Шаманка (СИ)
7
Старуха долго смотрела подслеповатыми глазками на освещенную зарубку на жердине, по которой, как по солнечным часам, можно было определить время, потом тихо сказала:
– Пора.
Кряхтя поднялась, подошла к сундуку и, немного покопавшись, достала из него полусапожки из сукна.
– На, надень олочи. По тайге на шпильках много не набегаешь.
Ольга присела и, надев самодельную обувь, обрадовалась, как ребенок, – расшитые орнаментом мягкие ботиночки оказались ей впору. Они словно давно ожидали ее здесь. Старуха сняла с крючка шаманский бубен с колотушкой и вышла наружу. Ольга направилась следом. Выйдя, она увидела, что солнце, склонившись к горизонту, уже почти коснулось верхушек самых высоких елей. В воздухе чувствовалась сырость: видимо, где-то в низинах уже начинал скапливаться вечерний туман. Еще совсем немного, и начнет темнеть.
– Гускеэейн, а зачем надо ждать темноты? – неуверенно спросила Ольга.
– Потому что мы Зычигир – род черных шаманов. А с духами Нижнего мира надо общаться в темноте. Иногда даже слабый свет может помешать этому.
Пройдя по деревянному помосту мимо тотемов, старуха подошла к ручью. Повернулась, махнула рукой в сторону леса и властно приказала:
– Иди, ищи вход в Нижний мир.
Ольга растерялась.
– Ничего себе! А где же я стану его искать?
Она надеялась, что старуха будет сопровождать ее, и перспектива остаться одной в тайге не на шутку перепугала. Но, увидев непроницаемое лицо старой шаманки, поняла – помогать ей та совсем не собирается.
– Ну, а как он хоть выглядит?
Ольга готова была разрыдаться.
– Ты сама это решишь. Входом может быть что угодно: и дупло в дереве, и пещера, и расщелина в скале. Водоворот тоже может быть или источник какой. Увидишь – сразу поймешь. Этого я сделать за тебя не могу. Все! Иди, ищи.
– А вдруг я заблужусь? Что со мной тогда будет ночью в тайге?
– У тебя шесть духов-защитников.
Ольга поняла окончательно – дальше спорить со старухой бесполезно.
Потопталась на месте в недолгом раздумье, какое направление выбрать. Потом все же решила пойти вверх по течению. Во всяком случае, у нее хотя бы будет ориентир, чтобы вернуться назад…
Высокие, почти по пояс, кусты папоротника разрослись по нижнему ярусу тайги столь густо, что местами полностью скрывали под собой водный проток. Это необычайное буйство растений создавало иллюзию тропического леса, и Ольге стоило немалых усилий, чтобы продраться сквозь плотное сплетение размашистых, как у пальм, листьев. Поросший голубоватым лишайником старый валежник постоянно преграждал путь, и ей каждый раз с трудом приходилось перелезать через лежащие друг на друге деревья. Остатки вечернего света едва пробивались сквозь кроны вековых елей, и по мере того, как уходило солнце, все вокруг становилось еще более мрачным. Ей казалось, что за каждым деревом или кустом притаилась опасность. Страх был совершенно безотчетный. Она толком даже не могла объяснить, кого или чего она боится. Всякое подобие логики было утрачено. Хруст ломающихся сухих веток под ногами или зловещий скрип старых деревьев вызывали почти что панику.
Ольга шла, оставляя позади себя на уровне глаз сломанные ветки. Где-то она читала, что если, не дай бог заблудиться, то по этим ориентирам можно будет найти потерявшегося человека. Если, конечно, кто-нибудь станет искать. На помощь духов она как-то не рассчитывала. В довершение ко всем мучениям абсолютно некстати начался еще и дождь. Не очень сильный, но достаточный, чтобы ей промокнуть до нитки и замерзнуть.
Тревожно вглядываясь в сумрак, она искала что-либо подходящее под описание Гускеэейн. Пару раз увидела дупла на деревьях, но они почему-то ей не понравились, и она пошла дальше. Потом, через некоторое время, совсем недалеко от берега под поваленным деревом нашла чью-то нору. Но трава около входа была примята, очевидно, каким-то животным, и девушка решила, что обитаемое логово ей тоже не подойдет.
Так, медленно проплутав, как ей показалось, более двух часов, постепенно теряя последние силы, Ольга начала стремительно утрачивать и терпение тоже. Она замерзла, устала, была грязная, злая и голодная. Вокруг уже стемнело, и в голову исподволь начали прокрадываться гаденькие, трусливые мыслишки: не послать ли все это безнадежное занятие куда подальше? Но после того, как пару раз она упала, споткнувшись о скрытые в мокрой траве коряги, Ольга решила, что пройдет вверх по течению еще минут десять и, если ничего не найдет, будет возвращаться. Наверное, духи предков ошиблись – шаманка из нее, как из овцы балерина.
И вот, в момент, когда она уже почти смирилась с мыслью, что все, пора, наконец, поворачивать назад свои несчастные, избитые до крови ноги, Ольга услышала, как изменился шум воды. До этой минуты ручеек журчал ровным негромким звуком, а сейчас вдруг отчетливо поменялась его тональность, словно где-то чуть дальше маленький водопад разбивался о скалу. С надеждой непонятно на что она бросилась вперед. В этот момент, будто специально, яркая полная луна вынырнула в просвет между облаками, и Ольга увидела…
Посреди небольшой поляны залитый мерцающим холодным светом лежал огромный, выше человеческого роста древний валун. Поросший зеленым мягким мхом, он был похож на гигантскую голову заколдованного сказочного великана. Внизу из расщелины, почти у его подножия, однообразно булькая, вырывался ключ. С мелкими брызгами падая вниз на выступ камня, он распадался на множество более тонких струек. Именно этот звук и позволил вычленить его среди прочих шумов леса. Ольга с восторгом и изумлением смотрела на родник и понимала – она нашла то, что искала! Здесь начинался исток. Странная, но уже знакомая внутренняя тишина овладела ею. Звук льющейся воды показался ей ласковым и успокаивающим. Она забыла, что буквально минуту назад испытывала страх голод и невероятную усталость.
– Молодец! Нашла-таки! – раздалось сзади из темноты.
Вздрогнув от внезапности, Ольга резко обернулась. Старуха стояла у нее за спиной чуть поодаль.
– Гускеэейн?! Вы что, все это время шли за мной?!
Изумлению девушки не было предела.
– Еще чего! Старая я уже по кочкам скакать. Если прямками через тайгу, сюда минут за двадцать дойти можно.
От злости и обиды Ольга чуть не заплакала: какого черта эта старая ведьма сразу не сказала, что есть ближний путь?! Но, мгновенно все поняв, осеклась на полуслове. Видимо, найти проход на ту сторону ей самой являлось неотъемлемой и обязательной частью инициации. Как и само страдание тоже было его неизбежным условием. Тайное знание не дают. Его добывают. Тяжко. Знание – удел избранных. Иначе старая шаманка никогда бы не догадалась, что она найдет дорогу сюда.
Грязной, дрожащей от усталости рукой Ольга вытерла слезы и, жалко улыбнувшись, попыталась пошутить:
– Настоящие герои, Гускеэейн, всегда идут в обход.
Старуха внимательно осмотрела на ученицу, чей растрепанный и несчастный вид едва ли смог бы не вызвать сострадания даже у самого ожесточенного сердца.
– Это хорошо, что ты умаялась. Теперь боги должны сжалиться над тобой. Сходи вымойся и попей.
Ольга покорно направилась к валуну. Присев на корточки и подставив под прохладную струю поцарапанные и донельзя покусанные гнусом ладони, она испытала облегчение. И…
То фантастическое, однажды уже пережитое чувство вдруг вновь пришло к ней. Время мгновенно утратило свою протяженность. «Настоящее» больше не воспринималось как некий неуловимый миг между прошлым и будущим, а было невероятно долгим и объемным. Мысль исчезла, ментальный поток остановился, и она ощутила время так, как обычный человек ощущает материю. Осязаемо. В секундном озарении она внезапно постигла: все ее предки, шаманы рода Зычигир, приходили сюда. Многие и многие поколения. Все они стояли на этом месте, где сейчас стоит она. Ольга кожей чувствовала их присутствие. В это неимоверно долгое, всепоглощающее, тотальное «СЕЙЧАС» возникло абсолютно иррациональное знание – ее сын и правнук тоже будет стоять здесь когда-нибудь.