Приятная повседневность с мажорками (СИ)

— Несомненно! Полоса отчуждения КВЖД была и есть на сегодняшний момент территорией с особым статусом, который вытекает исключительно из специфики проходящей по ней железной дороги — то есть нашей, русской дороги на китайской земле, под управлением нашей администрации.
— Это хорошо. А какая общая площадь этой полосы?
Кудашев на несколько секунд задумался.
— Александр Васильевич, я велю подготовить вам справку в ближайшие дни, по памяти не могу вам ответить.
Справку князь предоставил к следующему вечеру. Как оказалось, все земли КВЖД были ею официально выкуплены, включая речной порти промышленный центр в зоне дороги — Харбин. Общая площадь полосы отчуждения оценивалась в триста тридцать тысяч акров, из них десятую часть занимал сам Харбин.
— Конечно, у нас есть разночтения с китайцами, — заметил Кудашев, — но об этом вам лучше расскажет господин Хорват — он в самые ближайшие дни прибудет в Пекин. Конечно, китайцы хотят поменять статус-кво в свою пользу и уже предпринимают разные шаги не в нашу пользу.
Вице-адмирал за эти дни уже наслышался разного о генерал-лейтенанте Хорвате, бессменном управляющем дороги с момента её открытия.
Дни летели, вице-адмирал и офицеры погрузились в изучение текущих событий. Колчак писал трогательные письма Анне Васильевне, пытался через Тейта выяснить судьбу семьи — пока что безрезультатно, много читал про Китай.
В первых числах мая в Пекин прибыл генерал Хорват, с ним приехал и харбинский консул Попов. Кудашев организовал небольшой раут в посольстве, где и познакомил их с Колчаком.
«Вот это борода, ему бы в где-нибудь в монастыре настоятелем быть», — поразился Колчак патриархальному виду генерала, пожимая ему руку.
После традиционного ужина он, посланник, консул и генерал прошли в библиотеку для обстоятельной беседы.
— У меня большие связи и в Китае, и в Японии, — говорил Хорват, пыхтя своей трубкой. — Но даже мне стоило определённых усилий разогнать в декабре этот самозваный совет солдат и рабочих. Как вы знаете, господа, сейчас я занимаю должность и управляющего дорогой, и главноначальствующего в полосе отчуждения — у меня мандат Временного правительства. Я путеец, военный инженер, и поэтому мне нужен авторитетный военный, который займет должность начальника охранной стражи.
— Господин Колчак готов к этой работе, — сказал Кудашев.
— Это хорошо, в правлении дороги нужен именно военный человек, поскольку генерал Плешков, который возглавляет штаб округа, совершенно не справляется со своими обязанностями. Сейчас махровым цветом расцветают разные отряды, тот же Семенов на границе, и скоро такие части будут представлять не меньшую проблему, чем красные.
— Что из себя представляют эти отряды? — спросил Колчак.
— Это офицерские антибольшевистские организации. Отряд господина есаула Семёнова, который зовёт себя атаманом, базируется на станции Маньчжурия, в самой начальной точке КВЖД, и как достоверно известно, финансируется он японцами и пользуется их покровительством, — включился в разговор консул Попов.
— Это банда грабит проходящие поезда не хуже хунхузов, хотя они и воюют против местных красных, — возмущенно заявил Хорват. — На границе с Приморьем есть ещё один такой деятель — некий Калмыков. Есть отряд Орлова в Харбине, это наиболее боеспособная и дисциплинированная организация.
«Веселенькое положение намечается», — Колчак всё больше начинал понимать, с какой сложной задачей ему придётся столкнуться.
— Господа, не стоит драматизировать, — поднял ладонь посол. — Вопрос в том, чтобы направить энергию этих господ в нужное для нас и для страны русло — на борьбу с большевизмом. Я правильно понимаю, Дмитрий Леонидович, что орловцы финансируются из средств КВЖД? — посмотрел он на Хорвата.
— Так точно, в рамках антибольшевистской борьбы, — пожал плечами генерал и поморщился. — Англичане тоже обещали финансирование и поставки оружия.
— Но как я понимаю, все эти отряды, в том числе более мелкие, сейчас просто соперничают друг с другом? — уточнил Кудашев.
 
— Я не политик, но я сторонник демократических методов, — Хорват развёл руками. — Это вообще не должно быть моей заботой, у меня своей работы хватает.
— Отряды необходимо объединить, — заявил Колчак.
— Простите, господин вице-адмирал, но генерал Плешков не смог и не сможет этого сделать — о прежней дисциплине остаётся только мечтать, — произнёс консул Попов. — Семеновцы бесчинствуют на станциях Даурия и Маньчжурия, про них ходят ужасные слухи, Калмыков самочинно досматривает поезда на Пограничной станции.
На некоторое время воцарилось молчание, Колчак рассматривал собеседников.
— Несомненно, способ объединить отряды в единую силу имеется, — произнёс князь Кудашев. — Нужно сделать так, чтобы все средства, которые сейчас им поступают, шли через одни руки, то есть через руки правления КВЖД. Только тогда можно создать боеспособную вооруженную силу и двинуть её против большевиков!
— Именно так и надо сделать, вопрос только в японцах, — согласился Хорват. — Надеюсь на вас, князь, и на вас, Александр Васильевич. Скоро состоится реорганизация правления, я поэтому и приехал в Пекин на переговоры с китайцами — придётся ввести в правление одного из их губернаторов. Но и вас мы введём в правление, вы согласны?
— Так точно, Дмитрий Леонидович, — кивнул Колчак.
— Тогда вся военная власть в Маньчжурии будет в ваших руках, средства мы выделим, а с японцами проведём переговоры! — удовлетворённо заключил Хорват.}
— Нихера себе! — прошептал я потрясенно.
Набрал номер Женьки.
  
Глава 20
 
Евгения не сразу ответила.
— Да, Витюша, — в её голосе я уловил неуверенность.
— Это реально ты написала, Жень?
— Ну конечно, а что?
— Шикарно! Мне очень понравилось — жёстко написано, правдиво! А продолжение есть?
— Ну, пока ещё нет — саму структуру романа я проработала, остаётся написать, — девушка явно взбодрилась.
— Короче — пиши и не отвлекайся, это будет отличная книга!
— Правда, Вит?
— Конечно! Издатели, особенно наши, омские, отхватят с руками и ногами! Женя Алмазова, поэтесса и писательница — звучит же?
— Так я же не поэтесса, — засмеялась Женька.
— Так станешь по совместительству! — настроение у меня поднялось. — Ох и Женька — порадовала меня. Молодчина!
— Ну спасибо, — промолвила она смущённо.
— Как твои дела? Как Лерка, Сёма?
— Ой, мы вот только недавно домой вернулись, наловили рыбы килограмм сто пятьдесят, да и шашлыков на месяц тепеть хватит. Отдохнули отлично, если не считать комаров. Сашка там подрался с какими-то дураками, когда мы возвращались в город и они перекрыли нам дорогу.
— И что же? — обеспокоился я.
— Да нормально всё — набили друг другу лица, но вопрос в итоге уладили, — засмеялась Женя. — Витюш, тебе правда понравилось?
— Женюш — ну правда! Вместо того, что бы танцевать и пить вино, я стоял под звёздным небом и читал твоё произведение целых десять минут.
— Ах, под звёздным небом — ты такой романтик! — вздохнула Алмазова.
— У нас тут половина второго ночи, если что.
— Ой, блин, действительно! Витюшка, в общем — обнимаю тебя и скучаю! Мы с Лерой ждём тебя в Омск!
— Приеду сразу, как только смогу! — пообещал я.
— Тогда спокойной тебе ночки и передавай привет от нас Елизавете, — хихикнула девушка. — Пока-пока!
— Пока, зая!
Поражённый и вдохновлённый, я спрятал телефон во внутренний карман.
«Теперь можно и потанцевать, и навернуть ещё конины, вот этого „Генриха Четвертого“! Кого сегодня трахнуть — Стеллку или Элинку, но чтобы моя лапочка Энджи не заметила? Стеллочку, конечно. Или саму Энджи — устроить ей легкий экстрим?» — от этих мыслей возникло легкое шевеление ниже пояса.
Пора было возвращаться в ложу — предстояло ещё танцевать и с Элиной, и со Стеллой, и с Анжеликой и даже Ариной. И не только танцевать!