ты не можешь?! Что ты сейчас несла такое?
— Ты и сам знаешь, что я не могу! Хватит притворяться! — ударяю кулаками по постели.
— А, тебе все-таки надоело притворяться?.. Брак со мной стал настолько в тягость, да?
Я сажусь на кровать, когда он подходит еще ближе. Страх вынуждает так поступить. Смотрю на него снизу-вверх и не понимаю, почему он такой. Он так говорит, будто это еще и я в чем-то виновата…
— Ты что, совсем охренел? Сам тр*хал какую-то приезжую сучку, а меня обвиняешь в чем-то?! Да, сукин сын, брак с тобой после этого мне резко стал в тягость!
— Чего, бл*дь?! — я не знала, что его глаза могут так широко открываться. — Какая еще сучка?..