Дом горячих сердец (ЛП)

— Затем же, зачем ты рассказал ей о лестнице, которую я разрешил построить Киану для своей пары, которая не была вороном.
Я резко втягиваю воздух, а затем так сильно сглатываю, что слюна застревает у меня в горле.
«Ты прочёл записку?»
«Я прочёл твои мысли, а не его записку».
«Но это личное».
«Как и сам факт существования той лестницы, которую я разрушил. Точно так же мне следует поступить с…»
«Даже не смей заканчивать это предложение».
Я стискиваю зубы.
«Ты сидишь здесь отчасти благодаря ему».
«Я сижу здесь благодаря тебе».
Я фыркаю.
«Если бы я знала, что возвращаю…»
— Почему Фэллон покраснела как эти тефтельки? — спрашивает Маттиа у Сиб вполголоса.
— Потому что её зловредная бабка сбежала, — шепчет в ответ Сиб.
Лор проводит ногтем, который превратился в коготь, по расшитой скатерти и разрезает дорогую ткань так же, как он только что отрезал от меня остатки моей симпатии и признательности по отношению к нему.
«Как только Мириам найдёт меня, я заставлю её изрисовать меня кровью, чтобы ты никогда больше не мог проникнуть в моё сознание».
Ножки моего стула скрипят, когда я вскакиваю из-за стола и выбегаю из помещения.
«Мёртвые ведьмы не могут колдовать», — его голос эхом раздаётся в моей пульсирующей голове, когда я добегаю до двери своей комнаты.
Захлопнув её, я кричу через мысленную связь: «Обездвиженные вороны не могут убивать ведьм».
«Ты угрожаешь проткнуть меня, Behach Éan?»
«Лучше держись от меня подальше».
И хотя он не отвечает и не появляется у меня в комнате, я каким-то образом чувствую его улыбку по нашей мысленной связи. Я сомневаюсь, что он будет улыбаться, когда я отправлюсь на Портовый рынок при первом свете дня и достану себе клинок из обсидиана.
Я плюхаюсь на кровать, решив, что сон не найдёт меня, так как мои мысли кипят, а желудок пуст, но сон приходит и накрывает меня волной. В какой-то момент я обнаруживаю, что Сибилла лежит рядом со мной, обхватив себя руками и барабаня пальцами по заляпанной ткани своего красивого фатинового платья.
Я отрываю прядь волос от своей вспотевшей шеи.
— Как давно ты здесь?
Свет не пробивается по краям штор, но материал такой плотный, что сейчас может быть полдень, а я могу так и не узнать об этом.
Я стираю сон с глаз, которые как будто наполнились песком, а Сиб поворачивает голову и проводит верхней губой по нижней губе.
— Я пробыла здесь всю ночь.
— Значит, ты не выполнила свою угрозу по отношению к Маттиа?
— Тебя ищет твоя бабка, Фэл! — говорит она так громко, что её голос ударяет в мои едва проснувшиеся барабанные перепонки. — Твоя бабка — самая злобная ведьма на свете — ищет тебя!
— Я в курсе.
— И это всё, что ты можешь сказать? Что ты в курсе?
— А что ещё ты хочешь услышать?
— Что тебе жаль, что ты мне не рассказала! Что ты немедленно возвращаешься в Небесное королевство.
— Прости, что не рассказала тебе, Сиб.
— Продолжай…
Я взбиваю подушку у себя под головой.
— Я думала, что Лоркан хотел сохранить в секрете тот факт, что она жива. Я не знала, что все остальные были в курсе.
— Остальным позволено это знать, и они уже извинились за то, что скрыли это от меня. Я всё ещё жду, когда ты произнесёшь вторую часть.
— Вторую часть чего?
— Того, что я попросила тебя сказать. Что ты немедленно вернешься в Небесное королевство.
Мою грудь начинает покалывать.
— Нет.
— Ты вернёшься.
— Никогда.
— Она на свободе и ей не терпится тебя убить.
Я сжимаю руки в кулаки под подушкой.
— Ты этого не знаешь, Сиб.
— Я этого не…
Она фыркает.
— Ты можешь снять проклятие Лоркана, и тогда его уже нельзя будет остановить. Если честно, я удивлена, что Данте не приказал тебя убить. Будь я королём, я бы убила тебя на месте.
— Хорошо, что ты не он.
Она бросает на меня выразительный взгляд.
Я улыбаюсь, а она нет.
 
Я вздыхаю.
— Думаю, он не в курсе того, как далеко простираются мои возможности.
— Как только он узнает об этом, он…
— Убьёт меня?
— Да.
Я начинаю жевать нижнюю губу.
— Если он меня убьёт, Лор убьёт его. Если бы Данте желал нам чего-то плохого — и я молюсь о том, чтобы это было не так — сначала он бы убил Лора, а затем меня.
— Это должно меня переубедить?
— Послушай, Сиб, я не могу вернуться. Лоркан может читать все мои мысли. Представь, если бы ты больше не могла скрывать свои мысли.
— Он может читать мысли?
Её рот и глаза округляются.
— Я думала, что он только может посылать видения!
Я стараюсь уверить её в том, что это распространяется только на его воронов.
— А вороны могут читать его мысли?
— Нет.
Она хмурит лоб.
— Вчера вечером мне показалось, что вы с ним вели беззвучный диалог. Ты можешь читать его мысли?
Поскольку я не хочу врать своей подруге, я перевожу тему.
— Сколько сейчас времени?
— Самое время рассказать мне, что, чёрт возьми, происходит между тобой и Лором.
— Между нами ничего не происходит. Он обручен. Ты разве не слышала?
Она переворачивается на бок и пристально изучает моё лицо.
— И что ты об этом думаешь?
— У меня нет мнения по поводу помолвки Лоркана.
Она фыркает.
— Забавно слышать это от человека, у которого есть мнение по любому поводу.
— Ладно. Я думаю, что эти игры престолов и заключение альянсов — какая-то нелепость. Но я буду только рада, если у Лоркана скоро появится жена. Когда он женится, у него больше не останется времени подслушивать мои мысли.
Несмотря на то, что я не свожу глаз с Сиб, приподнявшиеся уголки её губ говорят о том, что она не купилась на моё чистосердечное признание. И да, оно действительно чистосердечное. Я, мать его, в восторге от того, что мои мысли будут снова принадлежать мне одной.
Рот Сиб приоткрывается, так как она, по-видимому, хочет продолжить свой маленький допрос, но несколько поспешных ударов прерывают её на полуслове и заставляют обратить внимание на занавешенное окно.
Я решаю, что это кто-то из воронов, свешиваю ноги с кровати и встаю раньше, чем они успеют попасть внутрь. Когда резкий стук возобновляется, я подцепляю тяжёлую ткань и выглядываю наружу. У моего посетителя нет перьев, но у него есть крылья. Я со вздохом раздвигаю шторы.
Сиб подходит ко мне, босые ноги выглядывают из-под подола её платья.
Рот эльфа двигается, как будто он откусил где-то кусок мягкой карамели. Я стучу по уху, чтобы показать ему, что я его не слышу. Его рот раскрывается ещё шире, когда он переходит на крик. Это стекло, должно быть, очень толстое, потому что я всё ещё не понимаю, что он говорит.
— Сиб, ты понимаешь, что он говорит?
— Не-а.
Я пытаюсь отпереть окно, но не могу найти защелку.
— Как его открыть?
— Оно не открывается, — раздаётся голос у меня за спиной.
Я разворачиваюсь и вижу Имоген, которая стоит на пороге моей комнаты.
— А говорит он то, что Данте Регио желает с тобой аудиенции.
Я скрещиваю руки на груди.
— Я так понимаю, твой король прислал тебя для того, чтобы ты меня остановила?
Её темные глаза прищуриваются.
— Вообще-то я пришла, чтобы тебя сопроводить. По приказу нашего короля.
ГЛАВА 27
Огромные кованые двери из бронзы с грохотом закрываются за Сибиллой, Имоген и мной. Я пыталась уговорить Сиб остаться, но она заявила, что мне нужен, тот, кто будет меня тормозить, так как я склонна говорить то, что думаю.
Габриэль стоит на борту военной гондолы, светлые волосы, доходящие ему до пояса, развеваются на лёгком ветру, который пахнет летней жимолостью. Я рада, что Данте не отправил за мной Таво или Сильвиуса, потому что, если бы он это сделал, я вполне могла бы столкнуть их за борт.