Анна в тридевятом царстве (СИ)

Колхоз работал: посевную провели дружно, далее следили за полями, занимались скотиной и огородами, на которых настоял Эрих. Когда лес разродился ягодой, Аня с детьми сельчан начала лесную охоту: земляника, черника собиралась и сушилась, немного сварили варенья (сахар был дороговат, но Карл купил в городе пару мешков), когда пошли колосовики (белые), грибы сушились и мариновались на каждый день.
Аня упросила старика Волдо сплести ей кресло-качалку, чем заняла деда и его товарищей на все лето. Мастер загорелся идеей, но возился долго, замучив и себя, и соседей. Зато получившийся продукт был одобрен всеми, и генерал заказал себе такой же, а за ним – Отто Шульц, приезжавший с деньгами за проданные мельнички и процентом с продаж Аниных блюд. Ванда смилостивилась и угостила ресторатора котлетами и голубцами из молодой капусты. Шульц сразу вцепился в рецепты, и у генерала прибавилась статья дохода. Рис в голубцах и плов, приготовленный из курицы, тоже понравился толстяку, но решили, что редкая крупа дороговата для местных, поэтому пока повременим. Однако на заметку ресторатор рис взял и долго выговаривал своему шефу за недальновидность, вызвав у того досаду и раздражение, которое Ане пришлось подсластить земляничным вареньем.
***
Весна и начало лета ознаменовалось ремонтом замковой кухни: печник, дико извиняясь за задержку, переложил камины в комнатах и кухне. Теперь в вотчине Ванды была нормальная, с точки зрения Ани, плита и – ура! – духовка: можно томить мясо, печь торты, меньше тратить топлива и жить в тепле в комнатах. Печник поделился с Воронцовой муками творчества и результатами труда: его бизнес приносил все больший доход, поскольку голландки оценили и его домашние и, редкие пока, заказчики.
-Вы знаете, фрау Анна, я ж такого никогда не делал. Несколько раз ломал у себя в мыльне, искал кирпич, обдумывал внутренности печи. Чтоб и тепло, и без дыма. Зато теперь я – мастер! Спасибо вам за идею! Про наш уговор я помню, не сомневайтесь! Лето поработаю и к осени привезу вашу долю. И про изразцы я думку имею, уже и с приятелем договорился, чтобы обливку рассчитал. Нет у нас таких талантов, увы! Вот и мыкаемся. Так мне хочется и это получить! И с вами я непременно поделюсь, как только добьюсь нужного результата! – мастер Кляйн похлопал себя по груди, глаза его горели азартом.
Прием работы собрал весь коллектив кухни у обновленной конструкции: заглядывали внутрь, двигали заслонки, гладили поверхность плиты, удивлялись простоте и эффективности работы. В кухне стало чище и светлее, поскольку и печь, и стены с потолками Ванда приказала побелить –по совету Ани. В большом помещении теперь было тепло и весело, а не мрачно от копоти и душно от горелого жира.
-Еще бы водопровод и канализацию провести, вообще жить можно, – бормотала Аня.
Генерал прислушался и решил позже расспросить , что еще придумала гостья из другого мира. Он тоже оценил «голландку в натуре» в своей спальне, и только привычка к камину в кабинете и зале оставила тот «в живых».
Карл Вайс смотрел на хмурую гостью и благодарил бога за неё: какой насыщенной и интересной стала его жизнь в этом году! Теперь он понимал предка короля и его самого, так страстно желавшего поймать попаданцев! «Беречь надо девочку, не ровен час, донесут о наших проектах в столицу» – подумал генерал и решил не отпускать Анну далеко без сопровождения. Впрочем, она и не стремилась, к счастью. Так что Карл Вайс надеялся, что ищейки, пусть и в отставке, до его земель не доберутся, и Анна будет в безопасности.
Воронцова про такое даже не думала, с нетерпением ждала созревания картошки и плодоносящих помидоров и перцев, чьи красно-желтые шары уже явственно демонстрировали миру свою красоту, пока первая пряталась в земле. Отцвели растения обильно, ничем не болели, только несколько кустиков перцев не смогли нормально взойти и были слабее остальных, но и они тянулись к солнцу, не сдавались, чем очень радовали иномирную огородницу. Тыквы и кабачки на крепостной стене выглядели как украшения, и первые оладьи уже побывали на столе господ. Ванда следила за огурцами, мечтая в этом году насолить по-больше, а редис ей теперь казался самым нужным овощем ранним летом. И она тоже ждала картошку!
   
Глава 24
 
Хозяева, сидящие среди зелени на крепостной стене, стали привычным объектом для замковых слуг. Анна и Карл проводили там почти все послеобеденные часы в разговорах, планах и просто в уютном молчании: генерал дремал, а Воронцова билась со спицами и крючком. «Терпение и труд – все перетрут!» – с этой мудростью Анна Николаевна была теперь абсолютно согласна. Она научилась-таки вязать носки, варежки и прочие простые для опытной мастерицы вещи! Первые «блины» были комом, но Аня проявила непривычное для себя упорство и к осени могла смело называть себя вязальщицей: шерстяные носки, высокие гольфы, шапки резинкой достались обоим Вайсам и Ванде как главным людям в этой жизни Анны.
На осеннюю ярмарку в Вальдкрайбурге у попаданки были большие надежды: закупить разной шерсти и других ниток для новых изделий, оцененных местными. Карл спал в шапке и перестал страдать от головных болей, а Ванда в носках ходила по каменным полам в своей комнате и отдыхала от деревянных сабо.
- Фрау Анна, надо бы научить деревенских вязать носки, – сказала она как-то Воронцовой. – У них в домах зимой стыло, детишки болеют, а в носках-то как хорошо! А потом, опять же, на продажу, и пусть так оброк платят! Такого у нас нет, а зимы долгие, руки свободные, вот только с пряжей как быть? – размышляла экономка.
Да, пока шерсть на пряжу придется покупать: свое стадо, хоть и росло, но до промышленных масштабов было далеко. Кооператив «Косой заяц» выявил кролиководов, остальные под предводительством Эльзы занимались козами и овцами. Приезжая девочка, несмотря на молодость – 15 годков – была чрезвычайно ответственной и внимательной работницей. Ребята тянулись за ней, и животина в их руках прибавляла в весе и численности. Козье молоко раздавалось детям в Лесной, что подкупало сельчан и сподвигало на трудовые подвиги. Были исключения, не без этого, но Эрих с Хенриком решали такие вопросы быстро и бескомпромисно: либо штрафовали, срезая трудодни, либо предлагали покинуть деревню. Так в дальний хутор отселили пьяницу Якоба Вирта с братом, наказав следить за озером и ловить летом рыбу, раз руки у них растут из… Мужики под давлением «обчества» отправились в избушку на озере и постепенно избавлялись от пагубного пристрастия к пиву. А то, жрать-то привозили исключительно в обмен на улов!
Соль была дорогая, но Хенрику несказанно повезло в одну из поездок «по городам и весям», к которым он пристрастился, пока остальные занимались сельскими работами. Карл отправлял сына посмотреть ведение дел в других хозяйствах, сравнить цены в сезон, узнать новости и прочее. Молодой Вайс с энтузиазмом колесил по окрестностям, набираясь впечатлений и опыта. В одной из поездок он пересекся с купцами из Московии, чудом забредшим в соседнюю Острию, куда они привезли соль. Однако местным каменная, грязноватого цвета и странного вида, приправа не понравилась, московиты расстроились, и тут-то Вайс помог им избавиться от груза и порассказал про местное житие и обычаи, чтобы в следующий раз иностранцы были более внимательны и подготовлены. Благодарные за науку купцы от щедрот своих отдали Вайсу несколько мешков соли, обещали заехать в замок при случае, и Хенрик приволок в поместье редкую приправу почти даром. Сомнений в том, что Анна придумает, как исправить недостаток продукта, у младшего господина не было сомнений.
Воронцова просто онемела, когда счастливый и уставший путешественник обрадовал ее новостью.
-Хенрик, я, конечно, ценю твою во мне уверенность, но.. – Аня растерянно смотрела на мешки крупнозернистой сероватой соли и мучительно соображала, что сказать светящемуся от гордости Хенрику.
Генерал покачал головой и спросил у сына: