Дракула, где домашка? 3 (СИ)
Тут же бросаюсь вперед, вырубаю одного гада с ноги. Второго завораживаю магией, делая своим верным рабом. А дальше уже дело техники.
Из кустов начинают стрелять, но я быстро отскакиваю, не позволяя врагам попасть. Раб начинает палить по своим. Вскоре, мы раним или убиваем всех, кто здесь есть. Благо, охранников мало. Еще человека три-четыре не больше.
Когда все, наконец, затихает, ставлю раба перед собой и начинаю вести допрос.
— Кого вы тут охраняете? Отвечай! — говорю, с применением магии.
— Узник, важный узник у нас, — отвечает, смотря в одну точку.
— Какой узник, кто он? Почему такая конспирация? — продолжаю задавать вопросы.
— Потому что… Не могу. Не могу дать информацию, — сопротивляется из последних сил.
— Хмм, не можешь сказать правду своему господину? Тогда тебя сожгут на костре, как еретика. А перед этим проткнут тело тысячей ржавых пик!
— Нет, не надо… Я умоляю…
— Не надо? Тогда говори, все как есть, верный раб. Иначе твой господин начнет гневаться!
* * *Тем временем, на базе ЧВК Варгин было более чем многолюдно. Все, кто был на второстепенных постах, снялись с позиций с разрешения главного командира.
Толпа оккупировала главную площадь гарнизона. Мужики гудели, кричали, матерились, а изредка даже стреляли в воздух.
Впереди была наскоро собранная сцена, где творилось отличное представление. Нет, не танец девочек с голыми сиськами и не выступление известной Звезды. Все гораздо лучше и ужаснее одновременно.
У микрофона сверкал лысиной господин Варгин, который в своей манере прояснял ситуацию.
— Короче! Да тихо вы, охламоны упоротые! Вы не на свадьбе у своей жены «горько» орете. Заткнулись все живо, скоты! — орал он.
Когда толпа малость притихла, Андрей Георгич поправил форму, и стал говорить поспокойнее.
— Всем известно, что в последнее время наши старшие «друзья» из имперского корпуса решили нас малость кинуть. То зарядов нам не дадут, то информацией не поделятся. А сейчас, так вообще, шмаляют по нашим бойцам и отжимают участки. Так еще сталкивают лбами со всякими другими… товарищами. Как считаете, парни, это ровное поведение или зашквар? — чеканил он в микрофон.
— Беспредел!
— Георгич, гаси их, скотов!
— Охренели имперцы засратые… — в бешенстве орали разгоряченные мужики.
— Вот! Правильный ответ. Я про тоже, — скупо улыбнулся Варгин. — А что делать с тем, кто все это устроил?
Сначала небольшая пауза, наемники вроде как призадумались. Затем град чудовищных воплей, похожих на звериные крики:
— Валить его козла прямо на месте!
— В портал закинуть к этим сукам зубастым!
— Говном накормить и на вилы…
— Хорошие предложения, пацаны! — оценил Георгич и ухмыльнулся. — А что вы скажете мне, если я покажу этого сосуна. Приведу того, кто нас кинул. Кто приказы отдавал своим шавкам, чтоб они наших гасили???
Толпа взорвалась овациями. Наемники чуть не сошли с ума от возбуждения. Оцеплению пришлось постараться, чтоб безумные мужики не полезли на сцену.
— Ну вот… Тихо, тихо, — снисходительно произнес Варгин. — Короче, встречаем, братва! Ублюдок и мамкин недоносок, вафельный петушок… Ссыкливая шавка, которую мы вчера захватили. Третий заместитель министерства обороны Российской Империи! Еще вчера жрал коньяк в дорогом кабинете на окраине города. Три кольца охраны его стерегли. Но наших парней это не тормознуло. Пробрались и взяли тепленьким недоделка. А ну, ведите его сюда, прям на сцену, — орал Георгич, махая руками.
Толпа вдруг внезапно затихла. Два хорошо экипированных амбала вытащили суховатого мужика лет пятидесяти с бегающими глазками и острым подбородком. Он был одет в дорогой бирюзовый китель, который был немного разорван. В глаза бросались следы от наград, которые вырвали с корнем.
Чиновника вытащили на середину сцены. Он бегло озирался по сторонам и трясся всем телом. Кто-то вскинул оружие, чтоб его пристрелить. Личной охране Варгина пришлось задержать особенно буйных солдат, которые хотели преждевременной расправы.
— Спокойно, всем спокойно, пока что. Сейчас мы проведем публичный допрос этого говноеда! — прокричал Георгич, и призыв одобрительно встретили остальные.
— Так, смотри, недоумок. Ты зачем приказывал своим шавкам наших пацанов убивать? — тут же спросил глава ЧВК и дал микрофон чиновнику.
— Что? Нет, я не делал. Просто никто не знал. Мы не знали, что там ваши военнослужащие, — сбивчиво протараторил мужик, не зная куда деваться.
— А проверить информацию и все узнать, не судьба? — тут же спросил Варгин, и толпа взорвалась криками негодования.
— Мы проверяли! Все не так просто!
— Не просто — штаны через голову одевать. А ты… наших парней погубил и ЧВК Варгин подставил!
— Ушлепок поганый! — крикнули из толпы.
— Твоя мамка — портовая шлюха…
— Хватит! Прекратите орать. Вы нарушили много статей Уголовного кодекса и Воинского устава. Вам предстоит отвечать. Это большие срока. Император этого так не оставит, — срываясь на визг, закричал чиновник.
Из толпы послышался громкий смех. Глава ЧВК отвесил дядьке затрещину и спокойно сказал:
— Не кудахтай. Мы-то может свое и получим. Отправимся в ад и станем там лучшими. А вот ты… Ты будешь подыхать медленно, как помойная крыса.
— Что? Нет, так нельзя! Вы не посмеете. Я представитель самого Императора!
— Сейчас ты будешь представителем петухов!
— Аха-ха, мужики, гасите его уже нахер!
— Вот, видишь, императорский представитель, — с издевкой сказала Георгич. — Мужики твоей крови хотят. Не особо ты их убедил. И что делать?
— Отпустите меня! Вас помилуют. Не совершайте ошибку! — истерично завизжал тот.
— Чего-чего? Хочешь, чтоб тебя опустили? Ну в этом наши планы сошлись. Так я говорю, пацаны?
— Та-а-ак! Да!!! Ууу… — резко взорвалась толпа.
Варгин понял, что болтать дальше глупо. Публичный допрос не заладился. Значит можно перейти к другой части «веселого праздника», которая будет куда интереснее.
Конечно, чиновник прав. После расправы над ним ЧВК будет полностью уничтожена. Варгину придется бежать или сесть на пожизненное. Но другого варианта здесь нет. Судя по действиям власти, все и так шло к закату.
Лучше закончить красиво, чем «случайно» умереть в своей кровати или выпасть из окна родового дворца.
* * *Марина сидела в сыром подвале на деревянных нарах и смотрела в маленькое решетчатое окно, где шел мелкий противный дождь. Да, условия ее содержания изменились, причем не в лучшую сторону.
Хотя, ей это даже нравилось. Теперь хоть не мучает совесть, да и сама она не считает себя продажной девкой, которая повелась на богатство.
Теперь все по классике жанра: сумасшедший маньяк запер даму в подвале и угрожает ей смертью. Точнее, не угрожает, но хорошего всего равно маловато.
Молодая женщина прокручивала в голове события того дня. Вспоминала, как подманила слугу с подносом еды, кося под полную дуру. Потом ударила его, выбив еду, рванулась к двери и покинула комнату.
Конечно, дом был полон охраны. Тягаться с вооруженными мужиками было бы глупо. Но жирную служанку она крепко огрела подносом, что уже хорошо. Плюс смогла пробраться на первый этаж, где ее и скрутили.
Глупо, прям как в дешевом кино или хуже. Сама бы смеялась над этим, будучи простым зрителем. Но в жизни все немного серьезней. Она совершила кучу ошибок, усугубив свою ситуацию.
После неудачной попытки был долгий разговор с Ветровым. Он сокрушался и чуть не плакал, говоря, что гостья его не ценит. Мол, она оскорбила его светлые чувства и плюнула в душу. А значит, должна понести наказание. Как-то так.
Дальше уже дело техники, и вот вместо дорого гостиничного номера она в одиночной камере. Это плохо. Зато больше никаких иллюзий, что уже радует.
Девушка смотрела на дождь и думала о своем. Она будто бы впала в транс. Настолько, что не услышала, как вошел Ветров и встал у самой двери.