Дом горячих сердец (ЛП)

Катриона начинает пристально её изучать.
— Тебе лучше стереть эту грязь со своего лица. Во-первых, это выглядит так, словно ты извалялась в земле, и во-вторых, она тебя выдаёт.
Катриона никогда не церемонилась в выражениях, но этот её комментарий совершенно неуместен.
— Это не грязь, — говорю я.
Она взмахивает рукой и говорит:
— Да-да, это боевой раскрас.
— Это традиция.
Дым начинает подниматься от напряжённых плеч моего телохранителя
— Традиция, которая в наши дни не очень-то популярна.
— Катриона, ты высказала своё мнение. Оставь Ифу в покое.
— Всё в порядке, Фэллон.
Юбка моего платья не настолько пышная, чтобы схватиться за неё. В неё можно только вцепиться. Поэтому я впиваюсь в неё.
— Зачем ты здесь, Катриона?
— Чтобы помочь делу.
— Только вот тебя не волнуют люди.
— Волнуют.
Когда я приподнимаю бровь, она говорит:
— По-своему.
— Говори правду, Катриона.
Она поправляет чёрные бархатные перчатки, подобранные к её чёрному платью, которое как будто создали из одного единственного куска ткани, обернув его сначала вокруг её шеи, а затем крест-накрест обмотав им её тело.
— Ладно. В «Кубышке» для меня не осталось работы, а мои клиенты обвинили меня в знакомстве с вами и перестали меня приглашать. А поскольку я ненавижу бездействие и не могу питаться воздухом, я пришла сюда.
— Ты говорила, что планировала помочь. Могу я спросить, каким образом?
— Я приготовила ужин.
Она указывает на стол, заставленный тарелками с едой.
— Ты приготовила…
Я смотрю на стол, а затем на куртизанку. Я никогда не видела, чтобы Катриона делала хоть что-то на кухне.
— Ты умеешь готовить?
— Я не настолько некомпетентна.
— Ага.
Сиб выпускает мою руку, подходит к столу и хватает кусочек жареного цукини толщиной с лист бумаги.
— Видела бы ты моё лицо, когда она предложила что-нибудь приготовить.
Она кладёт хрустящий овощ на язык, и её ресницы вздрагивают.
— Ого. Катриона.
Катриона приподнимает подбородок, и её лицо начинает сиять, после чего она идёт к столу.
Сиб берёт кувшин с вином и наполняет бокал.
— Кому ещё вина? Фэл? Ифа?
Ифа качает головой.
— Я бы выпила, — говорю я, и Сиб подносит мне бокал.
— Катриона?
Она предлагает ей бокал, который берёт со стола.
Когда Катриона берёт у неё вино, я подношу свой бокал к губам.
— Фэллон, подожди.
Ифа резко протягивает руку и хватается за ножку бокала.
Я дергаюсь, немного вина выплескивается из бокала и течёт по руке.
— Извини. Я должна пробовать твою еду и вино.
Я начинаю протестовать.
— Зачем?
— Ради защиты.
— Защиты от кого?
Я смотрю сначала на Сиб, а затем на Катриону, после чего бросаю взгляд на двойные двери, в которые входят Антони, Маттиа и Риккио. Все трое одеты в расшитые туники и узкие брюки, которые заканчиваются начищенными нарядными сапогами.
Я никогда не видела эту троицу в какой-то другой одежде кроме выцветших рубашек и широких штанов, поэтому при виде рыбаков в нарядах высокопоставленных фейри я теряю дар речи. У всех у них закругленные уши, а волосы не опускаются ниже их широких плеч.
Антони останавливается в нескольких шагах от меня. Он проходится взглядом по моему коралловому платью так, что Ифа напрягается.
— У тебя есть всё, что тебе нужно?
Несмотря на то, что в его тоне нет ни теплоты, ни нежности, он не настолько колючий, каким он был, когда я появилась в этом доме.
— Да. Спасибо.
Ифа передает мне вино.
— С ним всё в порядке.
Антони переводит на неё своё внимание.
— У нас нет намерения отравлять драгоценную разрушительницу проклятий Лоркана. Пожалуйста, передай это своему королю.
Ифа не кивает, а только смотрит в сторону одной из зон отдыха, и лёгкая улыбка смягчает напряжённые черты её лица.
— Он слышит, Антони.
Моё сердце выдает серию частых ударов, когда я замечаю Лоркана, который устроился в одном из кресел, точно король на троне. Он закинул ногу на колено, опёрся противоположным локтем на подлокотник и подпер изящную челюсть двумя длинными пальцами.
 
Поскольку я не помню, чтобы видела тронный зал во время прогулки по его королевству, я сомневаюсь, что у этого короля-оборотня вообще есть трон.
«Нет».
Пылающий взгляд его золотых глаз прокладывает путь прямо ко мне.
«Так как я не верю, что королевством можно хорошо управлять, сидя на заднице».
Его слова заставляют мой рот растянуться в улыбке.
«Тогда качели для птиц?»
Его губы едва заметно изгибаются в улыбке.
— Не то, чтобы мы не были польщены твоим присутствием, Морргот… — Антони совсем не кажется польщенным, — но что тебя сюда привело?
ГЛАВА 25
Пронзительный взгляд Лоркана останавливается на его вороне.
— Ифе надо отдохнуть.
Мой телохранитель отрывисто кивает, после чего направляется к окну, где превращается в дым, который протискивается между задёрнутыми шторами.
— Не думаю, что я когда-нибудь привыкну к тому, что кто-то перевоплощается в дым, — бормочет Сиб Маттиа, который обхватил её плечи огромной рукой.
А я не уверена, что привыкну видеть её вместе с Маттиа, хотя они определенно выглядят довольно мило.
— И никто из твоих воронов не смог прилететь сюда, чтобы её заменить?
В голосе Антони снова появляются резкие ноты.
Лоркан поднимается со своего места.
— Поскольку я могу свободно перемещаться по Люсу, я решил прилететь сам. К тому же, я слышал, что ты приютил новую бунтарку, и мне не терпелось с ней познакомиться.
Грудь Катрионы как будто застывает, когда король-оборотень подходит ближе, после чего обходит её кругом и встает рядом со мной.
— Катриона Мадаро, прославленная куртизанка Люса.
Его взгляд скользит по её фигуре-песочные часы, от изящных щиколоток до рубиновой заколки, и, хотя на мне надето не менее красивое платье, я неожиданно чувствую себя ребёнком, который решил поиграть в переодевание.
Она распрямляет плечи.
— Лоркан Рибав, самый зловещий небесный монарх.
Я замечаю, что Риккио задерживает взгляд на ложбинке между грудями Катрионы, стянутыми платьем, а глаза Лоркана возвращаются к её лицу и остаются там.
— Я слышал, что ты вызвалась приготовить еду.
— Мне надо вносить свой вклад.
Лоркан переплетает руки за спиной и подходит к обеденному столу овальной формы, который затем лениво обходит вокруг и, словно невзначай, наклоняется и нюхает пар, поднимающийся от одного из блюд.
— Скажите-ка мне, синьорина Мадаро, как можно научиться готовить за одну ночь?
— За одну ночь? Я кормила себя в течение многих лет.
— Едой из таверны и из булочной рядом с домом. Твоя кухня никогда не использовалась. Я взял на себя смелость проверить это по пути сюда.
— Вы не имеете права входить в мой дом без приглашения.
Катриона не повышает голос, но его тон выдает то, что она на самом деле думает о вторжении Лоркана, как и её покрасневшие щёки.
Лоркан не обращает внимания на её недовольство и продолжает свои расспросы.
— Окно было треснуто. Вы недавно с кем-то поссорились?
«Лор?» — я ставлю бокал на мраморную консоль, придвинутую к спинке одного из многочисленных диванов. — «Катриона всегда была со мной мила. Разве этот допрос необходим?»
Он удерживает мой взгляд.
«Я не доверяю этой фейри».
«Наполовину фейри. И ты никому не доверяешь», — я смягчаю свои слова нежной улыбкой.
— Да будет вам известно, за мной подглядывал эльф, пока я раздевалась. Я кинула книгой в окно.
— Ты читаешь? — спрашивает Риккио.
Её ноздри раздуваются.
— Да, я читаю. Так же, как и готовлю.
Она начинает пятиться.
— С меня хватит ваших оскорблений. Наслаждайтесь едой, которую я подала на стол. Увидимся со всеми утром.