Уравнение для влюбленных (ЛП)

Джесс повернулась, чтобы посмотреть на него, и обнаружила, что Ривер наблюдает за ней с таким нежным весельем, как будто он только что обнял ее прямо за столом.
— Если подумать, идея с любовью через ДНК действительно имеет смысл, — тихо согласилась она.
***
По дороге к нему домой их руки переплелись и покоились на его бедре, а встроенные в сиденья Audi обогреватели создавали у Джесс ощущение, будто она тает, превращаясь в кучу довольного желе.
— Было весело, — пробормотала она, насытившись фантастической едой и слегка навеселе от выпитого вина.
— Наталья уже написала мне, что они обе от тебя в восторге, и, если я все испорчу, они меня кастрируют.
Джесс поморщилась.
— Пожалуйста, не испорти ничего. У тебя такой большой, красивый… — Ривер повернулся и ухмыльнулся ей. — Характер, — закончила она, улыбаясь в ответ. — И быть при этом кастрированным будет своего рода разочарованием.
— Я рад, что тебе так нравится мой характер, — сказал он, снова обращая свое внимание вперед.
— Это, можно даже сказать, мое слабое место, — пошутила она.
Он снова посмотрел на нее, игриво шокированный.
— Сколько вина ты выпила, женщина?
— Идеальное количество.
Они довольно долго просидели в ресторане, ели, пили и Джесс смеялась громче и больше, чем последние несколько лет вместе взятые. С его сестрами ей было комфортно, практически как с Физзи; то, как они общались друг с другом и не воспринимали себя слишком серьезно, создавало ощущение, что она сидит за ужином со старыми друзьями, а не с людьми, которых она встретила впервые. И прямо сейчас удовлетворение, теплое и медовое, разливалось по ней. С бабушкой Джо все будет в порядке; Джуно преуспевает во всем. Физзи в кого-то влюбилась, и впервые в жизни у Джесс появились деньги, чувство безопасности и парень. Она повернулась и уставилась на лицо Ривера сбоку.
— Ты мне нравишься.
— Ты тоже мне нравишься. — он сжал ее руку. — Очень, очень сильно.
Неужели именно так ощущается радость? Безопасность?
Она кивнула в сторону его дома, когда они приблизились.
— Мы собираемся заняться кое-чем непристойным?
— Без сомнения. — он засмеялся, заезжая на подъездную дорожку и наклоняясь, чтобы поцеловать ее после того, как припарковал машину.
Войдя внутрь, Ривер зажег лампу в просторной гостиной, включил другой свет на кухне и, направился туда, чтобы принести по стакану воды. Джесс написала маме Наоми сообщение, чтобы проверить, как там ее ребенок, и была приятно удивлена, услышав, что Джуно проводит лучшее время в своей жизни.
Положив телефон, она повернулась на диване, чтобы посмотреть, как Ривер возится на кухне.
— Я не знаю, что с собой делать, — сказала она. — Сейчас я никому не нужна.
Ривер вернулся с двумя бокалами, поставил их на журнальный столик, а затем разместился рядом с ней на диване. Его рот переместился с ее шеи вверх к губам.
— Мне нужна.
А потом он отстранился и улыбнулся, как будто, возможно, он просто дразнил, но Джесс увидела искренность в выражении его лица. Ее собственная нежность всплыла на поверхность, и влюбленность осторожно вибрировала в груди.
Она тоже начинала нуждаться в нем.
Ее телефон был зажат у нее за спиной, и она потянулась за ним, бросив на пол. Проследив за этим взглядом, Ривер спросил:
— Как дела у Джуно?
— Хорошо. Мама Наоми говорит, что они смотрят фильм у бассейна.
— Значит, с друзьями у нее все в порядке?
Джесс повела плечом.
— Иногда кто-то из них грубит, или злится, или устает, и это создает небольшой драматический торнадо, на преодоление которого уходит неделя. Я начинаю понимать, что лучше, если мамы будут держаться от этого подальше. Дети спорят. Иногда это нас задевает, и мы превращаем простую ситуацию в нечто большее, чем есть на самом деле.
На это он лишь что-то промурлыкал, на локтях приподнявшись над ней и играя с кончиками ее волос. Они все еще были завиты после утреннего интервью, и он рассеянно накрутил прядь на палец.
— Уверен, иногда трудно не проявлять чрезмерной заботы. Я почувствовал то же самое, когда она заговорила об этом по дороге на балет, а я ведь только начинаю узнавать ее.
 
Джесс потянулась вперед, целуя его за эти слова. И тут она кое-что вспомнила.
— Не могу смириться с мыслью, что ты одержим мыльными операми. Неудивительно, что вы с Физзи ладите.
Он уткнулся лицом в ее шею.
— Я давно забыл об этом. Но сестры никогда не забывают.
— Когда ты перешел от теленовелл к увлечению генетикой?
— Моя бабушка умерла, когда мне было четырнадцать, — сказал он, приподнимаясь, чтобы сесть, и перекидывая ее ноги себе на колени. — Она жила у нас последние семь или около того лет, и она была самым счастливым воспоминанием моего детства. Мои родители не очень ладили, и без нее в качестве буфера эти обиды распространялись на всех вокруг. — Джесс нахмурилась, потянувшись вперед, чтобы взять его руку в свою. — Кроме того, они не очень… по своей натуре они не очень нежные люди, поэтому в доме стало очень тихо, когда Абуэла умерла. Папа никогда не был поклонником того, что я сижу с ней и смотрю шоу. Он этого не понял — и когда я попытался посмотреть их после ее смерти, вроде как для того, чтобы оставаться на связи с ней, у него этого не получилось. Он хотел, чтобы я спустился с небес и подумал о будущем и профессии, которая помогла бы мне прокормить семью.
— Моя мать, Джейми, в некотором роде такая же. — Джесс грустно улыбнулась. — Но ее поведение заключалась в том, чтобы всегда напоминать мне, чего хотят и к чему стремятся мужчины. Предполагая, что лучше потратить мое время на поиск варианта, когда обо мне будут заботиться, а не чтобы я сама училась делать всю эту фигню.
Настала его очередь сочувственно нахмуриться.
— Я всегда хорошо учился в школе, — сказал он, — так что я просто… стал делать это еще лучше. И наука естественным путем пришла в мою жизнь.
— Приходило ли тебе в голову до того, как Наталья сказала это сегодня вечером, что то, что ты делаешь сейчас, пусть и косвенно, как-то связано со всем этим? Спорю, твоей абуэле это бы понравилось.
— Не приходило, но думаю, что это правда. Только подумай о том, сколько любовных историй мы создадим.
Джесс наклонила голову и уставилась на него. Она не могла поверить, что ходила голой перед этим мужчиной.
Его застенчивость уже дважды заставила её изменить к нему отношение.
— Что?
— Ты же знаешь, что ты очень сексуален? — спросила Джесс. — И еще очень замечательный. Я даже думаю, что сейчас ты мне нравишься даже больше, чем чуть ранее сегодня.
Уголок его рта приподнялся.
— Как это возможно? Я думал, что уже держу всё под контролем.
Джесс растянулась на диване, улыбаясь ему и медленно снимая рубашку.
— Кажется, кто-то говорил что-то о занятии чем-то неприличным?
Глава 21
В какое-то утро Джесс и Джуно были примерно в квартале от школы, когда Джуно остановилась и спросила:
— Теперь Ривер Николас твой парень?
— Что заставило тебя подумать об этом по дороге в школу? — уклонилась от ответа Джесс.
— Просто интересно, собираешься ли ты увидеться с ним сегодня утром.
Она тщательно обдумала сказанное; кажется, ее ребенок проверял почву.
— Я, вероятно, увижу его в Twiggs чуть позже.
— О. — Джуно покосилась на нее. — Я думала, что видела его вещи у нас дома.
Шея Джесс вспыхнула, ее разум начал лихорадочно работать. На прошлой неделе Ривер приходил к ней каждое утро на час или около того после уроков и перед тем, как они оба начинали работать в течение дня — это было их единственное время наедине, — но Джесс понятия не имела, что он оставлял улики. Она понимала, что в разгаре секса на полу, на кровати, в душе, склонившись над комодом, а однажды даже на кухонном островке, даже сверхорганизованный ученый был склонен что-то забывать.
— Хм, — произнесла она, оттягивая время.