Капитан (СИ)

— Двинули? — услышал я за своей спиной голос.
— А? Чего? — очнулся я от своих мыслей и оглянулся. Мичман так и стоял за штурвалом, тревожно смотря на меня.
— Ну хреновину, что хотели, двинули?
— Тфу! Да, двинули… — я подошёл к мичману и перехватил штурвал — иди, своими делами занимайся, если они у тебя есть. Спасибо что подменил Федя.
— Да дел-то у меня и нету, я тут побуду, пулемёт поохраняю — хмыкнул мичман — какие-то вы все встревоженные вернулись, случилось чего?
— Да так, можно сказать что ничего серьёзного — соврал я.
— Ну-ну… — протянул мичман и замолчал. Я тоже не спешил продолжать разговор.
Несколько дней плавания прошли мучительно. Нервозность охватила всех «добровольцев». Обычно весёлые и неконфликтные, они срывались по любому поводу, конфликты возникали почти на ровном месте. То кок макароны пересолил, то кто-то споткнулся о неубранный торс, ругань и маты звучали за эти дни на палубе «Шторма» чаще, чем за весь прошлый год! Я тоже никак не мог взять себя в руки, в голове постоянно крутились мрачные мысли одна страшнее другой.
При входе в бухту Провидения нас впервые за всё время встретил лоцманский катер. Сейчас в бухту, ведущую на одну из стоянок Тихоокеанского флота просто так не войти, везде уже установлены мины! Сложным маршрутам, петляя и идя «змейкой» мы почти час потратили на то, чтобы попасть в гавань. Перед входом в бухту я объявил по судну «большую приборку». Народ зашевелился, приободрился. За время плавания, всё равно что-то да придёт в разлад, испачкаться и надо навести «лоск» перед входом в порт. Да и осознание того, что вдруг в порту начальство нагрянет (а оно нагрянет!) не давало мне расслабиться — нельзя «марку» терять и сразу зарабатывать себе плохую репутацию. Мичман, стоя на мостике одобрительно кивнул и казалось с удовольствием и смотрел на действия экипажа. Всё же, что в армии, что на флоте, порядку придаётся чуть ли не первостепенное значение. Когда экипаж занят делом, то и мыслей у него посторонних в голове нет, да и начальству глаза не мозолит своим праздным шатанием.
Бухта Провидения, вытянувшаяся почти на пятьдесят километров с нашего последнего в ней пребывания ничуть не изменилась — просторная, глубоководная, защищена от злых северных ветров, в зеркальной глади водной поверхности отражение хмурого величия окрестных гор. Эти горы почти от самого уреза воды устремляются круто вверх, отливают чернотой скального грунта, их скаты полностью пустынны, там негде зацепиться никакой растительности, даже скромной приполярной.
«Припарковались» мы на рейде. У причалов недостроенного порта было не протолкнуться от судов. Сторожевики и портовые буксиры, оснащённые так же, как и мой тральщик зенитными пулемётами, сновали тут и там, в порту царило нездоровое оживление, и кажущийся бардак, и неразбериха. Но это только на первый взгляд, я уже опытный, что к чему немного понимаю, и за всем этим «броуновским движением» я разглядел главное — в порту спешными темпами формировался конвой.
Лоцманский катер забрал меня и мичмана для представления новому начальству. Усталый экипаж катера к разговорам был не расположен. Хмурые и уставшие лица моряков говорили о том, что они работают уже долгое время без сна и отдыха. Что-то неразборчиво буркнув на наше приветствие, пожилой капитан катера указал на место где мы должны были стоять и «не путаться под ногами», а затем полным ходом направился в порт.
На берегу нас уже встречали. Битая жизнью полуторка, в которую мы без промедления загрузились, привезла нас к невзрачному одноэтажному дому, где и располагался штаб того отряда, которому мы должны были передать наш тральщик. Часовой на входе на удивление нас даже не остановил, а только вытянулся по стойке смирно, вцепившись в свою винтовку и пожирая глазами моего попутчика. Да уж, дисциплинка на уровне, ходи кто и где хочет! Чего это за воинская часть такая? Или это просто обычное флотское разгильдяйство?
— Привет Федя! Как добрался? — в прокуренном помещении хоть топор вешай, из клубов сизого дыма вынырнул капитан второго ранга с нездоровым, отёкшим лицом.
 
— Здорова Андрюха! — панибратски поздоровался с морским «подполковником» мичман и крепко пожал ему руку — а ничего так, с ветерком прокатили меня китобои.
— Это чего за маскарад? — капитан удивленно оглядывал «мичмана» с ног до головы — тебя, когда разжаловать успели? Это теперь получается ты мне первый честь отдавать должен? Смирно товарищ мичман!
— Хрен тебе Андрюха! — засмеялся «мичман», показывая старшему по званию фигу — начальник оперативного отдела настоял, для «введения в заблуждение возможных агентов противника и дезинформации о передвижении командного состава флота!». Сейчас перекурим, переговорим и я переоденусь! Вестовой мой тут?
— Ну вот! В кое то веки думал, что я тебя в звании и должности обскакал! — притворно расстроился собеседник «мичмана», доставая очередную папиросу из портсигара, ничуть не рассердившись на то, что только что какой-то мичман ему в нос дулю сунул! — а это кто?
— Знакомься. Виктор Жохов, капитан переданного нам на усиление тральщика — «мичман» кивнул в мою сторону, а я только и мог, что растеряно оглядываться по сторонам. Чего за херня тут происходит⁈
— Это тот морской буксир, который мы запрашивали⁈ «Шторм» кажется? — оживился капитан.
— Ага, он самый — кивнул «мичман», набивая свою трубку — это оказывается бывший китобоец был, его и привёл. Вместе с экипажем!
— Ну это же зае… здорово это! Чего ты молчал ирод! Сразу с этого надо было начинать! Как он? — кап два аж начал подпрыгивать от радости.
— После капремонта, в полном порядке буксир, хоть на парад! — «мичман» по-хозяйски развалился на стуле — двигатель от «Щуки», тоже после капиталки, вооружение поставили, слабенькое конечно, но что есть… Главное тралить может, и для нашей задачи идеально подходит!
— Везучий ты Федя! Не даром ты командир, а я дурак! Кого на него поставишь? Сидоренко? — оба собеседника не обращают на меня никакого внимания, как будто меня тут и нет!
— А чего Сидоренко? Он во льдах ходил⁈ Опыт буксировки судов в караване имеет⁈ Не справиться… — поморщился Федя.
— Тогда кого⁈ — удивился капитан.
— А вот его оставлю! — «мичман» махнул трубкой в мою сторону и усмехнулся — ты не смотри, что он как сопливый юнга выглядит, команду железной рукой держит, даже меня по стойке «смирно» поставил засранец! Боцман, аж на него молиться готов! Опытный китобой, по СМП уже ходил дублёром капитана сухогруза, орденоносец! А за красивые глаза орден Ленина не дают! Еле выпросил его у треста! Уперлись и ни в какую! Лучший говорят — не отдадим! А нам как раз такой и нужен! Пока адмирала не подключил, не отдавали! Но у «бати» не забалуешь, сам знаешь!
— Этот? — удивлённо ткнул в меня папиросой капитан.
— «Этот» вообще то тоже тут! — не выдержал я наконец. Совсем охамели военные, разговаривают как будто меня тут нет! — Федя, какого хрена происходит⁈ Мне кто ни будь объяснит⁈
— Спокойно Витя! — «мичман» встал и рассмеявшись сказал — давай заново знакомиться. Капитан первого ранга Дружинин Фёдор Иванович, начальник дивизиона вспомогательных судов ТОФ, а сейчас начальник ЭСН-15 и твой непосредственный командир.
— ЭСН-15 это то что я думаю? — обреченно проговорил я.
— Ага, «экспедиция особого назначения», в такой ты уже участвовал капитан-дублёром — подтвердил мои опасения Федя.
— Морской буксир понадобился, а мы под руку подвернулись? — продолжил я озвучивать свои догадки.
— Тоже верно — Федя повернулся к капитану — Я же говорю Андрюха, сообразительный парень! Даже ухом не повёл, когда я ему сообщил, что он теперь «доброволец»! Всё так Витя, ты прав. Нам кровь из носу нужен морской буксир с опытным экипажем и капитаном, имеющим опыт хождения во льдах!
— Встал кто-то на трассе без машины? Или чего там, льдом затёрло, рули, винты поломало? А чего «Красин»? Он вполне может буксировать суда! — я уже всё понял, и сейчас просто выпытывал подробности.