Трио для миллиардера (СИ)
— Конечно, спасибо за комплимент, — сказала я и приподнялась с дивана, давая понять, что разговор окончен. — Но, к сожалению, вынуждена вас разочаровать. Вы неправильно поняли меня, господин Мюллер. Я не горю желанием выйти замуж ни за вас, ни за кого-то другого. До свидания!
Подхватив в руки тот самый бумажный пакет, с которым он приходил ко мне в больницу, учитель музыки попрощался со мной и быстро исчез за дверью. А я, наконец, смогла дать волю смеху, который меня разбирал, пока я слушала господина Мюллера. И, кстати, я так и не узнала, что было в этом пакете. Ну и ладно! Я, между прочим, ни на что не намекаю. Так, обычное женское любопытство.
То — ни одного, то — сразу двое?!
Насмеявшись от души, я решила сварить себе кофе. Немцы так обожают этот напиток, что пьют его в любое время суток. А как известно, с кем поведёшься, от того и наберёшься. Короче, я тоже теперь пью кофе, независимо от того: утро на дворе, или вечер.
Но стоило мне пройти на кухню, как позвонили в домофон. Наверное, господин Мюллер забыл какую-нибудь вещь, подумала я и ответила на звонок. А в следующую минуту у меня коленки подогнулись, потому что в микрофоне раздался голос… Сафарова!
— Откуда он знает мой адрес? — перепугалась я не на шутку.
Первой мыслью было сбросить звонок, но потом я подумала, как хорошо, что он пришёл, когда дома нет детей. Уж лучше я сейчас с ним поговорю (понятия не имею, что Дар хочет от фрау Вебер, которую, судя по его поведению, он ненавидит всеми фибрами души), чем Сафаров что-то заподозрит и начнёт меня преследовать.
Оглядев комнату, я с ужасом увидела, что на полках шкафа стоят фотографии тройняшек в деревянных рамочках. Я бросилась прятать их внутрь.
Спустя минуту Сафаров переступил порог моей квартиры. За это время я обнаружила, что на мне нет самого главного предмета моей конспирации и успела нацепить на себя очочки. Конечно, я знаю, что они мне совершенно не идут. Но, извините, я и не ставлю себе целью кому-то понравиться, а уж Эльдару — в последнюю очередь!
Поэтому я просто пригладила рукой свой волос, напудрила носик и чуть подкрасила губы. А кто сказал, что я должна выглядеть, как лахудра, в глазах своего бывшего мужа? У меня, знаете ли, тоже есть гордость. И дело, разумеется, только в этом.
Правда, когда Дар вошёл, я обрадовалась, что на мне очки с тёмными линзами. Потому что почувствовала, как мои глаза вспыхнули от радости. Но, может, причина была вовсе не в Эльдаре, а в том, что в Германии, к которой за шесть лет я так и не сумела привыкнуть, я встретила своего соотечественника. С другой стороны, я всегда тянулась к прекрасному. А породистым носом, чётко-очерченными губами и, конечно, огромными чёрными глазами Сафарова невозможно не залюбоваться.
Естественно, все эти мысли я оставила при себе.
— Рад видеть вас, фрау Вебер, в добром здравии, — сдержанно поприветствовал меня Дар и протянул коробку конфет.
Я замешкалась, не зная, принимать ли мне подарок? Ведь получается, что я буду обязана Сафарову за внимание. Тогда мне придётся угостить его чаем или кофе. Но в мои планы не входило, чтобы он у меня задерживался.
— Это российский шоколад, — сделал Эльдар пояснение. — Думаю, фрау Вебер, вам приятно будет попробовать то, что вы никогда не ели.
Мне стало смешно от этих слов, и я улыбнулась уголками губ. А Сафаров меня огорошил.
— Как вам идёт, фрау Вебер, ваша улыбка! — воскликнул он искренне, да ещё и добавил: Я даже не думал, что вы такая хорошенькая. Надеюсь, я вас не обидел?
Я стою, хлопаю глазами и чувствую, как внутри меня закипает чувство ужасной ревности, чуть ли не ненависти к той фрау Вебер, которой Дар сейчас делает комплименты. Ведь я-то надеялась, что он по мне страдает! Но его поведение говорит, что он вполне себе счастлив.
Подавив свой гнев, я холодно поинтересовалась:
— Вы ради этого, господин Сафаров, пришли ко мне? Боюсь, я не заслужила такой чести!
— Знаете, — Дар посмотрел на меня своим фирменным сумрачным взглядом, от которого у меня тут же перехватило дыхание, — я не думаю, что мы с вами, фрау Вебер, подружимся. Но я на днях, может, даже завтра, уезжаю, и мне захотелось сделать для вас что-то доброе на прощание. Простите за беспокойство, — и с этими словами он развернулся, чтобы выйти.
У меня сердце защемило. Сама не знаю, что я к нему чувствую, но факт — Эльдар для меня не чужой человек. Возможно, он действительно не собирался со мной флиртовать, а хотел просто навестить и подарить конфеты, которых, как он думает, я никогда не ела.
— Постойте, господин Сафаров, — мой голос прозвучал подозрительно хрипло, — я просто не ожидала вас увидеть, вот и растерялась. Но, если хотите, давайте, выпьем кофе или чаю? Пожалуйста, проходите в комнату!
Дар резко развернулся. Знакомая морщинка между бровей разгладилась, он сделал шаг и вдруг хлопнул себя по лбу, а потом весело сказал:
— Чёрт, у меня совсем вылетело из памяти, что я приготовил для вас, фрау Вебер, подарок! — и протянул мне пакет из плотной бумаги. — Я, знаете ли, холостяк, и не очень разбираюсь в духах. Но, насколько мне известно, все женщины любят французские духи. Надеюсь, фрау Вебер, “Шанель номер 5” вам понравятся?
Я машинально взяла в руки пакет, а в голове стучали его слова: “Я, знаете ли, холостяк”. Неужели Дар не женат? Или — развёлся? Вот это новость! Махнув рукой в сторону комнаты, я пошла на кухню, а вдогонку себе услышала:
— Если можно, чёрный чай? Я не большой любитель кофе.
— Конечно-конечно, — я закивала головой, как китайский болванчик. Пожалуй, если бы в эту минуту мне подсунули какую-нибудь левую бумагу на подпись, я подписала бы её, не глядя. Мои руки на автопилоте заваривали чай, готовили угощение, а ноги в это же самое время плясали ламбаду. Кое-как я успокоилась.
Приготовив чай, я понесла поднос в комнату. Захожу, а Сафаров, сидя на диване, чинит конструктор Оса, который сломался по вине учителя музыки. Я чуть не выронила поднос. Ведь в этот момент я вдруг увидела в нём отца, которого мои дети были лишены от самого своего рождения. Дар поднял голову и с улыбкой спросил:
— Надо же, у вас, оказывается, дети, фрау Вебер? — и, кивнув на рыцаря, уточнил: Мальчик?
— Да, — я еле выдавила из себя это короткое слово. А у самой кровь бросилась в голову. К счастью, Дар был так увлечён ремонтом, что ничего не заметил. Только сказал:
— А по вас не подумаешь. Вы очень молодо выглядите, фрау Вебер.
Опасаясь, что голос меня выдаст, я промолчала. За чаем Дар предложил мне поужинать в ресторане, но я отказалась, сославшись на усталость. Идею Сафарова поменять мои очки на мягкие линзы я тоже отвергла. Почему-то я чувствовала себя, как зомби. А после ухода Эльдара на меня напал истерический смех. Уже почти шесть лет я живу в Германии, и до сих пор не замечала никаких поползновений со стороны сильного пола. И получается: то не было ни одного ухажёра, то — сразу двое. Анекдот, да и только!
Вечер перестаёт быть томным
Выйдя из квартиры фрау Вебер, Сафаров столкнулся с некоей женщиной, которая в это же время поднималась по лестнице с пакетами в руках и с кем-то громко разговаривала по телефону. Что удивило Дара, женщина говорила по-русски. Конечно, Франкфурт — город многонациональный, но нельзя сказать, что русская речь здесь звучит на каждом углу.
— Да я уже звонила недавно Марте, но она не ответила. Хорошо, Ольга Петровна, сейчас я зайду домой и ещё раз позвоню.
Увидев Сафарова, женщина ему улыбнулась и поздоровалась. Но тут же повторила своё приветствие на немецком. Видимо, она приняла его за турка. Эльдар ответил ей по-немецки. Пропустив женщину вперёд и пряча улыбку, Дар стал спускаться вниз. Это было довольно забавно, когда соотечественники, пусть и бывшие, принимали его за иностранца. Он всегда им охотно подыгрывал. Тем временем до Сафарова донеслась очередная фраза:
— Конечно, нужно предупредить Марту, что завтра отключат воду. А то, как она искупает детей? Им ведь в понедельник в детсад. Да не переживайте вы так, Ольга Петровна! Вы бы хоть в гостях не думали о жильцах нашего подъезда. Я всё держу на контроле, пока вас нет.