Лучик для Тёмного (СИ)

 — Вы там долго? – материнскому возмущению не было предела. – Космолёт вот–вот отправится!
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Сейчас, — отозвался новоиспечённый Ринго и обречённо уставился на настоящего, болезненно корчащегося на полу.
— Джо немного... не в себе, — пояснил причину задержки. – Перенервничала, — добавил после заминки. — Ты же понимаешь... Она так не хотела...
Мысль улетучилась, слова оборвались...
Новоявленная Джоанна, морщась и чертыхаясь самым грязным образом, подползла на карачках к зеркалу.
— Хаос тебя отымей! – обронила чуть хрипловатым голосом, рукой по зеркалу шваркая, будто так могла себя ощупать. – Я готов!
— Но готов ли мир к тебе? – выдохнула тяжко настоящая Джоанна.
— Джо! – теперь за дверью раздался возмущенный голос Кима. – Милая, тебе очень плохо? – послышались волнительные нотки.
— Мне? – поднялся на ноги Ринго, одёргивая подол платья. Похабненько порадовался наличию сисек, матерно досадовал пропаже мужского хозяйства. – Лучше не бывает, — громко, чтобы «парень» перестал беспокоиться зазря. — Хуже не придумаешь, — тихо и скептически себя изучая.
— Не переусердствуй! – со спины подошла Джоанна, с могучего роста возвышаясь над миниатюрным Ринго в облике сестры.
— А ты поддай жару! – парировал в своей манере.
— Я тебя люблю!
— Я тоже, змейка, — чмокнул в нос, но перед этим встав на цыпочки, а демона за голову притянув к себе. – Люблю... себя!
— Невыносимый, — закатила глаза Джоанна и что-то было нелепое в этом жесте. Бугай демон с девичьими замашками.
— А теперь, прочь! Не мешай развлекаться!  — протаранила новоявленная Джо громилу-братца.
— И неисправим! – покачал он головой.
— А кому это нужно? Я себя устраиваю... Лады, счастливого занудства, гидрочка! – вспомнив, как девицы часто от самолюбования следили за своим внешним видом, смахнул длинные волосы на спину, подхватил сумку и зашагал к выходу.
— Рин, — непривычно слышать сокращённое имя, которое всегда использовала сестра не её голосом. Псевдо-Джоанна недовольно оглянулась, уже держась за дверную ручку, — будь с Кимом нежнее, пожалуйста, очень тебя прошу.
Заявление повергло в искреннее недоумение:
— Нежнее насколько? – прищурилась лже-Джо, — только не говори  — целоваться! – жуткая мысль чуть не ослепила. Ринго ошарашенно проморгался, словно это могло вывести из ступора. — Ты с ним уже того или еще нет? – и тотчас, не дав и рта открыть: — Нет! Не отвечай! – грозным жестом заткнул. — Просто скажи, что нет! О, хаос, — простонал, глядя на смутившегося лже-Ринго, — ни за что и никогда! Потом сама с ним разберешься, а сейчас дай я, наконец, покину женский сортир! – категорично отмахнулся, как отрезал.
***
— Вы почему так долго?! – пыхал от ярости отец, но как демон высокого положения, тушил гнев в себе. Получалось неплохо, если не считать периодически вылетающего дыма изо рта, носа и ушей. Мать закатывала обречённо глаза, и всеми силами пыталась сгладить ситуацию. Рукой разгоняла пар и успокоительным жестом поглаживала мужа по плечу.
Отец с подозрением уставился на Джоанну в теле Ринго, виновато мнущегося за спиной сестры. Мощные брови бати угрожающе съехались к переносице. Ринго уже видел сомнение родителя и желание устроить проверку на оборотность детей. Потому, чтобы предотвратить какие-либо расспросы и убить сомнения на корню, скривил лицо:
— Меня рвало! – а потом, будто ища поддержки и сострадания, бросился к бате на шею: – Папочка мне там будет плохо! Прошу, прошу, — даже шмыгнул носом, как получалось, изображая готовые вот-вот прорваться слёзы, — не отправляй... к этим жутким... извращенцам... туда...
— А ну хватит! – перестал яриться отец, обескураженный реакцией дочери. Неловко приобнял за хрупкие плечи, неумеючи огладил: — Ты взрослая девушка. Понимаешь важность...
— Заканчивается посадка на рейс Ад-Межмирье! – механический женский голос пророкотал на всё здание космопорта. – Просьба всех отправляющихся занять свои места и пристегнуться.
 
— Ну и ладно! – торопливо отлепился Ринго от отца и с непринуждённой улыбкой отмахнулся: — На нет, и суда нет! Я буду очень хорошим... девочкой! – добавил с обворожительной улыбкой и без намёка на слёзы. – Поцелуи пропустим! — отступил от родственников и сестры, закатившей к потолку глаза. — Я же взрослая девочка! – криво усмехнулся, уже всеми помыслами давно в космолете.
— Джо, — Ким подступил, протягивая руки, будто желая заключить в объятия. В глазах демона мелькнуло нечто такое, что жутко испугало Ринго.
— Э-э-э, без телячьих нежностей! – зашипел кронпринц. – Мы с тобой ещё не настолько близки, — пригрозил пальцем опешившему Киму. – Я надеюсь, — тотчас поправил себя. – А если нет, вон, — благосклонно махнул на Джоанну, которая теперь осуждающе мотала головой, всем видом выражая «что ты делаешь?»  – Погорюй о моём отлете с братом. Он знаешь, как по мне скучать будет. Ух, как... Вы споетесь! Всем счастливо оставаться! – небрежно попрощался, купаясь в последних вспышках фотокамер и объективов камер, и перекинув сумку через плечо, размашисто зашагал к работнице космопорта, поглядывающей на наручные часы в ожидании последних минут посадки.
— Привет, красотка, — Ринго протянул билет, который сестра вместе с карточкой-паспортом успела ещё в туалете впихнуть в широкий карман.
Девушка шаблонно улыбнулась, но по мере того, как её нагло и совершенно не невинно разглядывали, начала тушеваться:
— Приятного полёта, — вернула посадочный билет. Теперь улыбка напоминала натянутую струну, а взгляд был затравленным и обескураженным.
— Я, Джоанна, детка, — подмигнул работнице космопорта кронпринц, — но для тебя просто — Ринго...
***
 — Ой, Ромул, дружище! — Ринго хлопнул по плечу своего близкого друга, который на проходной к посадочному карману топтался, да глазами по толпе водил, будто кого-то высматривал.
 — Джо, у тебя все хорошо? – чуть шарахнулся демон, с недоумением уставившись на Ринго.
 — Ромул, Ромул, — вжился в роль кронпринц, решив разыграть друга по полной, — представляешь, мы полетим вместе! И там будем жить вместе!
Вот так! Многозначительно!..
Пусть глаза у другана из орбит вылезут... во-во... вот как сейчас.
— Правда здорово! – не дал и секунды очухаться. — А я тебе нравлюсь? – развязно подмигнул обалдевшему Ромулу.
— Джо, тебе совсем хреново? – проблеял друг. – Брательник твой где? – вновь в толпу уставился. – Вроде приехал, но даже ко мне не подошёл... Попрощаться...
— Ты что, гей?
— Что?
— Ну так и чего с тобой прощаться? Подумаешь, чуть побудете в разлуке...
— Это понятно, просто, друг ведь, — нахмурился Ромул.
— Не кручинься, дружище, — Ринго опять подбадривающе хлопнул друга по мощному плечу. – У тебя буду я!
— Это и пугает... – мрачно брякнул демон, метнув последний взгляд на толпу провожающих.
— Эх, Ромул, — досадливо вздохнул Ринго, цокнув языком. – Мы ведь будем на чужбине. Средь пернатых врагов. Поэтому обязаны держаться вместе. Рядом... Спариваться не обещаю, но буйную вечеринку закатим обязательно. И девчонок побольше... – вручил сумку опешившему другу: — Не застывай, приятель. Нас ждут великие дела!
По жилам побежала кровь с ускорением, сердце уже долбило энергичный ритм в предчувствии незабываемого времяпрепровождения.
Ринго в эйфории шагнул в карман:
— Встречайте меня, развратные демонессы и чопорные ангелы! Раздвигайте ваши крылышки! И да пребудет с вами... Я!
  
Глава 7
  
Новый мир – новые устои – старый-добрый Ринго
Ринго
Межмирье. Загадочное пространство между Нижним и Верхним мирами, которое придется освоить ради будущей жизни.
Межмирье. Война между ангелами и демонами должна завершиться здесь. В месте, где бывает сезон жары, сезон дождей и сезон холода.
Этот мир ждал детей обоих миров: ангелов, привыкших к ласковому теплу; и демонов, умеющих согревать себя в холодные ночи пустынь, и получавших удовольствие от жаркого дня.