Лицей. Венценосный дуэт (СИ)

— Зря, дорогуша, совершенно зря, — наставляет Кругленький, — в следующий раз обязательно возьми.
Мы сидим в бытовом закутке, тут поблизости нет ничего такого. Рядом только душевая, комната санобработки, раздевалка, пара кабинетов. И вход, кстати, отдельный для цивильных посетителей. Эта комнатушка исполняет роль чайной и закусочной.
— А какие вы любите?
— Ой, всякие любим, лишь бы свежие, — Кругленький.
— С джемом или яблоками, — Стелла.
— Понедельник, вторник, среда — у вас выходной, — считаю я, — значит, в субботу я вас могу застать…
— Ой, как долго твоих пирожков ждать! — кручинится Семён Григорич, — а чем тебя четверг или хотя бы пятница не устраивает?
— Так я же учусь! Шестой урок только в два часа заканчивается, потом мы обычно в кафе торчим не меньше получаса. А ведь надо ещё заехать домой переодеться. Даже если моя мачеха напечёт, я только к самому концу успею, — описываю весь расклад, — в пятницу у нас тренировка почти до четырёх…
— А суббота чем отличается? Тоже ведь учитесь? — Стелле иногда удаётся вставить своё слово.
— В субботу пять уроков, если пожертвовать посиделками в кафе, то могу прибыть не позже пол-третьего. Короче, до каникул я могу быть после обеда в субботу и весь день в воскресенье.
Я довольна, как слон. Мне сегодня позволили самой разрез сделать. Семён Григорич восхищённо квохтал, Стелла таращила глаза, хотя сделала я его неуверенно и кривовато. Нет, рука у меня не дрожала, просто я заранее не знала с каким усилием надо лезвие вести. Это ж не мой родной кинжал.
— А давайте я с ливером пирожков напеку, а потом будем посетителей угощать, — предлагаю я. И долго с удовольствием наблюдаю, как хохочут мои наставники. Стелла сгибается и чуть под стол не падает, Кругленький утирает обильные слёзы.
— Наш человек, Стеллочка, наш, — стонет Семён Григорьевич, — я сразу это понял…
5 мая, понедельник, 14:05.
Автостоянка близ Лицея.
Алекс Прохоров.
Ты, выходит, у нас в Лицее учишься? Наблюдаю за компанией старшеклассников, среди них моя рыженькая. Сегодня она в джинсиках по прохладной погоде. А хорошо ли ты учишься, девочка? Нет ли у тебя троек или, боюсь сказать, двоек? Не пора ли тебя наказать за неуспеваемость? Почему форму одежды не соблюдаешь? Это тоже в копилку прегрешений.
Срисовать меня не могут, рядом никого, двенадцатикратный монокуляр прикрываю рукой. Мне хорошо видно, а вот меня — плохо. Кладу трубу в бардачок, теперь могу и невооружённым глазом следить, объект опознан.
На поворот ключа стартера «Самара» послушно отзывается тихим урчанием, выезжаю на передислокацию, к кафе. Тёплая компания сейчас туда пойдёт, там и подождём.
Через десять минут.
Идут мои красотки. Со своим долбаным сопровождением. Будем подождать.
А ведь мне не удастся её чисто взять. Что-то подсказывает, что в машину она добровольно не сядет. Это на автобусных остановках или голосующих на дороге девчонок я мог подбирать. Дальше дело техники, в машине я хозяин положения. А эта рыжая коза, если ей нужно такси, вызывает по мобильнику. И общественным транспортом не пользуется.
Тащить её с тротуара в машину, светиться всем прохожим. Значит, надо предварительно номер маскировать. И время. Пока затолкаешь её на заднее сиденье, пока перебежишь на свою сторону и усядешься за руль, кто-нибудь, кому больше всех надо, успеет стометровку пробежать. М-да… проблема.
Ещё через полчаса.
Подъезжает знакомая машина, выходит знакомый мужик, окидывает окрестности цепким взглядом. Не кипишуй, мужик, тут до фига машин стоит, не только моя. А я сейчас уеду. Как только ты в кафе зайдёшь. Стоп! А мужик-то сегодня не один. Второй только вышел из машины, оглядывает окрестности.
Через двадцать минут.
Удачно сегодня всё получилось. Проехал вперёд минут на десять и подождал в неприметном переулке. Тачка с красотками проследовала по главной дороге, мне осталось только осторожно вырулить за ними. И через десять минут, когда свернуть можно было только пару раз, и почти никто не уходил в сторону, засёк, как рыжая выходит из машины. Ага, знаю этот парк, гулял как-то со своей, ещё до Снежанки.
 
На одну хорошую новость — две плохие. Плохой это парк, не, для овец плохой, для меня. Полицейские посты каждые метров двести. И охранник у моей рыжей появился. Едрит мою Люсю! Шансы уменьшаются до нуля. Чтобы взять дичь с охраной, даже одним человеком, нужна загонная команда. Не мой путь. Хорошо, не судьба. Прощай, рыжая!
Возвращаюсь к машине. До выхода из парка отследил, дом, к которому направился рыжий объект, вычислил. Не судьба, но вдруг.
Снежанка улетела на море, в Испанию. Как там городишко? Коста-Дорада вроде. Отдыхай, любимая, я всегда буду тебя помнить. С квартиры я спрыгнул, живу дома, адреса она не знает. Да и узнает, кто её туда пустит? Идите, девушка, отсюда, у нас неприёмный день.
5 мая, понедельник, 13:30.
Лицей. Классный час в 7ИМ-3.
Поручение королевы надо выполнять. Пригласила с собой по четыре-пять человек с наших девятых классов. Но моих одноклассников ввалилось полкласса. Разместились весело, кто на полу, кто на коленях друг у друга. Семиклашки сияют от такого внимания старших.
— Человека можно представить в виде простейшей схемы, — рисую на доске крупно букву «Я» и внизу схематично «ручки-ножки-огуречик» человечка, — Я и моё тело. «Я» — это сознание, разум, личность. Тело тоже понятно что. Это весь ваш организм, юный и прекрасный.
Народ оживляется, я специально так делаю. Лекция не должна быть сухой и скучной.
— Вы, я вам это сообщаю официально, как подданные её Величества обязаны относиться к своему телу бережно и с заботой. Содержать себя в чистоте, в гигиеническом смысле. Многие из вас, почти все, этого не делают…
— Ваше высочество, мы что, по-вашему, грязнульки? — возмущается с камчатки Паша.
— Сейчас объясню. Одной из бед современного человечества является уязвимость зубов. Есть противное слово кариес, но это не единственная болезнь. Зато самая распространённая. Вот ты, Паша, спрашиваешь про грязнулек. А скажите мне, кто из вас после обеда полощет свой рот? Никто или почти никто. Кроме меня и её Величества. Но скажу по секрету, мы сами стали это делать относительно недавно, с неделю назад.
Даю паузу, народу надо немного пошуметь.
— Вот вам всем и первое поручение. С завтрашнего дня все после обеда к умывальникам. Полстакана воды хватит. Нет рядом стакана, ничего страшного, ополоснули руки и налили в пригоршню. Все должны выработать у себя такую привычку. После еды во рту неизбежно остаются мельчайшие частички пищи, которые спустя время начинают гнить и давать обильный корм вредным микробам.
— По-хорошему лучше вообще чистить зубы щёткой, но реально это трудно организовать. К тому же пользоваться зубной щёткой тоже мало кто умеет. Но это отдельная тема.
Пауза.
— Наш организм это целый комплекс систем. Костно-мышечная, нервная, кровеносная, лимфатическая. Есть ряд важных органов, без которых невозможна жизнь организма. Сердце, почки, печень и так далее.
— А от каких-то можно избавиться, — замечает Гри-Гри (одноклассник Гриндин Гриша).
— Да есть и такие, играющие вспомогательную роль, — соглашаюсь, это так, — без половины зубов люди живут, без аппендикса, гландов и желчного пузыря, без одной почки тоже можно жить. Аккуратно и с опаской, но можно.
— Итак, чтобы как можно дольше сохранить максимальную работоспособность вашего тела, его надо тренировать. И самая лучшая и универсальная тренировка всех систем — бег. Именно поэтому вы и носитесь по стадиону дважды в неделю.
 
Ещё поделилась одним способом тренировки кровеносной системы и стабилизации кровяного давления. Можно без нагрузок, а лучше при ходьбе, задерживать дыхание.
— Но главная тренировка не в этом! — предостерегаю сразу, — если вы сразу после задержки принимаетесь глубоко и с наслаждением дышать, то лучше совсем не начинайте. Сама тренировка начинается после того, как вы начинаете дышать. Дышать надо неглубоко и редко. Вам сильно захочется вдохнуть полной грудью, но это желание вы должны придавить. И в течение хотя бы пары минут дышать редко и неглубоко, оставаясь в режиме кислородного дефицита.