Лиорская мельница (СИ)
Пока парень неспешно хромал в сторону гигатраков, он во все глаза глядел по сторонам. А поглядеть было на что. Огромное пустое кольцо вокруг сгрудившихся в центре форта гигатраков буквально за день превратилось в оживленную торговую площадь. Солидно высятся разномастные траки свободных торговцев, зачастую непривычных форм и расцветок. Торгуют прямо с открытых бортов грузовиков, превращенных в импровизированные прилавки. Продают и покупают все подряд, от тяжелых штабелей ракушек до ящиков северного пива в стеклянной таре. Рядом обязательно крутятся один или несколько охранников, демонстрируя всему миру выставленное напоказ оружие и угрюмые небритые хари. Хотя угрюмые хари охранников тоже можно считать выставленным напоказ оружием. В любой точке мира и у любого охранника, это единственное оружие, которое всегда при нем. Чем шире и угрюмее харя, тем более эффективно действует на окружающих.
Раскиданы островки вольных добытчиков. Эти предпочитают надежные тарги с открытым кузовом, в котором зачастую возят привязанные легкие скиммеры. Тарги собираются вместе по нескольку штук, встают в кольцо. Натягивается тент, разводится костерок – и вот готова стоянка банды вольных добытчиков. Тут им, правда, приходится тесниться, место на площади не бесконечное. Но все равно стараются кучковаться по своим бандам. Эти торгуют всем подряд, эйносы, шкуры, оружие, рабы. Разве что эйр не продают, но везти его на Стеклянную Плешь было бы верхом глупости. Вольники редко бывают разборчивы в добыче, гребут под себя все, до чего могут дотянуться, хватают всех, кого могут догнать. А догнать они на своих таргах могут многое, машины у банд очень быстры, хотя и прожорливы. Хотя драпать им тоже приходится часто, встреча в степи с любой клановой семьей может закончиться для вольников быстро и болезненно.
И конечно на площади полно всевозможных одиночек, которые с радостью пользуются возможностью безопасно расторговаться на клановой земле.
Среди таких часто встречаются прелюбопытные личности и машины, можно достать уникальные товары. Одиночки зачастую забираются в такие места, куда не сунется ни один клан или банда, привозят оттуда разное интересное. Быть одиночкой на вольных землях опасно, ненадежно, но некоторые просто не могут жить по другому. Есть в этом некий романтический флер, овеянный ореолом бесчисленных и бесконечно приукрашенных историй.
Вот, к примеру, колоритная тройка. Здоровенный зеленый скиммер с кривым длинным рулем, двумя боковыми колясками и прицепом. В прицепе установлена стволом назад легкая скраппа на поворотном механизме, люльки увешаны многочисленными подсумками. Куда на такой конструкции можно ездить Брак не знал, но убегать на ней явно удобно. Можно отстреливаться на ходу, если скраппа не перевернет прицеп при стрельбе в движении. Троица одиночек тоже привлекает внимание, высоченный усатый бородач в странной шапке, пухлый чумазый парень лет двадцати и стройная полуголая девица выдающихся форм, судя по чертам лица – из кочевников. Все трое, грязно ругаясь, ожесточенно пластают длинными кривыми тесаками здоровенную тушу белого тунца, купленную с прилавка неподалеку.
А вот тут стоит здоровенная шестиколесная тарга, почти что трак. Черно красный, весь утыканный жуткого вида лезвиями и шипами, с огроменным острым отвалом на носу. Тоже покрытым лезвиями и шипами. Патлатый детина в кожаном плаще и с синюшней рожей, пыхтя, впихивает в кузов упирающегося раба. Заросший старик с породистым лицом отчаянно упирался и в кузов жуткой машины явно не хотел.
– Упирается, – жаловался патлатый двум своим спутникам. В его словах чувствовалась некая таинственная недосказанность, – Не упирайся… Впихивать невпихуемое – это мое призвание…
Спутники детины сочувственно кивали, но помогать не спешили, предпочтя лениво сидеть и пить пиво на солнышке.
Были еще торговцы от других кланов, но этих внутрь форта не пускали, держали за стенами. На территории форта безопасно, но лучше перестраховаться. История взаимоотношений кланов пестрит бесчисленными стычками, боями и застарелыми обидами. Никому не нужны лишние разборки, да еще и с техникой. Хочешь торговать на чужом сходе – кидай трак за стенами, а еще лучше – внизу, на равнине. Придешь пешком, со всем уважением – тебя никто не тронет. Разве что Котов на Плеши не видно, хотя Гиены тоже не горят желанием посылать торговцев к усатым. Между этими кланами уже не старые обиды, а настоящие реки крови среди обугленных остовов машин.
Брак миновал торг без приключений, хотя так и подмывало задержаться. Купить здесь можно очень многое, от редких эйносов до информации, но время не терпит.
Сверху, загородив собой солнце, нависла тень. "Мамаша" стояла, как и все остальные гигатраки, кормой в центр форта, выставив наружу ощетинившуюся стволами кабину. Сцепившиеся в плотное кольцо гигантские машины прикрывали своими тушами маленький внутренний дворик, куда не было доступа не только чужакам, но и многим клановым. Проходы между гигатраками наглухо сведены железными листами, не протиснуться. Единственный широкий проезд в сердце кланового форта оставлен между "Принцессой" и "Горбатым Холмом", но он круглосуточно охраняется и используется только для погрузки и выгрузки товаров из трюмов на торг.
Идти до центрального входа далеко, поэтому клановые им пользовались редко. Куда проще пройти через гигатрак.
Брак обошел "Мамашу" справа, миновав громадное, в три человеческих роста колесо, после чего постучал в неприметную дверь сбоку. Пока ждал, по привычке оценивал состояние колеса, выискивал каверны и спрятавшихся гразгов.
Гигатраки огромны и уникальны. Невозможно найти в вольных землях двух одинаковых, а северяне их не хотят и не умеют строить. Слишком это дорого, сложно, затратно по времени и металлу. А уж сколько нужно угробить отличных эйносов…
Жизнь гигатраков во многом напоминает жизнь человека. Появляясь на свет обычными маленькими грузовиками, они со временем растут, достраиваются, обрастая все новыми деталями. Сменяются поколения владельцев, каждый из которых привносит что-то свое. Кто-то сводит кабину побольше, кто-то добавляет лишнюю ось. Кому-то приспичило поставить на крышу спарку из скрапперов, а кто-то, ругая предыдущего владельца, вынужден усиливать подвеску и колеса, добавлять новые гравки и движки. Постепенно трак становится слишком велик, чтобы считаться простым грузовиком. Машина набирает вес, матереет, обрастает вооружением и командой. Начинает требовать все больше железа, эйносов, людей.
Со временем, гигатрак становится слишком большим, чтобы самостоятельно добывать себе пропитание. И здесь на помощь гиганту приходят юркие скиммеры и тарги, появляются добытчики-траки. Могут появиться и летучие флиры, которые не скованы земным притяжением и могут видеть далеко за горизонт. И все эти помощники неустанно снабжают едой исполинскую машину, трудолюбиво набивают трюмы, заполняют баки, обновляют эйносы.
Взрослый гигатрак становится домом для новой семьи, обеспечивает защиту и служит передвижной крепостью, способной справиться с любой угрозой. Даже летающим противникам стоит трижды подумать, прежде чем приближаться к гигатраку. Дальнобойные высотные баданги и скрапперы изрешетят любой гравицеп за секунды, подступиться с воздуха к колесным крепостям практически невозможно. К тому же, помимо непробиваемой брони, гигатраки отличаются удивительной для своих размеров скоростью. Хорошенько разогрев движки и гравки, машина начинает поглощать эйр в совершенно безумных количествах, зато и скорость набирает невероятную. Правда, с маневренностью у них все плохо. Многие помнят знаменитую стычку между семьями Стервятников и Люторогов, когда два разогнавшихся гигатрака на полном ходу врезались друг в друга. После того, как осела пыль от разгона десятков тонн эйра в баках чудовищных машин, на земле остался лишь забитый покореженным металлом кратер размером с фермерское поле.
И даже взрослый гигатрак по-прежнему продолжает расти. Подобно мифическим морским чудовищам, навроде вечно поминаемого шарга, они бесконечно поглощают металл, эйр, да и вообще все, что попадает в ненасытное брюхо. Огромные машины вырастают порой до совершенно невозможных размеров.