Lvl 1: Благодарные Мертвецы (СИ)

— Навык появился?
— Какой ещё навык? — вздохнул Иствуд.
— «Бас-гитарист», или как там.
Я посмотрел в интерфейсе дерево навыков и кивнул:
— Ага, Бас-гитарист. Ветка навыков, прошу прощения за неточный термин.
— Нет, ничего у меня не разблокировалось. Зато скоро, чувствую, появится шкала «Депрессия».
— Это нормально, добро пожаловать в рок-группу, — сказал я и открыл последний кофр.
Звук, который я издал, был уже вообще ни на что не похож. А когда я вытащил этого красавца наружу, руки у меня тряслись. И всё же я сделал над собой усилие и начал играть.
Бас-гитара не была моей специальностью, но принцип я знал, и уж какие-то простейшие вещи мог изобразить. Для Иствуда, впрочем, эти вещи не были простейшими. Он замер с открытым ртом, глядя на меня, да так и стоял всё время, пока я наяривал. Потом он, как водится, посмотрел на свою гитару и совершенно поник. Ну вот, отлично, уже есть отправная точка, ему уже не насрать. А остальное — с опытом придёт.
Разблокирована ветка навыков Бас-гитарист
— Практикуй, юнга, — посоветовал я. — Ладно, покупаем и пошли отсюда. Барабанная установка у вас, как я понимаю, всего одна, выбирать не из чего?
— Вы совершенно правы, господин музыкант, — поклонился хозяин.
— Окей. Давай, считай. Корпоративную скидку не забудь, мы тут все блатные, других пока не пускают.
— Я не блатной, — опять удивил меня Рома. Ему, по ходу, нравилась установка, он так и сидел за ней, пощёлкивая палочками. — Я в эксперимент попал.
— Куда ты попал? — не понял я.
— Эксперимент. Ну, им же надо откуда-то народ набирать для опытов, пока официально всё не запущено. Вот и шерстят по реанимациям. Мне маманька документы подписала, ей, говорят, заплатили чё-то. Хоть какая-то с меня польза. А ты, Иствуд?
— Я...
— Тебя твоя кукла по блату пристроила?
— Да пошли вы все нахрен! — заорал Иствуд и вылетел прочь из лавки.
Я проводил его взглядом и посмотрел на Рому.
— Всё, хорош его стебать. Считай, вы поквитались.
— Да нифига! — возмутился Рома. — Он-то кукол не трахал и понимает, что мы просто стебёмся. А я — и правда...
— То есть, ты теперь должен до**ываться до него вечно?
— Ну... Типа, я обычно так далеко не заглядываю.
— Ясно, — вздохнул я. — Ладно, сыграемся. Сколько с нас?
 TRACK_26 
— Сандра, — сказал я тем же вечером, — у меня для тебя подарок.
И положил на пол кофр.
— Это ещё что за херня? — Сандра скептически смотрела на кофр.
Я его открыл.
— Вопрос тот же, Мёрдок. Это... скрипка или гитара?
— Это — легендарный скрипичный бас фирмы Хофнер, — сказал я. — Больше чем просто гитара. Это — легенда. Струны натянуты под левую руку. Ты ведь левша.
— Я не музыкант.
— Я знаю. А я — не басист. Быть басистом стрёмно. Тебя никто не замечает, все думают, что ты — лох, которого взяли в группу из жалости. Но каждый, кто хоть немного шарит в теме, понимает, что бас — это сила, это — основа. Бас-гитарист создаёт нечто большее, чем ритм. Он — переходный этап между ритмом и мелодией. Он — тот, кто заставляет толпу прыгать и сходить с ума. Он — невидимый герой... Если он, конечно, настоящий музыкант, а не Иствуд. Я не могу разорваться на части, не могу поставить на своё место Иствуда. Я должен играть на шестиструнке, это — дар и проклятие, это — честь, это — долг. А играть на этом басу мне ещё и не по уровню совершенно. Но если бы у меня был сороковой уровень, если бы я был один в группе, я бы почёл за честь играть на нём. Это — как жизнь, которую я никогда не проживу, как любовь, которая прошла мимо меня. Я дарю его тебе...
— Ясно, — перебила Сандра. — Ты даришь мне самое дорогое, с твоей точки зрения, чтобы помириться. При этом ты прекрасно сознаёшь, что мне эта хреновина нафиг не нужна, но ничего не можешь с собой поделать. Просто принести мне стакан чаю после тяжёлого рабочего дня — ниже твоего достоинства. Так?
— Никакого чая, — подтвердил я. — Бери басуху.
— Ты неисправим, — вздохнула Сандра и переместила бас к себе в инвентарь. — Ладно. Повешу на стенку дома.
 
— Береги его. И приходи на нашу первую репетицию.
— Дай угадаю: ты хочешь полчаса потренькать, а потом на радостях нажраться и потрахаться?
— В целом, да. Придёшь?
— Уговорил.
***
К вечеру я опять был на мели. На полной и абсолютной мели, но меня это, как ни странно, не парило от слова совсем. Крыша над головой есть, бутылка крепкого в инвентаре есть, жрать в этом мире нужно только для восполнения запаса сил, а сил у меня ещё навалом. А кабак к вечеру наполнился людьми, что обещало прибыль, пусть не фантастическую, но вполне пригодную, чтобы свести конец с концом.
А самое главное — у меня была группа, вооружённая не самыми хреновыми инструментами. И пусть уровень этой группы пробивал днище — меня это не расстраивало. Днище я уже пробивал. Хлипкое оно, это днище. Не умеют нынче строить.
Дон взял за мой счёт две кружки пива и угостил меня. Добрая душа, храни его Христос. Мы сели за свободный столик, выпили, помолчали.
— Чё-то вроде народу меньше стало, не? — спросил я.
— Народ в «Бешеный апельсин» тянется, — вяло отозвался Дон. Он после сегодняшних подвигов устал. Надо же! Я, между прочим, тоже вкалывал, как краб на галерее, но бодрячком держусь.
— Это вообще что? — спросил я.
— Мёрдок, вылези уже из кокона.
— Не, нифига, в коконе круто.
— «Бешеный апельсин» — это новый трактир, твой прямой конкурент. Социальный рейтинг выше. Внутри чисто, посетителям гарантируется безопасность, большой выбор напитков и еды, кондиционер, сауна и бассейн для вип-клиентов. В общем, можно культурно отдохнуть, не боясь за свою жизнь. Не все ж в прошлой жизни мечтали оказаться в магическом мире, где каждую секунду могут мечом голову снести.
— Угу, или не мечом, — кивнул я. — Как ты моему басисту.
— Тогда он ещё не был твоим басистом.
— Только поэтому ты до сих пор жив.
Мы посмотрели друг другу в глаза и одновременно заржали. Хороший он парень, этот Дон. Жаль только, не музыкант. Хотя, с другой стороны, не так уж и жаль. С музыкантами я вечно в конце концов ссорюсь наглухо, а с Доном вполне могут быть долгие и стратегически выгодные отношения без пидорства.
— Надо будет заглянуть в этот «Апельсин» с внезапной проверкой, — сказал я. — А то мало ли.
— Сходи, там неплохо, — согласился Дон. — Только за сауну сдерут столько, что глаза на лоб полезут. Кстати, я в таблице кланов видел твою группу — «Благодарные мертвецы». Из чего ты можешь заключить, что появилась таблица кланов. Как будто только тебя и ждали.
— Говори по-русски, — попросил я. — Попроще. Можно даже с матами. Заменяй ими все непонятные для меня слова. Что за таблица кланов?
— У-у-у, Мёрдок... — Дон отодвинул кружку. — В онлайн-играх один много не навоюешь. Поэтому игроки собираются в кланы. У клана, во-первых, свой общий уровень, во-вторых, своя цитадель, ну и один за всех, все за одного. Плюс, никаких проблем в рейд толпой сходить... В общем, плюшек — уйма. Как оказывается, группа — тоже классифицируется как клан...
— Слышь, Дон, — перебил я, — извини за бестактный вопрос, но не удержусь. А тебе сколько лет в реале было? У меня такое чувство, что за полтинник.
Дон помрачнел, но на вопрос ответил. Верный знак того, что у нас с ним за последние сутки установились доверительные отношения.
— Пятьдесят пять. Три недели после юбилея прожил. Если это можно жизнью назвать...
— И что, ты вот до этого самого возраста во всю эту херню играл? — не поверил я. — Серьёзно?! Господи, да х*й дрочить и то интереснее. Разве что если не встаёт уже — ну так подёргать можно, на кулак намотать, я не знаю...
— Да ну, нет, конечно, — усмехнулся Дон, которого пиво и усталость привели в какое-то крайне добродушное состояние. — Пацан мой игрался. А у нас домик маленький, ну, я поневоле слышал всякое. Потому соображал немного, когда оцифровали.