Я тебе принадлежу (СИ)

Не знаю… я ничего не знаю!
  
Глава 28. Макс
 
Надо было видеть глаза этого старикашки, когда на следующий день после того, как Вероника вышла за меня замуж, мы вместе явились в офис.
Ника признаюсь, держалась гордо и непринуждённо, даже, несмотря на то, что эту ночь мы не спали. Нет, никого интима. Просто решили отметить наш брак и, в общем, под вино я рассказывал жене о своих планах на бизнес её отца. Вероника сразу призналась, что не очень понимает во всём этом и я пытался ей объяснить максимально просто. Хотя девушка явно приуменьшала свои возможности и понимала всё, что я ей говорил, задавая уточняющие вопросы. Порой что-то предлагала, и в какой-то момент я осознал, что не прочь в будущем разделить с ней управление. Но не сейчас, когда компания бурлит. Разберусь со всеми крысами и только потом можно начать вводить ведьму в курс всех дел.
Обманывать, как-либо юлить я даже не думал. Зачем? Лучше сразу начать новый этап наших отношений с честности и доверия. К тому же Ника решила точно так же и предложила перемирие. Временное. До моей первой ошибки. Но она не учла того, что ошибку сделала она, согласившись на брачный договор. Дала право внести всего один пункт, и я его внес. А девушка подписала не глядя, ведь по договору бизнес всегда будет принадлежать Веронике, а она… всегда будет принадлежать мне.
Начав общаться с ней слегка теснее, узнавал ведьму всё лучше и лучше. Да, менее вредной с нашей первой встречи она не стала, но явно теперь мягче и сдержаннее. Смотрел на неё и не понимал, как сразу не узнал свою маленькую ведьму, что снилась мне последние восемь лет. Чего только стоили её белоснежные волосы. Только по ним можно было узнать кто передо мной, но я и подумать не мог, что та маленькая вредина вновь возникнет в моей жизни… и именно таким образом. Но больше всего меня веселит тот факт, что она в отличие от меня ещё ничего не знает и не помнит того, с кем обещала воевать.
«— Иди, Максим! С миром! — любовница моего отца делает шаг назад, и я понимаю, что нехотя напугал беременную женщину, поэтому тут же отхожу. — И знай, что не я виновата, а твой отец, который изменял твоей матери.
— Он ещё своё получит, — зло обещаю и, развернувшись, собираюсь уйти, но обнаруживаю на своём пути невысокую преграду в виде белокурой девочки лет восьми — десяти. Смотрит на меня тяжёлым взглядом и убивает.
— А, ну извинись! — шипит эта мелочь на меня, выглядя при этом жутко агрессивной и недовольной. — Злой, как собака, мальчик, попроси прощение! Обижать девушек, тем более беременных — грех!
— Уйди, мелочь пузатая! — огрызаюсь и пытаюсь её обойти, но она даёт понять, что этот манёвр мне не провернуть. Бойкая. С характером. Вредная.
— Извинись, я сказала, — упирает руки в бока девчонка. — Иначе я тебе жизнь испорчу.
— Что ты мне сделаешь, козявка? — с усмешкой интересуюсь у неё, оценивая её положение. Я могу соплячку одной рукой сдвинуть и уйти. Больно тощая и мелкая она,
чтобы быть противником для меня. Тем более девчонка. Слабая значит… но не духом. Пылает белокурая ведьмочка.
— Найду и испорчу твою жизнь! Я могу! Я такая! — рычит, прищурившись, чтобы нагнать на меня страх перед ней, но получается у неё ужасно смешно. И если Арина, любовница моего отца, смех сдерживает, то я этого делать не намерен, поэтому позволяю себе поржать над соплячкой. А это в свою очередь ужасно злит девчонку.
— Пф-ф, иди в куклы играй, мелочь! — и, взяв маленькую ведьмочку, мягко убираю её со своей дороги. Обижать и как-нибудь причинять боль девчонке я не намерен. Не такому меня мать учила. — Шмакодявки какие-то мне тут ещё не указывали! За собой и своими игрушками следи, а то ночью приду и всем твоим куклам головы пооткручиваю, — пугаю, но она лишь вскидывает бровь.
— Проклинаю тебя! Пока вину свою не загладишь, буду во снах приходить, и все твои планы рушить буду! — кричит белокурая девочка мне вслед, и своё обещание она сдерживает. Хоть раз в неделю я видел её. Улыбался. И даже интересно было, какой выросла соплячка. Увидел… И она разрешила мне стать владельцем компании Шпарского.
 
Точно ведьма…»
— Ооо, вы все в сборе! — восклицает Вероника, зайдя на утреннее совещание, которое, к слову, сама организовала. — Прекрасно! — тянет меня за руку к месту управляющего и садит в кресло, а сама присаживается на подлокотник. Рукой обвиваю её талию, смотря на всех присутствующих победоносным взглядом, показывая, что я здесь не просто так. — Рада вам представить моего супруга! Максима Викторовича Чернышёва! Вы все его уже знаете, а это значит, что проблем не возникнет. Отныне он генеральный директор и ваш непосредственный начальник. Я же в офисе буду появляться редко.
— Что? Нет! Не может быть! — первым подаёт голос нотариус. — Нет! Ты не могла это сделать! Это глупо! Беспечно…
— Могла, — строго обрывает его моя жена. — И да, Игнат Борисович, вскоре я предоставлю вам некоторые бумаги. Нужно будет оформить мои новые документы на имя Чернышёва Вероника Николаевна.
Улыбка появляется на моих губах, когда я вспоминаю, как трудно было уговорить девушку взять мою фамилию. Она хотела сохранить свою, но одно упоминание, что смена фамилии разозлит её крёстного и Ника взяла мою фамилию, весь путь обратно от загса примеряя своё новое имя, и в конце вынесла вердикт, что ей даже идёт. Улыбнулся, но промолчал, потому что мне тоже нравилось, как звучит моя фамилия и её имя.
— Вроде всё, — протянула и встала, обратившись ко мне. — Макс, я домой поеду! Дел куча! Не давай им спуску, — нагнувшись, страстно поцеловала меня в губы, чем удивила не только присутствующих, но и меня.
— Вероника! Постой! — не унимается Игнат Борисович. — Скажи, что это шутка! Ты не могла выйти за того, кого знаешь несколько дней.
— Мы знакомы с Вероникой довольно давно, — вмешиваюсь. — Даже дольше, чем вы думаете, Игнат Борисович — хохотнул. — До вечера, красотка, — подмигнул, и Вероника
вышла, а следом прислала смс «Круто придумал с тем, что мы давно знакомы. Сразу все вопросы отпали».
Ох, знала бы она, что это правда… Но пока буду молчать. Интересно, когда же она меня вспомнит. И вспомнит ли?
  
Глава 29. Ника
 
— Ника, — кричат братья Солнцевы и бегут ко мне в объятия со всех ног. Слёзы наворачиваются на глаза, когда я понимаю, что всё! Они мои! Больше никаких преград! Сейчас мы с Максимом отвезём их домой, я покажу им их новые комнаты, которые обустраивали последние несколько дней и больше ни за что не отпущу от себя.
Тёма первым высвобождается их моих тисков и тут же направляется к рядом стоящему Максу, чтобы протянуть ему руку и пожать её, как всегда делал его отец. Пытается казаться большим и самостоятельным. Забавный малый. И всё же это грустно… он просто понимает, что теперь он в их с Димой семье старший, и он несёт ответственность за брата.
Поначалу, Максим смотрит на мальчика слегка с сомнением, но в итоге сдаётся и пожимает ему руку, словно воспринимает Тему как взрослого, а старшему из братьев именно это и нужно. Плюсик засчитан.
— Я Тёма, а это мой брат Дима, — представляется мальчишка. — А ты новый водитель нашей Ники?
— Кхм, — кашляю я. — Это Максим. Он… — не знаю, как сказать об этом мальчишкам.
— Я её муж, — произносит Чернышёв то, что не смогла сказать я.
— Муж? — удивляются Тёма и Дима. — Ника, ты вышла замуж? — недоверчиво переспрашивают.
— Да, Тёма, — отвечаю, поджав губы. — Я же говорила, что сделаю все, чтобы забрать вас.
— Ааа, — тянет парень задумчиво, а затем шёпотом уточняет. — Он что ненастоящий?
— Нет, Тём. Он настоящий. Макс живёт со мной в одном доме. И с вами. Он мой муж надолго, — проговариваю и поднимаю на мужа взгляд, послав ему улыбку. — Я надеюсь, вы поладите, потому что от него многое зависит.
— Хорошо. Если это так важно для тебя, то я буду с ним дружить, — важно говорит Тёма. — И с Димой поговорю, но на сто процентов не ручаюсь за брата. Он ребёнок и ещё не