Капитан (СИ)
— У меня от трала лохмотья остались! — рассказывает командир тральщика «Ненец» — три мины за раз на корме практически подряд взорвалось! Думал триндец уже, сухих штанов на сменку не осталось, когда последняя взорвалась.
— Акустический порвало? — заинтересованно спрашивает командир второго отряда тральщиков.
— Нет, «змею» порвало, это всё взрывпатроны чёртовы! Шли бы с кошкой, всё бы обошлось, а эти мины на малой глубине стояли, как только минерп взрывом перебивало, так мина сразу и детонировала!
— Так, а по-другому как? — удивляюсь я, все мы уже тут опытные и постоянно этим опытом делимся между собой — мины не на тросе, а на цепи стояли, их кошкой не порвёшь! Ты скажи своему боцману, пусть запасок побольше берёт, а то не горже это, когда командир с обгаженными штанами на мостике стоит, плохой пример для команды!
— Иди в жопу Витя! Сам бы так попробовал, я бы на тебя посмотрел! — возмущается младший лейтенант.
— Да тут все пробовали уже, это у тебя в первый раз — хмыкнул я — привыкай, ты же тральщик, не всё же тебе пассажиров возить.
— А кто меня постоянно на перевозки ставит⁈ — возмутился капитан, который ожидал сочувствия и восхищения его подвигом, вместо подколок, но ответить я не успел.
— Так, все в сборе⁈ — Окунев влетел в кабинет имея необычайно загадочное лицо — отлично! Есть новости мужики!
Командир дивизиона вытащил из планшетки газету и потряс её перед собой, почему-то смотря на меня. В это время вестовой шустро сервировал стол, выставляя на него нехитрую закуску и стопки, посреди стола торжественно водрузилась бутыль с американским виски. Опять эту бурду пить⁈ Лучше бы самогон достал! Но вообще это совсем удивительно, обычно мы такие мероприятия совмещаем с подведением итогов работы, когда никому не надо выходить в рейс, а тут на постановке задачи бухать будем? Чего это он? Обычно флегматичный капитан второго ранга сейчас был очень возбуждён.
— Ну что ребята, поздравляю вас всех, и себя в частности с грандиозным событием! В нашем дивизионе первым во всей флотилии появился Герой Советского Союза! Президиумом Верховного Совета СССР этого высокого звания удостоен наш товарищ и сослуживец, капитана-лейтенант Жохов! Поздравляю Виктор! — Окунев хлопнул передо мной на стол газету, на развороте которой красовалась моя физиономия.
Вокруг одновременно загалдели капитаны тральщиков, на мои плечи посыпались дружеские хлопки, а я сидел как пыльным мешком пришибленный. Одно дело знать, что тебя представили к такой награде, а другое получить её на самом деле. Ведь сколько времени прошло с представления, больше полугода! Я уже и надежду всякую потерял, забыл про это даже, и вот на тебе! Я жадно читал короткую заметку, да, всё правильно, ошибки нет, Витька Жохов официально герой!
— Это дело надо срочно обмыть! — продолжил Окунев, махнув рукой вестовому и в стопки полилась янтарная жидкость. Улыбающиеся лица капитанов дивизиона стали ещё приветливее, они как один ухватили свои стаканы, алкаши проклятые — За Виктора!
Виски ухнуло в организм как в сухую землю, я даже не почувствовал вкуса, как во сне я смотрел на своих боевых коллег и думал о том, что в заметке я не нашёл фамилию Когана, неужели Изю прокатили с наградой? Я же почти ничего не сделал, чтобы получить эту звезду, а он погиб как герой. Нужно непременно выяснить в штабе флотилии судьбу направленного на него наградного листа!
— Честно скажу мужики, не ожидал! — откровенно говорю я — не сделал же ничего такого особенного, случайно всё получилось.
— Ну-ну, не прибедняйся Витя — засмеялся Окунев, разливая по второй — эх, обошёл ты всех в дивизионе с наградами, один себе все на китель повесил! Звезда, два ордена Ленина, Знамя, Отвага, а у нас только благодарности от командующего.
Договорить Окунев не успел, дверь кабинета открылась и начальник штаба дивизиона, не обращая на застолье внимание, вручил Окуневу какую-то бумагу и пока он её читал, сдёрнул со стола стопку командира и одним залпом засадил её в своё луженное горло. А затем обведя нас всех мутны взглядом, криво усмехнулся и сказал.
— Срочный приказ от командования, всем немедленно выйти в море, для оказания помощи конвою Q-17! Их немцы размотали по всему океану. Потоплена масса транспортов, выжившие пробираются к нам по одиночке.
— А их прикрытие⁈ — удивленно воскликнул один из капитанов.
— А их прикрытие дёру дало! Все корабли сопровождения рассредоточились и самостоятельно идут к нашим портам. Приказ адмиралтейства!
— Чего это они⁈ Совсем уху ели⁈ — не выдержал капитан, совсем не ласково отзываясь о союзниках.
— По данным разведки в море вышел «Тирпец», вот они и сдриснули! — зло ответил начьштаба — волки позорные! Мы должны разыскать выживших и отконвоировать их в ближайшие советские порты! Если от них останеться хоть кто-то…
— Так, застолье откладывается до возвращения на базу — ознакомившись с приказом Окунев обвёл нас всех взглядом — действовать будем поотрядно! Капитанам сейчас же получить метеосводку, карты района предстоящего поиска и выдвигаться на свои корабли, выходим по готовности!
* * *— Бомбы — товсь! — я приказываю дать машине полный вперёд. «Шторм» раскачивается в бурном море как спичечная коробка, но это нам и помогает, рубку подводной лодки я заметил совершенно случайно, когда очередная волна оголила черную подводную башню всего на мгновение. Она на позиции и готова открыть огонь из своих торпедных аппаратов. Если она попадёт, то спасённый с таким трудом транспорт, забитый моряками с погибших кораблей, пойдёт на дно, или же погибнут мои боевые товарищи с «Ненца», который сейчас буксирует поврежденное судно. Я дергаю за ручку и над океаном начинает завывать сирена боевой тревоги.
Транспорт «Уинстон-Сэйлем» груженный танками мы нашли седьмого июля. Он был забит людьми, экипажи минимум трёх потопленных авиацией и подводными лодками судов нашли на нём спасение. В условиях плохой видимости «Уинстон-Сэйлем» сел на мель юго-восточнее мыса Северный Гусиный Нос. Транспорт уже был поврежден во время бомбежки, но команда предприняла всё для его спасения. Учитывая находку, «Шторм» и «Ненец» остались с транспортом, пытаясь снять его смели, а «Мудьюжанин» отправился на самостоятельный поиск.
Транспорт сидел «хорошо» и нам понадобился целый день, и весь наш опыт, для того, чтобы стащить его на глубину, однако сделать это удалось только тогда, когда поднялась волна и корпус транспорта раскачало разбушевавшееся море. Короткое обследование показало, что транспорт вполне пригоден к плаванию, вот только винты его были повреждены и отремонтировать их в открытом море не представлялось возможным. В этих условиях оставалось только одно — буксировать транспорт с помощью тральщика. Эту задачу я поручил «Ненцу», который не имел на борту глубинных бом и бомбометателей. Учитывая вероятную возможность нахождения в районе немецких субмарин, единственный корабль, который мог оказать им отпор, был «Шторм». Свежая погода, которая помогла нам снять огромный транспорт с подводной отмели, должна была помочь нам и безопасно доставить ценный груз до Архангельска, так как авиация в такую погоду не действует. И вот теперь только по счастливой случайности я заметил подлодку, которая уже была на боевом курсе и собиралась открыть огонь…
Расчёт бомбомёта БМБ-1, готовится к стрельбе, а на корме на тележках подкатывают малые глубинные бомбы БМ-1. Эту маленькую бомбачку с весом боевого заряда в двадцать пять килограмм применять в бою практически бесполезно, так как она не может нанести серьезного урона подводной лодке, мы их используем для разминирования донных мин, которые не срабатывают от прохождения трала. Больших глубинных бомб у нас не так уж много и все они будут выстреляны из бомбометателя. Но нам нужно если не уничтожить, то хотя бы спугнуть подводного «волка», а значить и БМ-1 подойдут. Понимая, что не успеваю, я доверчиваю тральщик и веду его на таран. «Шторм» самым полным ходом несётся на вражескую субмарину. Мы всё ближе и ближе и кажется, что столкновение не минуемо.