Особое задание (СИ)
— За что?
Я, умирая от стыда, опустил глаза и прошептал дрожащими губами:
— Я ничего не помню! Честное слово ничего!
— Ну, как же ты мог! — девушка еле сдерживала слезы, и у меня задрожали руки от осознания непоправимости происшедшего.
— Я не мог! — тупо твердил я, пытаясь убедить себя, что действительно не мог! Но рассудок услужливо подсказывал, что девушка вполне в моем вкусе, и даже очень мне нравится, а, значит, мог! Вполне!
— Ты набросился на меня, как зверь, а я не смогла сделать тебе больно! — горько шептала она, прикрывая рукой свою грудь. — Ты мучил меня всю ночь! Не смотря на мои слезы и уговоры Татьяны!
Тут я просто обалдел и, не в силах что-либо сделать, сел и понуро свесил голову:
— Какой же я придурок! Прости меня, если сможешь!
В этот момент передо мной прошла поникшая Татьяна со спортивной сумкой через плечо, грустно посмотрела мне в глаза и направилась к выходу из дома. Этого я не выдержал! Я вскочил на ноги, не заботясь о том, что раздет, и бросился вдогонку!
Она медленно повернулась мне навстречу, услышав топот моих ног по лестнице, прислонилась спиной к стене и вдруг начала сползать на пол в приступе дикого хохота:
— Ой, девочки, я больше не могу! — веселилась она. — Вы посмотрите на его убитое лицо!
За моей спиной раздались взрывы смеха, и я непонимающе повернулся к Людмиле, уже успевшей прикрыться полотенцем, и Юльке, взирающей на меня с верхних ступенек лестницы:
— Надо же! Поверил! — хохотали они, весело хлопая себя по бедрам. — Джонни, это просто шутка! Тебя, даже если очень постараться, раскрутить на койку без Татьяны ни у кого не получится!
Я, не веря своему счастью, сел на пол возле Татьяны, благодарно прикрылся протянутой мне курточкой и облегченно заулыбался:
— Я так перепугался! Я так боялся вас всех потерять! Особенно тебя, Таня! — я посмотрел ей в глаза и был вознагражден пылким поцелуем.
Потом к нам подбежали остальные девочки, меня сбили на пол и весело потоптали. Я, кое как удерживая на себе курточку, особенно не отбивался, и через пару минут довольные собой девицы толпой проводили меня до ближайшей ванной, отпуская язвительные замечания по поводу моих подвигов прошлой ночью. Но мне уже было все равно: расставание не состоялось, и ладно! Пусть веселятся! От меня не убудет!
С этого момента мы стали еще ближе: и Юлька, и Людка могли себе позволить заартачиться, не желая уходить спать в свою комнату, и, совершенно не обращая внимания на мое стеснение, остаться спать с нами. Я не раз просыпался, обнимая кого-нибудь из них вместо Татьяны, но такого панического ужаса это у меня больше не вызывало. Я пытался поговорить о некоторой ненормальности происходящего со своей ненаглядной, но она от меня отмахнулась, а на настойчивые просьбы объяснить просто ответила:
— Они тебя просто любят! Так же, как и я! Ты что, не видишь?
После такого ответа я не нашел, что сказать, и под насмешливым взглядом Татьяны поплелся думать в любимое джакузи.
Не смотря на все мои старания, ничего путного в голову не пришло, и я был вынужден оставить все, как есть. Пусть делают, что хотят. Все равно от меня мало что зависит!
* * *Тем временем наша империя росла: почти каждую неделю кто-нибудь из мелких и средних бизнесменов, наслушавшись от своих друзей о прелестях нашего способа ведения дел, просился под нашу «крышу». Левик и Татьяна сбились с ног, просчитывая целесообразность того или иного бизнеса. Особенно Левик: постоянные перелеты из Москвы в Лос-Анджелес и обратно, а так же вечное недосыпание превратили его в обтянутый кожей скелет. Несколько дней в подряд я сталкивался с ним в коридоре, шугаясь от его потустороннего вида, пока меня не осенила идея: я связался с Юрасиком и потребовал как можно скорее адаптировать стратегию «Разведи на бабки лоха» под наше законодательство. В результате через две недели игра была получена, и разрекламированный к тому времени по всей стране «он-лайн-чемпионат» по этой игре начался! Еще бы: каждому, набравшему более тысячи очков, был обещан приз в пятьдесят тысяч! Плюс контракт на работу в крупной компании. Для ориентира: Левик набирал лишь около девятисот очков.
Почти перед самым Рождеством первый победитель получил свой приз. На шоу, придуманном и осуществленном Юлькой, в нашем клубе, перед камерами и толпой журналистов студент юрист двадцати двух лет от роду, по имени Гарри получил заветные деньги и долго рассыпался в благодарностях. А основной разговор состоялся через день в моем офисе:
— Гарри! Как ты видишь, я мало похож на мецената. И я не люблю выбрасывать деньги на ветер. Цель этого чемпионата — не потратить деньги, а их заработать! Поэтому я хочу предложить тебе работу. Серьезную! С окладом, который позволит тебе иметь все, что хочешь. Естественно, не сразу, со временем, но и в первый месяц нуждаться ты не будешь: десять тысяч долларов в неделю должно хватить, как считаешь?
Парень вытаращил глаза: выходец из бедного негритянского квартала, единственный сын спивающегося водителя такси, добившийся стипендии в университете лишь благодаря своему трудолюбию, перебивающийся во время учебы с хлеба на воду, он не мог представить себе такой суммы в своих руках.
— Что, я должен кого-то убить? — нервно рассмеялся он.
— Специалистов в этом деле у меня хватает! — рассмеялся я. — Мне нужен толковый бухгалтер!
— Но, сэр, я не бухгалтер! — поник плечами парень, уже почти ощущая пачку денег в своих руках. — Я пока просто юрист-недоучка! Вас, наверное, ввели в заблуждение!
— Мне плевать, как называется твоя специальность! Мне плевать на твой диплом. Мне нужны твои мозги. Те, которые смогли в игре набрать тысячу сорок два очка!
— Но это же просто игра!
— Не просто! — усмехнулся я. — Это очень хитрая игра! Впрочем, ты согласен попробовать?
— Если вы так считаете, то да! — в глазах паренька загорелась искорка надежды. — Когда приступать?
— Вчера! — я протянул ему пачку денег. — Пять тысяч! Аванс! Теперь дуй в кабинет номер четыре, там получишь ключи от гостевой квартиры, и твоей новой машины, а потом зайдешь в шестой! Там сидит мой бухгалтер. Русский парень! Зовут Левиком! Ты поступаешь в его распоряжение!
Гарри, робко убрав деньги в карман, пятясь добрался до двери и выскользнул прочь, а я довольно потер руки: начало было положено.
Глава 22
Рождество и новый год мы отметили в засыпанной снегом Москве, на даче Толяна, и ничего, кроме пьяной мути в голове, у меня в памяти, увы, не сохранилось. Три дня после приезда домой мы просто отсыпались и отходили от переедания и перепоя. Я с трудом передвигались по дому, то и дело бормоча под нос фразу из анекдота: «Лучше бы я умер вчера!».
Я твердо решил не пить. Хотя бы неделю. И девочки были со мной солидарны.
Мигелито, встречавший нас в аэропорту, по-моему, передумал ехать в Россию: по крайней мере, всмотревшись в наши лица, он понял, что столько выпить не решится никогда!
И лишь начало рабочей недели постепенно вернуло всех нас в нормальное состояние.
В офисе было многолюдно: отдохнувшие и довольные собой сотрудники о чем-то непрестанно гудели, и мне пришлось даже разок рявкнуть, чтобы настроить всех на рабочий лад.
Трудоголик Левик за время каникул нашел еще четверых кандидатов в бухгалтера. Правда, двух по каким-то причинам отсеял Энди, но и оставшиеся двое меня очень порадовали. Парень лет двадцати шести, экономист по образованию, по имени Люка, и смешная маленькая японочка, тоже экономист, по имени Мицуко. Они с радостью и удивлением приняли мое предложение и тоже вгрызлись в работу.
* * *Я сидел в своем любимом кресле в кабинете и рылся в очередной пачке бумаг, когда в комнату влетела испуганная Татьяна и закричала:
— Что-то с Людкой! Она где-то около клуба! Ей плохо! Плачет навзрыд!
Уже при первых словах меня как ветром сдуло с кресла, и я, на бегу кивнув двум бойцам Энди, несущим службу на этаже, влетел в лифт. Татьяна и оба парня влетели следом, и створки ужасающе медленно поползли друг к другу.