Игра Саида. Единственная (СИ)

Лютый проигрывал Саиду в размахе плеч и крупной мускулатуре, только ростом чуть перегнал. Но при этом в нём чувствовалась застывшая сила, которую только слепой не заметит. Угроза.
– Я знаю.
Хотя, я так и Тахиру говорила. Кивала, словно поняла правила, а сама отправилась сюда. Если бы я послушала Тахира, это бы помогло? Саид сдержал бы себя в руках?
Вряд ли. За другое бы сорвался, ему лишь нужен был повод. Громкий скандал, который дойдёт до Эмина. Только почему всем кажется, что парня волную я?
Жалел и хотел помочь? Конечно, не зря ведь я ему верила, доверяла и раз за разом обжигалась. Но я сомневаюсь, что мужчина сунется в самое пекло ради меня.
Рассматриваю вещи, которые мне передал Хаджиев. Где он вообще их взял так быстро? Сомневаюсь, что у него здесь женский гардероб. Хотя, учитывая его вкусы…
С брезгливостью рассматриваю длинное черное платье, пока не замечаю магазинную бирку. Новое, а не осталось после какой-то девки, с которой Саид проводил время.
– Собирайся и выходи, - приказ звучит уверенно, не давая спорить. – Я буду ждать здесь.
– Зачем?
– Пару слов скажу перед уходом. И не тебе вопросы задавать. Говорят – делаешь.
– Я приказы Саида исполняю, а не твои.
И неважно, если Хаджиев потом кричать будет за такие слова. Он может со мной как угодно говорить, но у остальных такого права нет. Хоть на это я могу рассчитывать?
«Попьет крови».
До меня долетает обрывок фразы, не понимаю к чему Лютый говорит это. Но не мне и предназначалось. Поэтому я срываю этикетки с платья, натягивая на влажное тело. Заматываю волосы в полотенце, надеясь просушить. Нигде нет фена, а без него…
На улице зима, я же сразу заболею.
Только кого это волнует?
– Наконец, - Лютый фыркает, но его взгляд на удивление мягкий. Убивать точно не планирует. Как низко пали мои желания. – Не слишком торопишься, да? Или стоило упомянуть, что это приказ Саида?
– Стоило. А это его приказ?
– Нет.
Лютый усмехается, но замолкает. Для человека, который спешил, он слишком медленно действует. Облокачивается на письменный стол, наблюдает за мной.
А я не понимаю, что мужчине нужно от меня. Мы почти не общались, виделись только пару раз. И сейчас его внимание вызывает желание спрятаться, вернуться в ванную.
– Я пытаюсь понять, насколько у тебя хватит мозгов не нарываться, - выдает, заставляя вскинуть голову. – Дойдёт до тебя мой совет или нет.
– Какой совет?
Не уверена, что это хорошая идея. Помогать, когда Саид настолько зол. И я ни о чём не просила. Глупо осматриваю комнату, подслушать могли ведь благодаря разным жучкам или прослушкам. Не только ведь в кино такое используют?
Если она здесь…
– Я проверил комнату, - Лютый кивает, понимая моё беспокойство. – Можешь не переживать. Не нарывайся.
– Я не…
– Это мой совет, - отталкивается от стола, двигаясь к выходу. – Саид не тот, кто простит даже намёк на предательство. Ты же… Ну, мы оба знаем, что ты натворила. Поэтому сиди тихо и не пытайся ничего натворить. Может, тогда Саид подобреет.
– Я не просила твоих консультаций.
– Знаю. Считай это подарком.
Бессмысленные подарки. Жду, пока мужчина уйдёт, и лишь потом присаживаюсь на диван. Подол платья путается в ногах, когда я пытаюсь устроиться удобнее. Кто знает, сколько придётся ждать. Закатываю глаза, когда щелкает ключ в замочной скважине.
Куда я теперь денусь?
Лютый…
Странный мужчина, непонятный.
Но из его слов я могу сделать два вывода. Я была права насчёт прослушки, здесь она была или могла быть. Конечно, Саид ведь хотел убедиться, что происходящее известно Эмину.
А ещё этот совет, который мне не нужен был. С чего вообще Лютый решил помочь? По доброте душевной? Явно её не осталось ни у этого мужчины, ни у Саида.
Лютый говорил медленно, мягким тоном, словно пытался внушить мне. Словно намекал, что я постараюсь, то смогу всё наладить с Саидом. Вернуться к тому, что было раньше, и заслужить прощение.
Только кто сказал, что мне нужно его прощение?
Морщусь из-за странного запаха, что-то явно сгорело на кухне. Представляю какую взбучку Хаджиев устроит персоналу. Если даже я чувствую, то все гости, пожалуй, тоже не в восторге.
 
Оборачиваюсь к двери, а потом шумно сглатываю. Подскакиваю, включая больше света. Я пытаюсь убедиться, что мне не привиделось от усталости и в темноте.
Но нет.
Через щель между дверью и полом тянутся белые завитки дыма. Медленными струйками заполняют комнату, глаза начинают слезиться от едкого дыма.
Не что-то сгорело, а мы говорим!
Бросаюсь к двери, но торможу. Не рискую касаться ручки, вдруг она уже раскалилась? Задираю платье, наматывая ткань на ладонь. Стараюсь скорее убраться подальше, но дверь не поддаётся.
Лютый ведь закрыл меня!
А теперь я не могу выбраться.
  
Глава 19. Ника
 
Я заперта.
Заперта в здании, которое горит.
Ноги становятся ватными, не могу идти, но упрямо двигаюсь к окну. Пытаюсь распахнуть его, впустить свежий воздух. От этого ведь не будет хуже? Огня не видно, не страшно, что полыхнет сильнее.
Но окно не поддается, намертво закрыто. Идеальная клетка, в которой я могу сгореть заживо. И удары по стеклу не помогают, крепкое, продуманное. Чтобы я не смогла выбраться.
У меня перехватывает дыхание, когда я прячусь в ванной. Как можно дальше от источника дыма. И подкладываю полотенце под щель, чтобы не задохнуться.
Но если все сбежали?
Увидели пожар и ушли, а я осталась?
Вдруг Саид не поймёт в суматохе, что меня нет среди выживших?
И никто не придёт спасать.
Не вспомнит.
Я останусь…
Я…
Давлю ладонями на грудь, понимая, что не получается дышать. Лёгкие словно перекрыло, внутри всё начинает жечь. Падаю на пол, ноги дрожат и не выдерживают.
Не понимаю, что со мной происходит. Бьет ознобом и пальцы немеют. А ещё вся кожа горит, словно пожар уже подобрался слишком близко. Его нет, но по ощущениям я в огне.
Пытаюсь отползти к стене, не понимаю, какая ближе ко мне. Полная потеря в пространстве, комната кажется такой огромной. И перед глазами плывёт, застилает слезами.
Саида не будет.
Не будет!
Я здесь останусь.
Одна.
Он запер меня, как зверушку, пазл своей игры.
И никто не будет рисковать.
Я отчаянно пытаюсь вдохнуть хоть каплю воздуха, но не получается. Задыхаюсь. Так лучше, пожалуй. Умереть от удушья, не чувствовать языки пламени на теле.
И…
В ушах начинает звенеть, оглушает. Тело будто не принадлежит мне, полностью подчиняется панике. Со мной никогда ничего подобного не происходило. Все чувства сходят с ума, не подчиняются мне.
Я не хочу умирать.
Не хочу.
Лучше уж с Хаджиевым.
Лучше…
– Твою мать, Ника.
Отшатываюсь от чужих прикосновений, слова складываются в неразборчивый писк. Не могу понять, что происходит. Кто здесь? Или это лишь галлюцинации?
Видение перед…
– Смотри на меня. Блядь.
Хочу сказать, чтобы Саид не ругался. Он никогда так не делал. И миражу тоже не стоит, недостоверно получается. Но вырывается только хрип, и в груди сильнее давит.
– Всё хорошо, пташка, я тебя держу.
– В сторону, Хаджиев, - прикосновения сменяются. Кожа грубее, холоднее. – Чувствуешь мои прикосновения?
– Я… Да.
– Хорошо. Сможешь посчитать, сколько ударов будет?
– Нет! Я дышать не могу. Не могу… Мне нужно…
– Всё нормально, это ничего страшного. Просто считай.
Кто-то постукивает пальцами по моему подбородку. Сбиваюсь, не могу. Это всё не кажется реальным. Глупость. Два или три? Дёргаюсь от холода, больно бьюсь затылком о стену.
Значит, я возле стены.
Хорошо.
– Сколько, Ника?
– Не знаю. Три раза?
– Да. А теперь посмотри на нас, давай. Не так сложно, правда? Ты сможешь.
Не смогу. Всё мельтешит, кружится. Только две фигуры, которые склонились надо мной. Черты лица медленно вырисовываются, и я узнаю мужчину.