"Фантастика 2023-163". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Стало быть, вы знаете хотя бы одно слабое место этого монстра и со временем сможете охотиться на него? — догадался император.
— Все верно, но пока я не придумал ловушки, которая гарантирует стопроцентную защиту охотнику от богомола. Поскольку, если богомол в нее не попадет, искателя можно будет даже не искать.
— Если представить, что вы придумаете такую ловушку, то, что вы планируете делать с трофеями от измененных богомолов? — поинтересовался первый советник императора.
  
Глава 9
 
Российская империя. Город Москва. Центральный полигон.
— Если сойдемся в цене, то стану продавать их Виктору Валентиновичу и Борису Григорьевичу. Хотя цена, которую они предложили мне за этого богомола меня вполне устроила.
— Это она была такой, потому что мы не знали, что именно попало нам в руки. За следующего богомола она будет куда выше, — пообещал Борис Григорьевич.
— Господа, я первый к вам в очередь на оружие и броню! После императора, разумеется.
— Принято, — ответил бронник, и тут началась запись на приобретение доспехов из неубитого медведя. Вернее, богомола.
— Ваше императорское величество, может столь ценного искателя, стоит приберечь и не отправлять на войну? Он должен отслужить в армии, вот пусть и отслужит. Только в обычной, где-нибудь в Подмосковье, а то и вовсе в кремлевских войсках, — предложил первый советник.
— Что скажешь? — повернулся ко мне Николай Львович.
— Скажу, что не вариант. Мне нужно стать сильнее. Я же не простым искателем собираюсь оставаться, а основать свой род. А без службы в горячих точках этого не сделать. Так, что мне однозначно дорога на войну. Вот только ждать еще полгода не хочется, вы не могли бы после межакадемических состязаний отправить меня на войну с Австрией? Ну, не зря же я их так качественно выбесил, в конце концов. Недельку на сборы и прощания мне вполне хватит.
Все внимательно уставились на меня и спустя несколько секунд, император задал вопрос:
— А ты уверен, что выживешь?
— Нет, конечно, но если не стану сильнее, то не факт, что смогу охотится на богомолов.
Тут я, конечно, слукавил. Богомола я уже сейчас вальну без проблем, а может и кого посильнее, но, что-то мне не нравится их настрой не пускать меня на войну.
— Хорошо. Будь по твоему. Но тебе еще предстоит выиграть дуэль, помнишь? Этот бретёр нечист на руку, но его никак не удается поймать. Он пользуется чем-то запрещенным, но чем мы не знаем.
— И осторожней используй оружие. Не бей в жизненно важные точки. Иначе убьешь, а дуэль с представителем посольства, его императорское величество может разрешить только до первой крови, — предостерег меня Борис Григорьевич.
— Спасибо, что подсказали. Кстати, кто еще не сделал ставки на состязание по боевому многоборью, рекомендую сделать их до того, как начнется дуэль. Ставьте на победу запасной команды Санкт-Петербургской академии, а в турнире на меня.
Все сделали вид, что пропустили мою подсказку мимо ушей, но, как только я подошел к двери, потянулись за телефонами и начали набирать какой-то текст в сообщениях.
— Срочно вывозите наше посольство из Австрии. Сдается мне, этот парень наделает шуму с этой дуэлью, — приказал император первому советнику.
— Как прикажете, ваше императорское величество, — ответил тот.
Когда я вернулся на полигон, Мартин все еще ждал меня. А куда ему деваться?
Вот только, что он, что зрители рассматривали меня с особым интересом.
— Это тебе не поможет, мелкий выродок! — прошептал австриец, намекая на мою новую броню и оружие.
— Угу, — согласился я.
— За время пока я разговаривал со своим подданным, желание примириться не появилось? — заговорил император.
— Нет! — ответили мы в голос.
— С учетом того, что в дуэли участвует сотрудник австрийского посольства, разрешаю дуэль только до первой крови, — произнес император, и щиты на его ложе сомкнулись. А после сомкнулись щиты и над полигоном.
— Начали! — прозвучала команда судьи, и Мартин вспыхнул истинным пламенем. Везет мне на огневиков. Считается, что для антимага самыми опасными являются именно маги огня, поскольку они нагревают все, чего касается их пламя. Но я-то не антимаг. Я выкачиваю энергию из всего, что ее имеет, и тем самым охлаждаю и воздух, и все остальное. И разумеется австриец этого не знал, поэтому его злость и раздражение, которое он ко мне испытывал, выплеснулись в невероятных размеров огненную бурю. А мне только того и надо было, чтобы нас скрыло от посторонних глаз.
 
Я неторопливо двинулся в его сторону, а он решил дополнительно обдать меня струями пламени с двух рук. Песок под ногами раскалился, но остывал еще до того, как я на него наступал и именно в тех местах, куда я наступал. Хотя, наверное, моя новая обувь вполне себе может выдержать такую температуру и не обжечь меня.
— Не устал? — поинтересовался я, медленно подходя к нему. — Ты реально настолько туп, что не понимаешь чье пламя жарче, твое или Фроловых? Или ты из тех, кто верит, что мы с ней любовники исключительно для поднятия моего статуса, а по ночам она просто подрабатывает факелом, чтобы укрепить мою репутацию?
— Кто ты такой?! — вдруг решился заговорить Мартин.
— Я — антимаг! Тот, которого боятся и уважают маги. И ты, мразота, сегодня ответишь за свои слова.
Я рванул к нему, когда между нами оставалось всего метров пять, и ударил его с такой силой, что австрийца подкинуло и приложило об купол.
Воздух из его легких выбило и сломало ему несколько костей. Для зрителей он вылетел из своего же пламени и сейчас лежал на песке, и тщетно пытался вдохнуть. Крови снаружи у него не было, а вот внутреннее кровотечение открылось. Только совсем небольшое.
Я подошел к нему, когда он пытался встать на ноги. Я держал свои руки за спиной, а оружие даже и не думал доставать. Удар ногой и мой противник снова отправляется в полет через всю ширину полигона и снова ударяется о купол, и снова треск костей, и нет крови.
Теперь маг уже не пытается встать он орет от боли, поскольку терпеть уже больше не может. Он с ужасом наблюдает за тем, как я не торопясь подхожу к нему, и от безысходности начинает швырять в меня огнешары, огненные струи и тому подобные заклинания, но мне это никак не вредило, наоборот, я подзаряжался энергией.
И вот я снова подхожу к нему и громко, так, чтобы слышали все зрители, говорю:
— Ты назвал антимага отщепенцем!
Я топнул ногой по его голени. Хруст костей, без внешнего кровотечения и крик Мартина.
— Каково это понять что твоя сила, которой ты так гордишься, не действует на того, кого ты считаешь ниже себя в цепочке эволюции?!
Я топнул по второй голени. Снова треск, и снова крик.
— Ты посмел не просто подумать, а высказать вслух, что антимаги люди низшего сорта!
Хруст и левое предплечье тоже сломано, а Мартин уже кричит не останавливаясь.
— И если я отщепенец и недочеловек, тогда кто ты, если я тебя преспокойно ломаю, а ты даже сделать ничего не можешь, только орешь?!
Видимо мои последние слова его задели, он сунул правую руку за пазуху и достал оттуда авторучку. С виду обыкновенную, но мое чувство опасности взвыло, и я тут же сломал ему правое плечо, отчего рука безвольно упала, выронив артефакт.
— Прекратить бой! — раздался голос судьи, и я больше не стал ломать своего противника, но не отошел от него ни на шаг. Купол полигона отключили, и к нам направился судья в сопровождении нескольких человек в форме какой-то спецслужбы.
Первым делом эти несколько человек взяли ручку и осмотрели ее. Затем они приложили ее к коже Мартина и в глазах у того зародился страх, а я снова ощутил сильнейшее чувство опасности. Ручку тут же убрали в какой-то контейнер и запечатали его. Затем один из тех, что пришел с судьей, усилил свой голос магией и произнес:
— Господин посол Лукас Штайнер, господин Якоб Шмидт и господин Мартин Мозер, вы обвиняетесь в покушении на жизнь императора Российской империи, поскольку господин Мартин Мозер пытался использовать этот артефакт в присутствии его императорского величества. Так же, вы обвиняетесь в хранении, транспортировке и использовании запрещенного артефакта «Ловушка душ». Увести их.