Отчаянная Попаданка для Василиска (СИ)
- Так я и думал, - буркнул позади меня какой-то парень. - Ничего кроме воды Слейтон в принципе не использует. Но при этом его рот, не переставая, грязью брызжет в адрес студентов!
- Водяной же, - поправила его зеленокожая девушка, стоявшая справа от меня. – Ему Луной ниспослано поливать нас!
- Ну ты и скажешь, Омсил, - хохотнул парень, а я в полном недоумении спросила:
- Магистр Слейтон – Водяной? Как Русал?! Тогда почему ректор представил его вервольфом?
- А это еще что за непознанный цветочек? Да еще и в карнавальном платье? – насмешливо поинтересовался студент. – Из какого мира свалилась с такими познаниями в области мифов?
- Тшш! – шикнула на него Джилизза. – Здешняя она. Просто из глубинки, - многозначительно глянула она на парня.
- А-а-а, - протянул он, соглашаясь поддержать легенду. – И как зовут нашу глубинную экспертшу в сфере русалок?
- Лина, - не стала я реагировать на подшучивания.
Тем более, что в голосе да и во всех ужимках худощавого адепта не чувствовалось никакой неприязни.
- Между прочим, Русалы - не миф! – фыркнула Омсил, которая, скорее всего, была Оркчанкой. Просто не такой гигантской как стражник. – И чтоб ты знал, Лузаг, они преспокойно уживаются на наших Болотах с Гоблинами, Нереидами и с прочей полезной живностью.
- Ври больше! – не поверил парень.
- А магистр Слейтон – вервольф, - довольно доброжелательно обратилась она ко мне, пояснив, - он стихийник. Водник. Вот адепты и прозвали его Водяным. Еще задолго до нас…
- Разговорчики! – вмешал тут рык магистра Слейтона, который всё же заметил, наконец, хоть что-то, кроме своей действительно о-очень любимой кристаллической водицы...
К доске… ой, то есть к штативу с кубиком льда был вызван Рэлих. Тот самый парень с подобием ирокеза на голове, который напал на Алтимуррса в саду.
Общительная Джилизза и тут не сдержалась, начав описывать парня. По ее словам, он был очень амбициозен и всегда стремился стать лучшим из лучших. Дело в том, что Рэлих – человек. И буквально озабочен идеей доказать, что ничем не уступает двуликим. И это ему удается превосходно. К тому же Рэлих настолько сильный маг, что состоит в одной из самых крутых команд. Его принял в свою сам Темный Дихруд.
Дар Рэлиха заключается в использовании огня и молнии. Он способен создавать мощные огненные шары и вызывать разряды, которые уничтожают все на своем пути. Но его стремление к совершенству часто приводит к тому, что он переоценивает свои возможности. И следовательно, слишком много рискует.
- Грозовая энергетика - так себе сила, - пренебрежительно пожал плечами Лузаг. – Самая ординарная.
- Зато и самая мощная среди студентов за всё прошедшее десятилетие! А еще Рэлиху запрещено применять свою убойную магию вне занятий, - шепнула Омсил. – Чересчур опасно.
Маг тем временем подошел к кусочку замороженной воды и сосредоточенно уставился на него.
- Что-то не заметно, чтобы он легко управлял магией, - заметила я, не желая никого обидеть. Просто от изумления, что парень так долго медлит при его-то потенциале!
Однако, увы, в аудитории уже было тихо, и мой голос в отличие от девчонок прозвучал достаточно громко для того, чтобы его услышали не только рядом находящиеся, но и сам Рэлих.
В ответ на что меня тут же наградили ненавидящим взглядом карих глаз, а следом парень взмахнул рукой, разбивая магией несчастный кристалл на мелкие осколки.
Мы аж прикрылись, настолько неожиданно посыпались на нас остатки разбитого вдребезги льда.
- Студент Рэлих! – прикрикнул на него магистр. – Вам было неоднократно велено концентрироваться перед тем, как приступить к пассам.
"Ой!" - запоздало поняла я, чему нечаянно помешала.
- Я и пытался, - пожал блондин плечами и, одарив меня еще одним многообещающим прищуром, направился к своему месту.
- Поработайте над контролем внутренних стихий, - оставил Белый Слейтон за собой последнее слово, вызвав на студенческую «арену» следующего, как он выразился, «неуча».
- Говорят, раньше магистр был мягче по характеру, - поведала Джилизза. – Но потом было нападение на Академию, подробности которого скрыли ото всех. И в бою Слейтона обошел какой-то адепт в применении его же стихии - Воды!
- Вот мужик и свихнулся, - подвел Лузаг плачевный итог. – Возненавидел учащихся всем скопом на многие годы вперед...
- Ага, особенно одаренных, - подтвердила Оркчанка Омсил.
- Значит, мне его гнев не грозит, - самоуничижительно отметила я.
- Тоже слабый дар? – спросили у меня сочувственно.
- Боюсь, его во мне самые крохи, - не отважилась я выдавать новым друзьям истинное положение дел.
Ведь даже если там, в закромах моего потенциала, что-то и есть, то применять это я точно не умею. Не то, что темноволосая красавица – Мосилла.
Пока мы перешептывались, кубик в ее умелых руках плавно перетек из твердого состояния в жидкое, игривым потоком заструившись к заранее подготовленному сосуду.
- Ух ты! – восхитилась я, несмотря на нашу с адепткой неприятную предысторию. – Просто чудо!
- Притворщица, - огрызнулась Омсил.
- Мосилла у нас эксперт в области иллюзий, - прокомментировала Рыжая обовсезнайка слова подруги. – Она может создавать сложные обманы восприятия.
- Да, и с настоящей магией ей не сладить, - еще с большим презрением вставил Лузаг, из чего я сделала вывод, что «золотую» молодежь мои приятели недолюбливают. И, скорее всего, им тоже есть за что.
- Но дар бесподобный, конечно, - с некоей долей зависти добавила Оркчанка Омсил. – Даже в поединке использовать можно, вводя своих противников в заблуждение и заставляя думать, что они видят несуществующие вещи.
- Странно… - пробормотала вдруг Джилизза. – А я чувствую в тебе ощутимую магическую энергию, - пристально взглянула она на меня. – Может, спящий дар?
- Надеюсь…
Но дни шли, а надежды оправдываться не спешили.
Каким бы ни был мой дар – спящим, ленивым, стеснительным, но пробуждаться он отказывался наотрез. На занятиях я ежедневно служила мишень для насмешек со стороны остальных учащихся, а после уроков веселила своих немногочисленных друзей нелепыми попытками воспроизвести вызубренное магическое задание.
Ребята познакомили меня с еще одной приятной девушкой по имени Рухильда. Она была старшекурсницей и тоже человеком. При этом умной, понимающей и всегда готовой выслушать и прийти на выручку. Теперь мы все вместе готовили домашку.
Как я вскоре поняла, обладание магией – это еще не решение всех проблем в учебе. У большинства студентов были свои заморочки, которые мешали выбиться в лучшие. Или хотя бы расслабленным середнячком доползти до сдачи экзаменов.
К примеру, Лузаг - был экспертом в области элементарной магии и мог бы использовать все четыре стихии для создания мощных заклинаний. Однако именно такой широкий спектр способностей и не позволял ему применять свой дар на практике. У парня не получалось сосредоточиться на какой-то одной стихии, чтобы ввести ее в магическое сплетение. И тем более не представлялось возможным удержать в узде все четыре силы одновременно. По этой причине Лузаг был очень увлечен изучением своего дара и постоянно исследовал новые методы его использования.
Про слабость внутренней Волчицы Джилиззы и ее эмпатию, не находящую бытового применения на занятиях, я уже говорила. А вот о магии сильной физически Оркчанки упомяну впервые. Ее беда была в том, что Болотные народы, из среды которых Омсил происходила, редко когда вообще рождались с магическим даром. И девушка лишь недавно, благодаря случайному стечению обстоятельств, открыла в себе необычную силу.
- Я вижу в темноте, - ответила Омсил на вопрос, чем она одарена.
После чего наступила неловкая пауза, в продолжении которой я искала правильную реакцию. Просто не знала, хорошая ли это сила или нужно посочувствовать:
- Здорово, наверно, - улыбнулась я, в конце концов.
- Не очень, - буркнула Омсил. – Понятно-то понятно, что Ночное видение у меня – это проявление магии. Ведь Орки, хоть и ориентируются в родных топях даже при самом густом тумане, но ночами всё же не видят, как днем. Не то, что многие сильные вервольфы и их Лунные пары. Поэтому меня и приняли в Академию Магических Искусств. Однако что мне с этой магией тут делать, пока не ясно.