Ковчег изгоев (СИ)
Поглядывая на сканеры, я начала снижаться, потому что где-то совсем рядом было озеро. Пролетев между двумя оплывшими столбами, я неожиданно вылетела на простор, где внизу расплавленным шоколадом колыхалась тяжёлая, насыщенная металлом вода. Глядя на сканер, я увидела, как на нём четко обрисовывается корпус звёздного корабля. Уже спустя минуту мне стало ясно, что это, и меня пронзил тот же ужас, что я видела в глазах Булатова.
На пульте замигало красное табло. Лучевая атака. Я стала лихорадочно переключать экраны внешнего наблюдения и неожиданно увидела позади себя два хищных силуэта. «Грумы», — простонала я, — у них есть «грумы!» И в следующий момент один из истребителей дрогнул и закачался.
— Я подбит! — услышала я в наушниках рычащий голос.
— Защита! — крикнула я. — Где твоя защита? И экран-поля нет!
— Что-то с машиной, — спокойно произнёс Белый Волк.
— Уходи на «гамму», — приказала я, поднимая свой «грум» и выходя на вираж. — Митико, иди за ним!
Оба «грума» сопровождения были прекрасно видны, а следом за ними уже мчалась эскадрилья маломерок, похожих на рассерженных пчёл. Только это были не катера, это были «махарты», лёгкие ормийские истребители, тоже неплохие. Я знала, что на них случалось сбивать «грумы». Один из них подобрался совсем близко и выпустил очередь по левому «груму». Его корма вздрогнула от взрыва и задымилась. Он провалился вниз, но тут же выправился. «Грумы» очень живучие машины. Одного попадания мало, чтоб их сбить.
«Махарты» наседали сзади, а я, развернувшись, направила свою машину в их гущу и нажала на гашетку. Мощная очередь белёсых лучей пробила передовую машину противника, и она, кувыркаясь, полетела в воду. Проходя по глубокой дуге, я выпустила несколько очередей и сбила строй «махартов». Белый Волк и Митико ушли в отрыв, а я снова зашла на противника.
— Нас могут вычислить по лучам? — поинтересовался Джулиан.
— Могут, но не вычислят, — ответила я, повернув рычаг, и на вираже резко ушла вниз, пропуская над собой очередь неприятеля. Какой-то настырный «махарт» попытался преследовать моих товарищей, и мне пришлось сделать стремительный рейд. Выпустив лёгкую самонаводящуюся ракету, я повернула назад и снова врубилась в гущу врагов.
— А по плазменному следу? — спросил он.
— Нет, на соплах стоят охладители, и температурный след не возникает. Из-за этого их очень долго не могли засечь наши локаторы, — я бросила взгляд на экран. Оба «грума» пронеслись над озером и буквально рухнули вниз, вместе с водопадом. А над ними сверкнули скрещённые лучи наземных лазерных орудий, возможно снятых с поисковых кораблей. — Ладно, — кивнула я, — я всё поняла, — и, резко вывернув руль, вертикальным штопором ушла вверх.
— Боже, — простонал Джулиан. — Нельзя ли полегче?
— Извини. Понимаешь, так никто никогда не уходит, поэтому они будут отслеживать нас по периметру. А мы уйдем через небеса. Я выравниваю…
Выйдя на дугу, я прошла высоко над поверхностью планеты, почти вынырнув за пределы атмосферы, а потом снова начала постепенно снижаться. Спустившись к руслу реки, я настороженно поглядывала на экран биолокатора и энергетические сканеры. Но здесь всё было спокойно. Снизив скорость, я спустилась ниже и полетела между берегами, высматривая нужную мне площадку. Наконец под нависшим козырьком скалы, я разглядела этот небольшой пятачок, на котором уже пристроились два слегка дымящихся «грума». Максимально снизив скорость, я подвела машину к площадке и аккуратно опустила её рядом с другими.
Отстегнув ремни, я выбралась из кресла и отодвинула дверь. Соскочив на камень, я сразу направилась к ближайшему истребителю, вокруг которого бродил Белый Волк.
— Ну что? — спросила я.
— Крыло покорёжено, — отмахнулся он. — Попали в ракетницу, и рванул боезаряд. Хорошо оболочка выдержала.
— Вы их сбили! — раздалось сзади. Ко мне бежала, сняв шлем, растрёпанная Митико. — Я видела, вы сбили двоих.
— Да, — кивнула я, не понимая в чём дело, — сбила двоих.
— Мы не имеем права убивать! — истерично взвизгнула она.
— Неужели? — уточнила я. — А они имеют? Это война. Если б я не сбила их, они бы сбили вас. Я предпочла пожертвовать врагами, но спасти четырёх своих. Я не права?
Белый Волк снял шлем и тревожно взглянул на меня.
— Вас не кодировали против убийства?
— Нас всех кодируют, но этой кодировки хватает до первой войны. Когда рядом падает друг с простреленной головой, начинаешь понимать, что тот, кто милосерден к злодеям, становится злодеем к милосердным.
— Но убивать…
— К сожалению, иногда это необходимо, — проговорил Хок, подошедший вслед за Митико, и повернулся ко мне. — У нас пробит кормовой двигатель.
— Восстановить можно?
— Только если в ангаре. Там есть всё необходимое. Мы бы дотянули на боковых двигателях, но без экран-поля нас собьют в два счёта.
— А что с экран-полем? — я взглянула на Белого Волка.
Он мрачно смотрел на меня, а потом поманил пальцем за собой. Следом за ним я влезла в кабину его «грума» и увидела распахнутую внизу панель, а в гуще проводов — разрезанную пополам ленту световода. Взяв её, я убедилась, что она рассечена инструментом.
— Тот же принцип, что и с камерой Вермера, — проговорил Белый Волк. — Наверняка, у Митико то же самое. Индикаторы выдали включение защиты и экран-поля, а на самом деле команда не дошла до генераторов. Ваш «грум» не пострадал, потому что был запечатан, и она не знала, что на баркентине есть третий пилот, который водит такие машины.
— Она?
— Тия не слишком скрывала, что я ей не нравлюсь. У Мангуста не было причин ломать машины.
— Логично…
Я выбралась наружу и осмотрелась.
— Сколько времени уйдёт на ремонт световода?
— Работа не сложная, но кропотливая, — ответил Белый Волк. — Будем вручную сваривать волокна. В лучшем случае управимся за день, но, возможно, придётся заночевать.
Я кивнула и осмотрелась вокруг, соображая, как нам наиболее комфортно и незаметно устроиться здесь на ночёвку.
Место было неплохое. Достаточно просторная площадка, чтоб поставить несколько палаток и развести костёр. Сверху нас прикрывал щит из базальта толщиной метров шесть, что гарантировало от того, что нас могут обнаружить сверху даже с помощью очень хорошего биолокатора. Но бережёного Бог бережёт.
— Рауль, — я обернулась к Хоку, — нужно установить по краю площадки силовое поле и поставить отражатели и детекторы.
— Понял, — кивнул он и отошёл.
Я видела, как он залез в один из катеров и достал оттуда объёмистый контейнер с оборудованием, потом подозвал к себе Джулиана и Митико и начал объяснять задачу, показывая на край площадки и свод над ней.
Пока они не установили защитное поле, нужно было связаться с «Пилигримом» и сообщить о том, что нам пришлось задержаться на поверхности. Из-за нависшей над головой многометровой толщи камня, передатчик никак не мог установить связь. Я попыталась выйти из-под каменной крыши на край площадки, но тут же в нескольких метрах от меня по тёмной поверхности воды скользнуло что-то похожее на длинный и острый спинной плавник. Попятившись, я похвалила себя за идею с силовым полем и пошла в конец площадки, где она уходила в толщу берега, а по обрыву вверх тянулась трещина. Тропинкой это нельзя было назвать, но всё же за несколько минут мне удалось вскарабкаться на высокий берег.
Выбравшись из расщелины, я замерла, увидев вокруг панораму гор, округлых, сглаженных, похожих на морщинистую кожу носорога. Они были светло-коричневого, почти медового цвета. Над ними простиралось от края до края нежно-персиковое небо, в центре которого сиял оранжевый диск звезды. Он был неяркий, на него вполне можно было смотреть в упор. В небе висели перистые жёлтые облака. Издалека налетал сухой ветер и в нём чувствовался какой-то странно знакомый аромат, то ли амбры, то ли аравийской пустыни в знойный день. Я впервые подумала, как красив этот чужой и неуютный мир. Однако слишком долго торчать на камнях было ни к чему. Где-то наверху, на орбите, плыли в холодной тишине примитивные спутники, на которых вполне возможно были установлены биосканеры.