Шакал: Сын Анубиса (СИ)

— Да, главный сановник, — кивнул я, вспомнив рассказ Кенриса. — Заведует государственной казной, общественными работами и судебной властью.
Всё, что запомнил, но Сирофан пришёл мне на помощь:
— А также хранит документы и печати, является градоправителем Мемфиса, где мы имеем счастье проживать, отвечает за армию и военные походы. Хотя и не командует ею в прямом смысле слова. Это входит в обязанности полководца из Дома Фаюм.
Да, и ещё Насамон помог выкрасть моё тело. Кажется, Кенрис говорил, что его вскоре могут сместить. Идмон наверняка поставит на такую должность своего человека.
— Хромид для нашей семьи вроде джати, — продолжил Сирофан. — Но, конечно, не с такими широкими возможностями. По сути, он мой главный советник, юрист и управляющий.
Ясно. Что-то вроде консильери из фильмов про итальянскую мафию. Ну, или почти.
— Я видел на аэродроме боевые вертолёты. У вас своя армия?
— Небольшая. Около пятисот человек. В основном, используется для охраны.
— Дворца?
Неужели моим «родителям» настолько сильно кто-то угрожает?
— Не только, Ахенатон. Для защиты наших промышленных объектов и прочего. Я посвящу тебя в дела рода чуть позже, ибо мы уже пришли.
Сирофан был прав: мы как раз спустились в холл, где выстроились три десятка слуг. Справа, чуть отдельно, стоял мужчина лет пятидесяти пяти -шестидесяти, с аккуратно постриженной чёрной бородой, большими карими глазами и тонким орлиным носом. Одет он был в строгий белый костюм с мелким узором из золотых солнц, на фоне которого ярко выделялся пышно завязанный алый шейный платок. В мочке уха поблёскивала золотая серьга-коммутатор, на которой искоркой то и дело вспыхивал крошечный индикатор. Я уже видел такие разных видов. Они использовались в качестве средств связи довольно широко, хотя большинство, особенно молодёжь, предпочитало импланты, вживлявшиеся прямо в череп за ухом. Иногда они совмещались с тем, который позволял автоматически переводить чужие языки. Очевидно, старик и был Корифом, дворецким. Я сразу поймал его острый, проницательный взгляд.
— Спасибо, что собрались, — громко и торжественно проговорил Сирофан. — Мы с супругой счастливы сообщить вам радостную новость. Надеемся, вы разделите с нами праздник, пришедший в наш дом вместе с чудом, которое явили всемогущие боги! Наш сын, Ахенатон, пошёл на поправку и сегодня впервые за долгие годы нашёл в себе силы выйти из покоев и совершить прогулку по дворцу! Приветствуйте же своего молодого господина!
 Глава 37 
Последовала изумлённая пауза, а затем слуги поспешно начали склоняться в глубоких поклонах. Да так и замерли. Сирофан подал знак дворецкому, тот тихонько хлопнул в ладоши, и персонал тут же распрямился. На лицах читались удивление и любопытство. Ещё бы: большинство никогда не видело сына своих хозяев. А те, что были в возрасте, могли наблюдать Ахенатона разве что во младенчестве или раннем детстве.
— Скажешь что-нибудь, сын? — обратился ко мне Сирофан.
Видимо, в подобных случаях полагалось толкнуть слугам речь.
— Эм… Рад приветствовать, спасибо, надеюсь узнать вас всех лучше. Со временем. Ещё не раз увидимся. Служите хорошо и… верно.
Господи, какой сумбур!
Я покосился на Сирофана. Тот одобрительно кивнул. Серьёзно? Похоже, от меня многого и не ждали. Впрочем, оно и неудивительно: я же только начал исцеляться и с людьми, считай, годами не общался. Так что, можно сказать, справился на «ура». Учитывая обстоятельства.
Госпожа Нефертари сунула мне в руку стопку квадратных монет. Я не сразу сообразил, зачем, но она указала глазами на слуг. Ага, нужно их раздать. Ладненько…
Я направился к персоналу и начал одаривать каждого монетой. Их принимали с поклонами и словами благодарности. Когда я приближался, человек опускал глаза в пол, но стоило пройти дальше, и я чувствовал обращённые на меня украдкой взгляды. Да, будет сегодня слугам, что обсудить! Наверняка и соседи прознают о возвращении наследника, так сказать. Сплетни имеют свойство распространяться стремительно. Иногда кажется, будто их разносит ветер.
 
— Служите верно, и боги не оставят вас, — вручая монету, добавлял я фразу, пришедшую на ум.
Возможно, её подкинул мне принц из своих воспоминаний.
Я раздал слугам почти все монеты, а оставшиеся вручил дворецкому. Вышло штуки четыре. Не знаю, какой у них был номинал. Я с этим не успел разобраться, а цифр на пластинках не было.
— Да хранят вас боги, мой господин, — поклонился Кориф, принимая деньги. — Я счастлив, что этот день настал!
— Я тоже. Уж и не думал когда-нибудь выйти из комнаты.
— Да, это просто чудо, — подняв глаза, отозвался Кориф. — Может, боги вернули расположение роду Кормон, и это первый знак новой эпохи?
— Всё может быть, — я похлопал старика по плечу, чем, кажется, весьма его удивил. — Служи верно и увидишь однажды восход солнца над нашей крышей.
— Я наблюдаю его каждое утро, мой господин, — недоумённо проговорил дворецкий.
— Это метафора. Неважно.
Я поспешил назад к родителям. Нефертари неловко обняла меня, затем взяла за руку. Я почувствовал, как дрожит её собственная.
— Расходитесь и помните, что у вас теперь ещё один хозяин! — звонко объявила она.
Правильно: за домашний персонал отвечает жена. Наряду с дворецким, разумеется.
Кориф махнул рукой, подавая знак, и слуги торопливо исчезли в арках, ведущих вглубь дома. Остался только старик.
— Полагаю, молодому господину понадобится моя помощь, — проговорил он, слегка поклонившись. — Могу я быть полезен?
Сирофан бросил на меня вопросительный взгляд.
Разумеется, я хотел поближе познакомиться с человеком, отвечающим во дворце практически за всё. Да ещё служащим Кормонам так давно. Поэтому слегка кивнул в ответ.
— Отправляйся с Ахенатоном и постарайся быть ему полезен, — проговорил Сирофан. — Мы же удалимся к себе. У нас ещё много дел сегодня.
— Скоро вернутся наши дочери, — добавила Нефертари. — Им предстоит знакомство с братом. Пусть кто-нибудь уведомит нас об их приходе.
— Разумеется, моя госпожа, — поклонился Кориф. — Мой господин, — это уже мне, — чем я могу вам помочь?
Дождавшись, когда родители отправятся наверх, я подошёл к старику. Он стоял ровно и прямо, сцепив руки на животе, и выжидающе глядел на меня.
— Мои покои нужно слегка изменить, — сказал я. — Кое-какие предметы мне уже не нужны. Я бы хотел, чтоб их убрали. Они будут напоминать мне о болезни, а я надеюсь на прогресс исцеления и предпочитаю позитивный настрой. Понимаешь?
Дворецкий чуть склонил голову набок, не сводя с меня пытливых внимательных глаз. Серьга в его мочке качнулась и мигнула синим огоньком.
— Разумеется, господин Ахенатон. Покажите, от каких предметов вы желаете избавиться, и они тут же исчезнут из вашей комнаты.
— Отлично. Давай тогда пройдём ко мне.
— Почту за честь быть приглашённым в ваши покои, мой господин.
— Эм… Не проводишь? Кажется, я ещё не запомнил планировку дворца.
— Конечно, мой господин. Следуйте за мной.
По пути я пытался сориентироваться, но быстро сдался: коридоров, анфилад, комнат и коридоров было слишком много. Тут надо бродить целыми днями, чтобы хоть немного понимать, как куда попасть. Прямо лабиринт какой-то! К счастью, никого не удивит, что Ахенатон плутает в собственном доме, я ведь не бродил по нему много лет. А может, вообще никогда.
— Как вы себя чувствуете, мой господин? — спросил вдруг в какой-то момент Кориф. — Дорога не утомила вас? Если хотите, можно присесть. Вон там есть прекрасный диван, на котором…
— Не нужно. Я чувствую, что вполне способен добраться до своих покоев.
— Как угодно, мой господин. Не знаю, как выразить радость по поводу вашего исцеления. Не зря господин и господа молились богам и приносили им жертвы. Выходит, их просьба была услышана!
— Получается так, да. Кориф, когда вернутся мои сёстры?
Дворецкий взглянул на часы.