Lvl 1: Благодарные Мертвецы (СИ)

Рома начал бубнить что-то из Оксимирона, я попытался влезть в это с гитарой. Не прошло и минуты, как нам обоим стало грустно и неудобно, как будто нас заставили трахаться на сорокаградусном морозе перед женским монастырём. И мы перестали.
— Надо выпить, — решил я.
— Надо, — поддержал инициативу Рома.
Я достал из инвентаря припрятанную бутылку крепкого, и мы дружно хапнули по стопарю.
— А чё б тебе не зачитать рэпняк? — тут же сгенерировал идею Рома.
— Это на говно поделит всю мою репутацию.
— Почему? Наоборот. Если выступим.
Я задумчиво на него посмотрел. Занятный. «Репутация» для него уже — исключительно игровой термин. А как я пацанам в глаза посмотрю?!
Но каким пацанам, в какие глаза?.. Те, с кем я играл, клали прибор на то, что мы делали. Они брали деньги и терпели мои выкрутасы, вот и всё. Даже если я тут дрессировщиком баклажанов заделаюсь, они только плечами пожмут. Это во-первых. А во-вторых, где и как мы с ними увидимся? «На том свете»? Да у нас уже по определению «светы» разные. Вряд ли кто-то их будет оцифровывать. Да и слава богу.
Хотя, если вспомнить ту девчонку, из второго состава, с которой мы вдвоём отчебучивали... Ох и жаркая была! Даже имя её запомнил — Рита. Помнится, тогда, после бульдозера, я с ней жёстко порвал. И только после смерти жалеть начал. Но не до такой же степени, чтобы пойти брата просить возлюбленную оцифровать. Да и как «оцифровать»? Ждать, пока она состарится и своей смертью умрёт? Или с оцифратором за ней бегать, пока она где-то от передоза не скопытится? Не, бред, бред, пурга, отставить, куда это меня понесло? А, во, Рома чего-то говорит.
— ...это ж просто, чё ты. Вон у тебя голосина какой, я аж обсираюсь.
Бляха-муха... Я — рэп?! Ладно, мёртвые сраму не имут.
— Чё делать-то надо? — проворчал я, убрав гитару в инвентарь — ясно, что пока не понадобится. Пока я брату дроздюлей не выпишу, чтоб музыкальный магазин в городе открыл. Я тут уже год сижу, а он, падла, не чешется.
— Главное — тон, — оживился Рома. — Давай порепетируем. Нужно так, с напрягом, понимаешь? Ну, прикинь, как ты лоха прессуешь на улице?
— Слышь, ты, сука! — рявкнул я.
Рома вздрогнул и почему-то побледнел.
Харизма: +1
— Н-не так жёстко, — промямлил Рома. — Давай... Ну, давай, как будто ты у своего кента бухой на дискаче сигу просишь.
— Слышь, ты, сука!!! — с готовностью изобразил я.
Харизма: +2
Рома, охерев, попятился. А поскольку репетиция проходила в моей комнате, места пятиться было немного. Под колени ему ткнулась кровать, на неё Ромыч, вскрикнув, и повалился. А с кровати что-то, заорав, подпрыгнуло.
— Б***ь! — внёс и я лепту в общее дело. — Сандра! Ты какого хрена тут делаешь?
— В смысле? — аж привзвизгнула Сандра, прикрывая грудь простынёй. — Ты ушёл за чаем примерно миллион лет назад! Я ждала, ждала и уснула! А этот лузер что тут делает?!
— Здравствуйте, — пробормотал Рома, осторожно выбираясь из постели.
— Слышь, это член моей группы, — сказал я. — И ты будешь говорить о нём с уважением.
— Угу, о мёртвых либо уважительно, либо никак, — фыркнула Сандра. — А вы в курсе, что группу меньше, чем из трёх человек, зарегистрировать нельзя? Два е***на.
Я не был в курсе, что группу в принципе нужно где-то регистрировать. Это, похоже, отразилось у меня на лице. Сандра, вдохновившись, продолжила рвать покровы и ломать идиллию:
— А, прости, я вижу, вас трое членов. Какого хрена ты голый, Мёрдок? Это часть твоего сценического образа? Боюсь, Система не даст тебе так выступать, тут же дети.
— В смысле?! — Я наклонил голову и посмотрел на третьего члена группы. — А... Я забыл.
После Сандриного «Как в первого раза» я и вправду чего-то в облаках витал. Как из постели выбрался, так и пошёл за чаем. И за Ромой. А, вот чего он от меня шарахался поначалу. Размечтался!
Я мысленно обратился к инвентарю, нашёл там свой стандартный шмот и накинул. Ну вот, точно, как чувствовал, что чего-то не хватает.
— На, заткнись, — протянул я Сандре бутылку. — Тишина в студии. Ромыч, чё ты там говорил? Давай, жги дальше.
 
— Да надо текст, надо что-то родить, — задумался Рома, будто тут же забывший о Сандре, которая флегматично попивала из бутылки. — Давай, зачитай что-нибудь простенькое.
— В смысле, «зачитай»? — изумился я. — Ты напиши слова.
— Да чё там писать? Это ж рэпняк. Импровизируй!
«Как ты сегодня на сцене?» — чуть не спросил я, но сдержался. Нельзя, этот парень мне ещё живым нужен.
— Рэп — это ваще просто, — махнул он рукой. — Просто берёшь и лепишь, о чём хочешь. Во, зырь!
Рома поднёс микрофон ко рту и начал:
— Оторванный хрен на земле валяется,
Оторванный хрен — вместе с яйцами!
Кто мог такое сотворить с пацаном,
Которого мы уважали всем двором.
Кто мог оторвать ему хрен вместе с яйцами?
Наверно, его девка, у ней менструация.
Все девки — суки, это всем пацанам известно,
Их надо жестоко лупить повсеместно,
Чтоб место своё знали, чёртовы куклы,
Чтоб у пацанов не отрывали залупы!
Рома, тяжело дыша, безумными глазами посмотрел на меня. Я стоял с отвисшей челюстью и внимал.
— И тут, короче, — сказал Рома. — Короче... Тут такая девчонка вступает. Мелодично так: «А-а-а-аторванный хрееееен!». И ты такой, рэпом: «На земле валяется, прямо на земле». И она такая: «Длиииииной до колеееееен!». И ты такой: «Кто такое сделал с пацаном? Кто, почему и за что?!».
— Е-**-нуть-ся, — по слогам произнесла Сандра. — Пойду-ка я отсюда.
Ей-то хорошо, она могла уйти. А куда я мог деться от творческого коллектива, который сам же и создал? Наверное, что-то такое испытывал добрый доктор Франкенштейн, увидев, как собранный из гниющего говна монстр начинает подавать признаки жизни.
 TRACK_11 
В храме на этот раз было людно. Какой-то упырь в шляпе сидел в первом ряду и как будто бы спал. Очередную непись прописали? Заняться людям нечем...
Я оттолкнул с дороги священника, который бурлил что-то про исповедь, и почти подошёл к алтарю, как меня окликнули:
— Эй, ты. Да, ты. Нехорошо так себя вести в храме.
Я медленно повернулся. Упырь в шляпе сидел в прежней позе, сунув руки в карманы. Шляпа. Патронташ. Шейный платок. Кобура с револьвером. Я что, до сих пор бухой?
— Ты что-то сказал, братуха? — переспросил я.
Над его башкой появилась информация: EastWood, 1 уровень.
Первый уровень?! И он залупается на меня, с моим-то четвёртым?! Не, вопрос, конечно, спорный. Ведь я себе уровень поднимал по музыкалке. Но всё же, у меня на спине не написано, что я музыкант.
— Попроси прощения у падре, — сказал Иствуд.
— Это непись, е**лай. Если я вдруг спьяну и попрошу у него прощения, он этого даже не поймёт.
— Ну, тебе придётся постараться. Ради меня.
Правая рука Иствуда покинула карман и напряглась возле кобуры. Приплыли, блин. Маразм крепчал, деревья гнулись.
— Даже не буду спрашивать, сколько тебе лет, — вздохнул я.
Ковбой резко выдернул револьвер из кобуры. Но достать арбалет из инвентаря было гораздо быстрее. Я спустил тетиву, и стрела влетела полудурку в глаз. На миг мелькнула кроваво-красная полоска и исчезла. One shoot, как говорится. Ну а куда ж ты, с голой пяткой, против русской шашки? Первый уровень, брони нет никакой. Результат был немного предсказуем.
Штраф за убийство в городе: 50 золотых
Опыт: +30
Убийца: +1
Когда тело исчезло, сзади послышался грустный хмык. Я обернулся. Над алтарём висела печальная рожа моего брата.
— Вы там чего, все строем долбанулись? — полюбопытствовал я.
— Не всем нравится Средневековье, — сказала голова. — Разрабатываем квесты в стиле Дикого Запада. Город пока один на всех, но со временем...