Скрещенные костями

- Потому что он знал, как сделать вампира-колдуна одержимого демоном. Он сделал его однажды, и ты с ним планировала повторить это. Люди умерли из-за его игр - и больше людей умерло бы из-за тебя, обоих вас.
- Правда, - сказал Вульфи.
- Какая нам забота, как много людей умрет? - спросила Марсилия, махнув в сторону мертвого человека и обратилась к каждому присутствующему. - Они недолговечны, и они еда.
Ее вопрос был риторическим, но я ответила ей так или иначе.
- Их много, и они могли бы уничтожить вашу семью за день, если бы узнали о вашем существовании. Им потребовался бы месяц, на то, чтобы прервать ваше существование по всей стране. И если бы вы создали монстров, как эта штука, что вызвал к жизни Андре, я хотела бы им помочь. - Я наклонилась вперед, когда говорила. Руки пульсировали в такт моему сердцебиению, и я нашла, что ритм моих слов следовал за болью.
- Правда, - сказал Вульфи удовлетворенным голосом.
Марсилия поднесла губы к моему уху. - Это было для моего солдата, - пробормотала она в тонах, которые достигали не далее, чем моих ушей. - Скажи ему это.
Она опустила рот, пока он не завис над моей шеей, но я не дрогнула.
- Я думаю, я любила бы тебя, Мерседес, - сказала она. - Если бы ты не была той, кто ты есть, а я не той, кто я есть. Ты овца Стефана?
- Мы обменялись кровью два раза, - сказала я.
- Правда, - сказал Вульфи, сдерживая смех.
- Ты принадлежишь ему.
- Это ты так думаешь, - согласилась я.
Она испустила шумный вздох от раздражения. - Ты делаешь эту простую вещь - сложной.
- Это ты все усложняешь. Хотя, я понимаю, о чем ты спрашиваешь, и ответ - да.
- Правда.
- Зачем Стефан сделал тебя своей?
Я не хотела говорить ей об этом. Я не хочу, чтобы она знала, что я имел какое-то отношение к Блеквуду,
хотя, вероятно, Адам уже сказал ей. Так что я перешла в нападение.
- Потому что ты убила его зверинец. Людей о которых он заботился, - сказала я горячо.
- Правда, - выдавил Стефан.
- Правда, - согласился Вульфи тихо.
Марсилия, ее лицо, повернутое ко мне, выглядело неясно удовлетворенным - Я получила от вас все в чем нуждалась, мисс Томпсон. Вы можете освободить кресло.
Я оторвала руки от кресла и постаралась не вздрогнуть-или расслабиться-по мере того как неприятный пульс волшебства покинул меня. Прежде чем я успела подняться, рука Стефана была у меня под рукой, поднимая меня на ноги.
Он повернулся к Марсилии спиной и все его внимание, казалось, было на мне - хотя у меня было ощущение, что все его существо было сосредоточено на бывшей хозяйке. Он взял мои руки в свои ладони и поднес ко рту, облизывая мои ладони самым тщательным и нежным образом.Если бы мы не были на публике, то я сказала бы ему, что думала об этом. Я думаю, что он уловил некоторые эмоции на моем лице, потому что уголки его рта слегка приподнялись.
Глаза Марсилии сверкнули красным.
- Ты сам перешел границы, - Это был Адам, но он не был похож на себя.
Я повернулась и увидела, как он бесшумно скользил через комнату. И если лицо Марсилии было пугающим, это было ничто по сравнению с его.
Стефан, не смущаясь, взял другую мою руку и поступил с ней точно так же - хотя был немного более краток. Я не стала пробовать вырвать ее у него, поскольку не была уверена, что он позволит мне это - и борьба наверняка разрушит самообладание Адама.
- Я исцелил ее руки, - сказал Стефан, отпуская меня и отступая назад. - Это моя привилегия.
Адам остановился рядом со мной. Он взял мою руку - которая действительно выглядела лучше - и, коротко и резко кивнул Стефану. Обернул мою руку вокруг своего плеча, а затем вернулся со мной к волкам. Я чувствовала стук сердца, в напряжении его руки, он был на грани. Так что я уронила голову ему на руку, чтобы заглушить свой голос. И сказала ему, - Это все было направлено на Марсилию.
- Когда мы вернемся домой, - сказал Адам, не утруждая себя говорить тихо - ты позволишь мне просветить тебя в том, как кое-что, в одно и тоже время, может достигнуть более, чем одну цель.
 
Марсилия ждала, пока мы сели с остальными волками, прежде чем продолжить свою программу на вечер.
- И теперь для тебя, - сказала она Стефану. - Я надеюсь, ты не передумал насчет сотрудничества.
В ответ, Стефан сел в кресло, как на трон, поднял обе руки над острыми шипами, и швырнул их вниз с такой силой, что я могла слышать, как застонало кресло, с того места где я стояла.
- Что ты хочешь знать? - спросил он.
- Твоя еда сказала нам, что я убила твой бывший зверинец, - сказала она. - Откуда ты знаешь, что это правда?
Он поднял подбородок. - Я чувствовал как каждый из них умирал от твоей рукой. Каждый день, до тех пор, пока их не стало.
- Правда, - согласился Вульфи тоном, который я не слышала от него прежде. Это заставило меня посмотреть. Он сидел с Эстель, рухнувшей у его ног, Лили, прислонилась к одной стороне, и Бернард, сидел чопорно, с другой. Лицо Вульфи было мрачным и… грустным.
- Ты уже не из этой семьи.
- Я не служу этой семье, - согласился Стефан хладнокровно.
- Правда, - сказал Вульфи.
- Ты никогда не был моим, в действительности, - сказала она ему. - У тебя всегда была свободная воля.
- Всегда, - согласился он.
- И ты использовал это, чтобы скрыть от меня Мерси. От правосудия.
- Я спрятал ее от тебя, поскольку решил, что она не представляет опасность для тебя или семьи.
- Правда, - прошептал Вульфи.
- Ты спрятал ее, потому что она тебе нравится.
- Да, - согласился Стефан. - И потому, что не было бы никакой справедливости в ее смерти. Она не убивала ни одного из нас-и не будет, за исключением той задачи, которую ты поставила перед ней -. Впервые с момента, как он сел в кресло, он посмотрел прямо на нее. - Ты просила ее убить монстра, которого не смогла найти - и она это сделала. Дважды.
- Правда.
- Она убила Андрэ! - голос Марсилии перешел в рев, и мощь заключенная в нем, пронзила комнату и достигла нас. Свет ненадолго потускнел, а затем разгорелся в прежнюю силу.
Стефан неприятно улыбнулся ей. - Поскольку не было никакого выбора. Мы не оставили ей никакого выбора - ты, я и Андрэ.
- Правда.
- Ты предпочел ее мне, - сказала Марсилия, и ее сила странно осветила воздух. Я шагнула ближе к Адаму, и содрогнулась.
- Ты знал, что она охотилась на Андре, знал, что она убила его - и ты скрыл, что она сделала, от меня. Ты заставил меня пытать тебя и уничтожить твою власть. Ты должен ответить мне. - Ее голос гремел, заставляя вибрировать пол и грохотать стены. Подвесные фонари плыли вперед и назад, создавая игру теней.
- Нет больше, - сказал Стефан. - Я не принадлежу тебе.
- Правда, - рявкнул Вульфи, внезапно подойдя к его ногам. - Это - справедливая правда - ты сам это почувствовал.
Напротив нас, высоко на трибуне, встал вампир. У него были мягкие черты лица, широко расставленные глаза и вздернутый нос, что должно было заставить его выглядеть как нечто иное, нежели вампир. Как Вульфи и человек Эстель, он зашагал вниз по местам. Но не было никаких сильных ударов от его шагов или колебаний. Его путь, возможно, также был прямым и проложен в направлении тех кто мешал ему. Он приземлился на пол и подошел к Вульфи.
Он был одет в смокинг и пару темно-металлических перчаток. Он сгибал пальцы, и кровь капала из перчаток на пол.
Никто и не подумал убрать его.
Он повернулся, и произнес, голосом с легкой хрипотцой, - Принято. Он не твой воин, Марсилия.
Я понятия не имела, кто он был, но Стефан знал. Он застыл, на том месте где сидел, все его существо сосредоточилось на вампире в кровавых рукавицах. Лицо Стефана было пустым, будто весь мир перевернулся.
Марсилия улыбнулась. - Скажи мне. Обращался ли к тебе Бернард, с предложением предать меня?
- Да, - сказал Стефан, без выражения.
- Разве Эстель сделала то же самое?
Он сделал глубокий вдох, моргнул пару раз, и устроился в кресле. - У Бернарда, казалось, были интересы семьи в глубине души, - сказал он.