Орта Миос (СИ)
Тем временем на арене подходил к концу постановочный бой. Прогремел мощный магический взрыв из пламени и льда, после чего оба раба оказались ранены. По всей видимости их силы оказались равны. Можно, конечно, заставить их драться до смерти, но магический ресурс исчерпался, это сказалось и на скорости движений. Ничего интересного они уже не покажут, поэтому в таких случаях часто объявляли ничью. Тем более бой является результатом спора между двумя этириданосами, так что только им и решать…
— Что же, признаю ваше мастерство, господин Рериос! — первым поднялся Ланс и протянул руку. — Я сказал лишнего и был не прав. В Орта Миос действительно много талантов. Мне ещё есть над чем поработать.
— Взаимно, господин Бальмуар! — тем же ответил и Уларинар. — Знаете, вы пока что всего лишь кателий, да и в нашем ремесле меньше года. Но я не помню ещё ни одного смертного, кто развивался бы столь же быстро! У вас большое будущее!
Да, конечно, чего ещё стоило ожидать? Они просто пожали руки, а затем исчезла и иллюзия конфликта. Теперь дела обстоят крайне скверно, но не всё ещё потеряно. Все за всё отплатят, пусть и несколько позже.
— Знаете, господин Шурво. Вы всё же правы, — снова заговорила Киране приглашённая для лицезрения собственного краха, который видимо переноситься на неопределённый срок. — Хорошая у вас арена, мне нравится. Думаю, мне тоже стоит в неё вложиться, а может даже выкуплю целиком. Всё же род Нар’Авид постоянно растёт, нам уже тесновато на своих территориях. А этот кластер… ну, не элитное местечко конечно, однако своё шарм присутствует. Да и этириданосов ваш совет так хорошо подобрал. Нужно будет собрать акционеров арены и решить вопрос о продаже.
От смеха Бронзобород даже начал задыхаться. Он ржал настолько громко, что казалось тряслась даже вся арена. Но даже так гном находил в себе силы сделать пару забавных жестов, указывая сначала на тёмного эльфа, затем на собственную шею, изображая висельника. Другие гости старались сдерживаться, но выходило не очень. Даже Меглисия сделала вид, что кашляет и прикрыла веером лицо.
Многие на этой трибуне не переваривали Шурво, он их бесил. Но стоит отдать должное, этот тёмный эльф оказался не так уж и прост. Он долго сидел на своём месте, успешно разделял своих врагов, создавал кукол и игрался жизнями своих марионеток. Ему принадлежал внушительный кусок акций арены.
Но такое положение ужасно неустойчиво. Одна нелепая случайность, мелкая ошибка, и вот твои собственные актёры решают тебя выгнать из театра. Впрочем, ошибку Шурво нельзя назвать мелкой или единственной.
Во-первых, этот тёмный эльф очень зря полез на род Нар’Авид. Ему стоило лучше подготовиться, найти настоящих союзников. Но он полагался на своих марионеток, слабых и никчёмных, которые намного хуже него. Понять подобное решение можно, ведь такой мусор никогда не предаст, только вот и толку от него немного. К тому же некоторые куклы просто создавали видимость лояльности, один миг и они сразу же побежали к Киране, как только та протянула руку.
Во-вторых, Шурво совершенно не понял, что из себя представляет его напарник с янтарными глазами. Никогда в жизни Ланс не стал бы сотрудничать на равных с таким отбросом. Лживый, мерзкий, подставляющий всех ублюдок. Он сначала хотел раздавить аристократа, но не смог. Значит нужно подчинить и дружить с ним. Только вот зачем самому господину Бальмуару такие союзники, которые чуть что могут в спину ударить…
Ланс человек совершенно другого масштаба. Он вёл дела с жирным гоблином, с этими мерзкими мразями, до тех пор, пока это было необходимо. Но долгосрочных отношений с подобным сбродом строить нельзя, они будут затягивать тебя на дно своей некомпетентностью. Жалкие и убогие, проблема в их никчёмности не в силе других, а в их личной слабости.
Госпожа Киране тоже далеко не самая влиятельная эльфийка ни в Орта Миос, ни в Дкал’Алинтар. Только у неё есть все задатки к росту, возможно она когда-нибудь и сможет достичь чего-то воистину великого, открыть дороги в Эдем. Хотя может и нет, всё зависит от неё. Но главное, что ей эта возможность доступна, а вот Декару Шурво и жирному гоблину — нет.
Поэтому Ланс так и поступил. Как только удалось узнать о планах тёмного эльфа, заключающихся в наивной мести Киране и роду Нар’Авид, то сразу же началось установление контактов с самой Киране.
Дуброн Бронзобород тоже всё понимал. Он специально подыграл, чтобы подгадить мерзкому Шурво из принципа. Покупка тех складов проходила гладко, ничто не предвещало беды. Но гномы всегда славились своей взаимовыручкой, а ещё они владеют огромным количеством банков в Орта Миос. Одна просьба собрата и платёж отзывается по мелочной причине, сделка объявляется несостоявшейся.
Меглисия тоже не хотела довольствоваться тем, что имеет. Как только она получила доказательства того, что Шурво ещё большая мразь, чем кажется на первый взгляд… Она согласилась поучаствовать в спектакле.
Бойня среди рабов… Когда кто-то из марионеток начинал стремиться к независимости от мерзкого эльфа, то сразу же начинались проблемы. Офлея должна была убить часть рабов, чтобы ошейник сидел поплотнее на шеях кукол. Но вот не задача, рабыне поручили разобраться с другими гадами.
Немногие лояльные Шурво смертные понесли убытки, у самого тёмного эльфа проблема с деньгами. Монеты, полученные с продажи складов, он уже вложил в свои новые планы, которые оказались подрублены на корню. А возвращать банку отозванный платёж придётся в любом случае. Плюс недавнее пари, убытки из-за покупки ледяного великана… И ведь ничего вытряхнуть с должников уже не получится. Тот же Брул мёртв, Унарел избит и зализывает раны, у остальных тоже забирать просто нечего.
К тому же госпожа Киране не только договорилась с Гильдией о рамках противостояния, но и выделила существенные суммы на покупку новой арены. Конечно, Шурво может забиться в угол и отказаться от продажи своих ценных бумаг, пойти на дно из принципа… Но как бы, другие держатели акций уже согласились на сделки, как та же Меглисия. Да и сам Шурво не упёртый гном, он скользкий и боязливый тип без принципов, у которого пусть и самая большая доля, но далеко не решающая в данной ситуации. Он прогнётся и пойдёт на встречу, чтобы сохранить хоть что-то. Затем снова затихнет, будет вынашивать план мести, снова вылезет и снова будет раздавлен.
А что Лансемалион Бальмуар? Ну, госпожа Киране теперь смотрит на него совсем иначе. Да и та первая беседа выдалась несколько… излишне эмоциональной. Всё же брата она не очень любила, так что в каком-то смысле прибывший в Орта Миос этириданос попал под горячую руку.
Но, разумеется, аристократ не стал обижаться. Он подождал, занялся своими делами, показал, что из себя представляет, даже вон какую строптивую дикарку обкатал, чего сделать сама Киране, вне зависимости от причин, не смогла. И финальным актом спектакля осталось преподнести арену Шурво в дар для своей коллеги из рода Нар’Авид.
Подло? Нет, своего слова Ланс не давал, никаких обещаний не нарушил. Просто деловой подход. Имелись ли альтернативы? Как уже сказано, да, они имелись. Но аристократ предпочёл сжечь змеиное гнездо, а не жить в нём.
Глава 20
Не прошло и двух недель, а Декар Шурво уже оказался под ногами Ланса. Буквально. Трибуну немного переделали, теперь она стала иметь несколько уровней. В центре, на самом верху сидели непосредственно владельцы крупных пакетов ценных бумаг, а также особые гости, например спонсоры. Иногда приглашали посидеть и доверенных лиц, вроде этириданосов, которые уже давно сотрудничают с владельцами.
Официально Ланс должен был сидеть в самом низу, рядом с другими кателиями, но, учитывая его особый вклад, госпожа Киране сделала исключение. Впрочем, на центральные места аристократа всё ещё пускали лишь по личному приглашению, при наличии свободных мест. Хотя эти свободные места имелись почти всегда. Конечно, видеть там кателия несколько странно, однако, с другой стороны, на арене выступали два весьма популярных среди зрителя этиамария. Так что даже самые злые языки не спешили болтать об удаче или взятках.