Реки крови (СИ)
— Правда из Тора, — Ламия подняла руки развернув их ладонями к собеседнице, — Но это сейчас, а так из Элура. Король вампиров Александр послал в Тор серебро, чтобы купить для нас продовольствие и кое-что еще, — загадочно улыбнулась архимаг, подстегивая естественное женское любопытство подруги.
— Я не видела у каравана охраны, он не мог везти ничего ценного или интересного, — Роксолана сделала последнюю попытку сохранить право на свою грусть и все-таки остаться в комнате.
— Охрана не стала заходить в город, они остались в главном армейском лагере.
— И все равно, пока не скажешь, что привез караван, я никуда не пойду, — уже чисто из вредно и желания быть правой заявила Роксолана.
— Выпороть бы тебя… Ладно-ладно. В караване бочки с живыми мальками рыбы и кое-что еще.
Борьба с нехваткой продовольствия и голодом вызвала в столице, стоящей на берегах реки, небывалый подъем рыболовства, который в итоге привел к тому, что в реке вообще не осталось ничего живого. Да иначе и быть не могло, ведь ловили рыбу не сетями и удочками, а вполне себе магией. И вот вместо ожидания пока река вновь наполниться рыбой, спустившейся от истока или же поднявшейся от устья, Ламия решила взять дело в свои руки и выпустить в воды реки заранее привезенных мальков. Причем, раз этих мальков тащили аж из Тора, рыбка была какая-то необычная.
— Зачем мне смотреть на рыбу?
— А про «кое-что еще» забыла?
— Говори уже, — в раздражении бросила Роксолана.
— Злюка! Элурцы привезли нам из Тора жидкой еды.
— Ее же не продают! — удивилась архимаг, — Да и запрещено вывозить за пределы Тора…
— Элурцы вывезли, — кокетливо произнесла Ламия, — Так все еще не желаешь оторвать свою задницу от стула и посмотреть на диковинку о которой раньше только слышала?
Жидкая еда была уникальной разработкой алхимиков Тора. Тайная смесь из спирта, желчи одной рыбы и чего-то еще, до сих пор неизвестного шпионам, была уникальным составом, сто грамм которого полностью насыщали взрослого мужчину. Таким образом три маленьких порции заменяли дневной рацион. В условиях северных провинций Тора вещь практически незаменимая. И уникальная, так как делиться своей разработкой алхимики соседей отказались.
— На жидкую еду посмотрю, — сдалась Роксолана, но тут же набросилась на Ламию с другим вопросом, — Не боишься такой караван по улицам водить? Узнают и никакая охрана не поможет.
— Мы контролируем столицу. Полностью. А у измученных голодом жителей нет сил на подобное.
— Ты же знаешь, что я не верю в наш контроль над столицей. Это лишь уловка врага.
— Если это и уловка, то она ужасно затянулась. Последний отряд противника в окрестностях столицы видели больше недели назад. Это мы еще как-то держимся на поставках из Элура, а у врага таких союзников нет. Солдаты же кушать хотят не меньше наших. Так что, они ушли туда, где еще осталось продовольствие, и столица полностью наша. Можем делать что хотим. Хочешь, объявим тебя королевой?
— Аж жить не могу без этого! — огрызнулась продолжающая пребывать в плохом настроении Роксолана, но тут же взяла себя в руки, — А с чего это элурские вампиры проявили о нас такую заботу, что аж жидкую еду из Тора выбили? Не слишком ли это щедро для простого выполнения союзнического долга?
— Я же говорила, вампиры мои давние союзники. Они и раньше исполняли все взятые на себя обязательства, а теперь, после объявления Светлого похода, у них стало ровно в два раза больше причин помогать мне взять власть в Валерии.
— Но…
— А еще они умеют убивать магов, и что важнее, архимагов, всего одним выстрелом. Весомый довод, чтобы и мы были их верными союзниками?
— Весомый, — согласилась Роксолана, выходя из комнаты, все же жидкая еда действительно стоила того, чтобы на нее посмотреть, пощупать и даже попробовать, — Только чем мы расплачиваться будем?
— Да хоть пленными! — отмахнулась от вопроса Ламия, — От крови ни один вампир не откажется. Или вон картинки похабные делать, да продавать будем. Главное победить, а уж что за это отдать, мы найдем.
— Согласна.
— И насчет победить. Глава каравана сообщил, что из Тора в нашу сторону выдвигается новый большой караван, и на этот раз кроме обычных припасов гонят еще и овец с козами. Очень много. Потребности армии будут закрыты на месяц.
— Намекаешь на генеральное сражение?
— Прямо говорю. Такой шанс упустить нельзя.
— Согласна.
— Тогда начинай подготовку. Как придет караван, наша армия должна быть готова выдвинуться на запад.
— Сделаю… И еще, — Роксолана замялась, — Если уж элурские вампиры так опасны для нас… Нет, я понимаю, что ныне они союзники, но… давай дадим больше свободы ликанам?
— А что? — Ламия задумалась, — Это хороший способ привлечь этих животных на нашу сторону! Если ликане будут воевать за нас добровольно, победа нам гарантирована.
— В нашей победе я не сомневаюсь, а вот вампиры… Согласна дать ликанам хоть полную свободу, если они будут защищать нас от вампиров. А что животные… Лошади тоже животные, но мы же их терпим.
*****
— Вино с пряностями, ваше императорское величество.
— Наконец-то! Мне почти пришлось ждать.
— Виноват, ваше императорское величество.
— Ладно, прощаю. Этот в приемной?
— Его императорское высочество, наследник престола, ожидает аудиенции вашего императорского величества.
— Зови.
— Будет исполнено, ваше императорское величество.
К великому неудовольствию императора в открывшуюся дверь зашел не его старший отпрыск, а секретарь который пожелал убедиться, что слуга передал указание владыки верно. Раздраженно повторив приказ, император залпом осушил принесенный слугой кубок и тут же яростно зазвонил в колокольчик, приказывая слуге вернуться в кабинет.
Зашедший наследник сначала с удивление посмотрел на отца, затем в его глазах зажегся огонек понимания ситуации и быстро перерос в некое злорадное удовлетворение, которое тут же было скрыто за маской безразличия и скуки.
— Рад приветствовать, ваше…
— Садись! Раздражаешь, — император поморщился и заорал в сторону двери, — Неси еще вина, бездельник!
Подождав, пока расторопный и услужливый лакей поставит на стол перед императором новый кубок с вином, заодно убрав старый и убравшись сам, принц посмотрел на отца.
— Церковники готовы высадить войска в Сахии…
— Позлить меня пришел?
— Нет, государь, но в вашей власти запретить это.
— Все в моей власти, даже твоя кровь принадлежит мне, — император с превосходством и некоторой долей надменности направил свой взор прямо в глаза принца, — Но почему-то это тебя не пугает. Видимо, участь сестры ты уже забыл.
— Я всегда выполнял все ваши указания, ваше императорское величество, меня ни в чем нельзя упрекнуть.
— Нельзя упрекнуть? — рассмеялся император, — А кто у нас зачастил в общество Голубей? А? Задницы простолюдинов понравились? Или ты думал, что мне не доложат?
— Я…
— Рот закрой, я не договорил. Или может быть ты решил, что если Голуби помогли мне избавиться от твоей сестры, так они помогут и тебе избавиться от меня?
— Ваше императорское величество, я совершенно не понимаю о чем вы говорите, — на лбу принца выступило несколько отчетливых капель пота, — Я верен вам, государь. А если мои недоброжелатели сообщили вам иное, так то пустой донос, ваше императорское величество, и не более. Лживая хула.
— Но этого лживого доноса ты испугался, — удовлетворенно произнес император наблюдая за сыном, — Ножки трясутся, ручки вспотели, глазки бегают. Еще не обосрался?
— Отец я…
— Говори уже зачем пришел и убирайся. Раздражаешь.
— Я немедленно прекращу любые контакты…
— Конечно прекратишь, — оскалился император, — Ведь все в моей власти. Но я так и не услышал ответа на мой вопрос. Зачем ты пришел… сын?
— Я… Я… Я…
— Думал вызвать мой гнев в сторону Светлой Церкви, которая ныне озабочена лишь вампирами и совершенно не желает ничего слышать о драконидах и угрозе от этих ящериц. И на поганую Сахию у них войска есть, а на юг отправить они никого не могут, — император властно взял бокал в руки, но в этот раз глоток вина был совсем небольшим, скорее символическим, только чтобы сделать паузу в речи, — И я зол. Очень зол. Но я держу себя в руках, ведь Светлая Церковь это половина нашего государственного бюджета. Поссорься я с Наместником и у нас были бы проблемы с деньгами. Ты этого желал?