Дочери богини Воды (СИ)

— Так нужно. Ирма говорит, закон сейчас вышел, всех целительниц проверяют. Это обязательно, понимаешь?
— А не врет твоя Ирма?
— Нет, вряд ли. И потом, чего ты так переполошился? Уж не думаешь ли ты, что я уже…
— Нет, конечно! — Льен остановился внезапно, так что чуть не налетел на совок с осколками. — Рон, что ты такое говоришь? Просто не нравятся мне эти дознаватели, они такие странные и страшные. Помнишь, к бабке ходил один, так она после этих осмотров еле на ногах держалась?
Роанна помнила. Молодой мужчина, с резкими чертами лица, от которого пахло порохом и полынью. Она знала, что у бабки на руках имелось заключение, выданное верховным Мернским дознавателем. В бумаге значилось, что бабка действительно являлась целительницей с незначительной склонностью к ведьмовству, что характеризовалось потенциальными спонтанными выбросами энергии, способностью видеть ауры, степенью отклонения от нормы и так далее и тому подобное. Вот из-за этой степени, вернее, из-за ее высоких показателей, бабка, по предписанию верховного дознавателя, раз в три месяца подвергалась обязательной проверке.
Проверки действовали на нее плохо. После них она жаловалась на мигрень, упрямо поджимала губы, отказывалась от помощи и запиралась до конца дня в своей комнате.
— Кажется, его звали господин Стоун, — Роанна поморщилась, вспоминая — Неприятный человек. Я старалась не попадаться ему на глаза, но несколько раз мы сталкивались то в дверях, то во дворе. Как вспомню его взгляд — мурашки по коже. Но ты же знаешь, кто наша бабка на самом деле. И мы должны быть благодарны за то, что он выдавал ей фальшивые документы и раз за разом сохранял ее тайну. Ведь если бы о ней узнали, костра ей было бы не избежать…
— Вот и бабка вечно твердила, что ты слишком вос-при… Как там дальше?
— Восприимчивая. Это значит, все близко к сердцу принимаю, — пояснила Роанна.
— Я пройду проверку, обязательно. Ради тебя. И себя. Ради спокойствия всех жителей в деревне…
— …будь они неладны, — закончил Льен.
Роанна усмехнулась: маленький братишка уже и рассуждает, и ругается как взрослый.
— Не все здесь такие уж противные, Льен. Некоторые и добрые, и учтивые.
— Если ты про господина Карпентера, я согласен. Он добрый и учтивый, — искренне сказал Льен. — Как съездила, кстати?
Роанна почувствовала, как кровь приливает к лицу от воспоминаний.
— Хорошо, — как можно более спокойно ответила она. — У господина Карпентера прекрасный дом, замечательная мастерская и… — она замешкалась, понимая, что Льену вовсе не к чему знать, чем именно занимается Ирма. А еще ей почему-то было неловко вспоминать восторженный, поглощенный работой взгляд хозяина дома. Но у нее была другая, не менее интересная новость. — Представляешь, человек, работающий у мастера, знал моего отца!
Льен присвистнул.
— Да ладно! Быть не может!
— И мне до сих пор не верится! Но Кир-ша, так зовут этого слугу, и впрямь был знаком с отцом и много мне про него рассказал: как они познакомились, как жили потом, что отец делал после окончания университета. Даже о том, как отец встретил маму! Невероятно, правда?
— Да уж, — внезапно безрадостно сказал Льен, — повезло.
— Эй, — она потянулась к брату через стол, взяла его ладони в свои, сжала сочувственно. — Ты чего?
— Я про своего отца почти ничего не знаю. А про мать — и подавно. Так что повезло тебе.
Роанна знала про отца Льена не больше его самого. Бабку всегда было трудно разговорить, хотя они и старались какое-то время. Потом бросили, поняли — бесполезно. Насколько бабка любила свою дочь — мать Роанны, настолько, казалось, презирала сына — Льенова отца. Роанна видела его однажды, еще когда родители были живы. Они часто гостили в бабкином поместье и в один из вечеров в дом, прямо в гостиную без стука вломился высокий человек. Длинный, одежда болталась на нем, как на вешалке, нечесаные космы вихрились до плеч. От него разило перегаром и сладким тошнотворным запахом немытого тела. Роанна с матерью поспешили скрыться в другой комнате, не в силах вынести вонь и намечающийся скандал. С человеком остался отец и бабка, прибежавшая на крики слуг о том, что в дом пробрался вор.
 
Вторжение продолжалось недолго. Бабка и человек кричали друг на друга так, что слышно было на всю округу. Отец старался их успокоить, но, видимо, не преуспел.
Вскоре хлопнула дверь, послышался лай собак. И все смолкло. После этого случая бабка не показывалась семье на глаза вплоть до самого отъезда.
С тех пор этот человек не появлялся в усадьбе ни разу. Многим позже, когда Роанна уже выросла, бабка нехотя обмолвилась парой слов о том, кем был тот пришлый незнакомец, но совершенно не сочла нужным объяснить, почему у них такие отношения.
— Зато у тебя есть сестра, верно? — ласково улыбнулась Роанна.
— Ага, — доверчиво улыбнулся он в ответ, — хорошо, что ты у меня есть.
В соседней комнате скрипнула кровать, и сухой голос досадливо бросил:
— Ей, у меня тоже есть сестра, если вам вдруг интересно!
Роанна посмотрела на Льена, еле удерживающегося от насмешливого фырканья. Встала, приоткрыла дверь в гостиную.
— Ее зовут Лия, да? — спросила Роанна, подойдя к Варгу. Пощупала лоб, проверяя, нет ли жара, потянулась осматривать ногу.
— Да. — Мальчишка наблюдал за ее действиями настороженно, вздрагивая от каждого прикосновения. — Она у нас немного… чудная.
А ведь она ее вспомнила. И имя, и внешность. Видела ее мельком то в деревне.
С виду сестра Варга казалась лишь немногим моложе Роанны. Маленькая, смуглая, темные волосы чуть ниже подбородка, торчат смешным ежиком. Сказочный эльф, а не девушка.
Роанна поправила одеяло и, продолжая осмотр, посмотрела на Варга в упор.
— Вот как? Почему же она чудная?
О девице из семейства Карпентеров и впрямь судачили в деревне, перешептываясь потихоньку с соседями. Но Роанна, прекрасно знавшая цену досужим сплетням, предпочитала узнавать обо всем из первых рук.
Варг замялся и закусил губу. Наверное, сболтнул лишнего, и теперь не знает, как выкрутиться.
— Это… сложно объяснить. В нашей семье к ней относятся настороженно, но не обижают. Потому что она такая… она… тьфу, да какая теперь разница. В общем, странная. Сама при встрече увидишь. У нас в семье… как бы это сказать… довольно прохладно к ней относятся. Все, кроме Ачи. Братец в ней души не чает. И она его обожает, чуть что не по ней — мигом ему на шею вешается. Знает, что он ни в чем не может ей отказать.
— Ачи очень добрый, — встрял Льен, только вернувшийся с кухни — похоже, подметал оставшиеся осколки. — Разве может он кого-нибудь обидеть? Тем более сестру!
— Ха, говоришь так, будто всю жизнь его знаешь, Мелкий, — оскалился Варг. — Ачи скользкий, как рыбья чешуя, и просто так к нему не подступишься. Но пыль в глаза пускать любит, этого у него не отнять. И рука у него тяжелая — не раз меня порол.
Роанна подумала, что зависть и ревность у Варга к старшему брату налицо.
Хотя, если подумать… и не такие отношения в семьях бывают.
— Значит, было за что пороть, — как можно уверенней произнесла она.
— Когда было, а когда и не было, — с неприязнью протянул Варг и ехидно посоветовал: — А ты к нему в гости чаще приезжай, может, узнаешь, что он за человек. — Он потянулся, с наслаждением наблюдая за тем, как вытянулось лицо Льена при этих словах. — Слушай, Роанна, а когда мне вставать можно будет?
Наглый мальчишка упрямо называл ее на «ты» и по имени. Хорошо еще, что ведьмой теперь не кличет, разговаривает нормально и не плюет сквозь зубы, как при прежних встречах.
 
— Зависит от твоего старшего брата, — спокойно, глядя ему в глаза, проговорила Роанна, — которого, как мы уже успели понять, ты не слишком ценишь и любишь.
— Мне у него что, разрешения спрашивать? — возмутился Варг. — Ты же лекарка, при чем тут Ачи?
Смотреть на него теперь было и смешно, и грустно. Казалось, Варг так боялся попасть под влияние старшего брата, что делал все ему наперекор. И если бы Арчибальд действительно запретил Варгу вставать, тот встал бы все равно, лишь бы сделать назло.