Шанс даётся дважды (СИ)

Я сейчас сидела около парня и прокручивала в голове вчерашний день и сегодняшнее утро. Что-то мне не нравилось, но что, я не могла понять. И даже сейчас я понимала, что эта непонятная встреча с этим мужчиной привлечёт в мою жизнь новые неприятности.
Утро уже было суматошным – с начальницей поругалась. Это раз. Да и вчера ночью ни с того ни с сего муж хлопнул дверью нашей комнаты. Ушёл ночевать на диван в гостиную. Это два. Но я вместо того, чтобы пойти и выяснить отношения, встала и подошла к кроватке сына. Глеб спал крепко, но во сне всхлипывал. Хоть сыну было три с половиной, но я боялась почему-то новых судорог и приступов.
До сих пор не могу отойти от того, как на моих глазах был первый приступ. Сейчас же проверяю, как он, и каждый его вздох ловлю. А с мужем мы просто спим в одной кровати. И интимной жизни между нами не было с месяц так точно. Словно соседи по кровати. Мои приставания игнорируются. Может, я что-то делаю не так?
Я сидела сейчас на земле и моё платье цвета пожухлой травы уже давно стало серым от пыли, клубящейся по дороге. Мне вспомнилась наша начальница Эльмира Темуровна, которая так тщательно следит за собой. А я давно превратилась в серую мышь. Не крашусь и маникюр делаю себе сама. А она из салонов красоты не вылезает.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Может, всё дело в том, как я одеваюсь, и что за собой не слежу? Но это платье, как и другие три чёрного и серого цветов, мне купил муж перед тем, как мне выйти на работу. Он мне года два как покупает одежду.
– Пожалуйста, потерпите, – сказала я, когда мужчина пошевелился. А я побоялась, что если отпущу ткань с его плеча, то наврежу ему ещё больше. Моя рука уже затекла, но я не обращала на это внимания. – Скоро ваш знакомый приедет.
Пока я размышляла о своём, даже не заметила, как подошёл высокий парень, он мне напомнил каланчу. Его глаза сканировали меня, как рентген.
– Отодвинься, девушка, – резанули меня его слова. – Дай его осмотреть, – проговорил парень тихо, но я его услышала.
Я встала так быстро, как смогла. И рассеянно посматривала на парня, что сейчас склонился к тому, кого я нашла на этой заброшке. Он раскрыл свой чемодан. Мне очень хотелось рассмотреть, что за инструменты у парня. Но не успела. Какое-то странное беспокойство и липкий ужас проник в меня. Интуиция вопила: обернись.
А обернувшись, увидела, что из-за поворота заброшенного дома идёт мой муж. И его походка была расслабленной. Мне показалось, что он был пьян. И я поняла, что, если он меня сейчас увидит, то вечером будет скандал. Или даже сию минуту.
«Надо спрятаться», – подумала я.
Укрылась за стеной здания, так, чтобы муж меня не видел.
«Пронесло», – подумалось мне.
Долговязый, как я его про себя решила называть, что-то спрашивал меня, но я его не слышала из-за шума в голове.
– Что с ним? – обратилась я к врачу, наверное, его можно так назвать. – Вы задавали вопросы какие-то. Извините, не слышала.
– Ничего страшного, – парень посмотрел на меня и улыбнулся. – Спасибо, вам девушка, что вы были рядом и помогли моему другу.
– Не за что. И, наверное, – предложение я не договорила.
Долговязый подхватил своего друга и понёс его за угол здания. Скорей всего, там и стояла его машина. А я вздохнула и оглядела себя. Огородное пугало и то красивее меня будет. Надо пойти домой и себя в порядок привести. Свекрови, кажется, нет дома. На моё счастье так и оказалось, а то бы сейчас пилила.
Пошла быстро в душ. Платье было испорчено. Выброшу его по дороге. Надела джинсы, топ, любимый свитер. Безразмерный и ультрафиолетового цвета, как называет его мой муж. Не любит он, когда я так одеваюсь. Считает, что девушка должна носить платья и юбки. Старомоден он у меня чересчур, но мне это и понравилось в нём.
Пришла в детский сад, а воспитательница встретила меня, как родную. Видать, мой Глеб опять не спит. Так и оказалось. Одела быстро свою мелочь. И мы отправились с ним в парк. Моё счастье сегодня молчало, я пыталась его разговорить. Но у меня ничего не получалось.
 
В парке мы зашли в кафе. Я заказала чай с горячим бутербродом. А моему сокровищу вкусный, по его словам, суп с курицей. А также жареную картошку и котлету. Которой он поделился со мной. Наблюдала за своим ребенком, но все мои мысли крутились вокруг того мужчины, которому я сегодня помогла…
Нагулялись-то мы хорошо с Глебом. И меня никто не искал. Странно как-то: телефон весь вечер молчал. Ни одного звонка, что от свекрови, что от мужа. Отключен, как оказалось. Включив его, увидела пару пропущенных от свекрови, а от мужа целых двадцать два!
Дома нас ждал разъяренный, словно бык, муж и его вопящая мама. Я сохраняла лицо бесстрастным, и мы с малым прошли в ванную. Умылись, переговариваясь, и после пошли в комнату. Я взяла книжку. И начала читать ему сказку Пушкина. На моих словах «дверь тихонько заскрипела» наша же дверь слетела с петель. И вот если бы мы с Глебом сейчас сидели в кресле, то прибило бы нас однозначно.
Сын испугался и его начало трясти. Капли для него я всегда носила с собой на всякий случай. Хотя время приёма лекарств у нас было по расписанию. И я уже давала ему в кафе.
Схватила мобильный и позвонила в скорую. Назвала все данные сына. Муж ругается. Свекровь верещит. Но я как во сне делала всё, что положено в таких случаях: малому стянула футболку, открыла форточку. Пыталась руками сдерживать судороги, но они продолжались. Перевернула его на бок.
– Святослав, неси какую-то палочку деревянную, надо зубы ему раскрыть, чтоб язык не проглотил! – кричала свекровь, а я сама чуть ли не плакала.
Свекровь забегала по квартире в поисках, а я мысленно упрашивала скорую приехать быстрее.
– Антонина Петровна, оставьте, пожалуйста. Не надо ничего совать ребёнку.
– Ничего ты не понимаешь!
Да, я из дремучего леса вышла, по вашему мнению.
У меня ещё сильнее развивалась паника от советов свекрови. Меня саму потряхивало нехило, как и Глеба. Муж к сыну так и не подошёл, но зато орал так громко, что соседи скоро сбегутся. Хотелось самой вопить так же, как и любимый. Но я уговаривала себя сдерживаться. Потому что понимала: никому от этого лучше не будет. Свекровь принесла деревянную палочку для суши. И попыталась отпихнуть меня от сына.
– Оставьте, пожалуйста, Антонина Петровна.
На моё счастье скорая приехала очень быстро. Доктор сам сказал Антонине Петровна отойти. Так как им надо осмотреть малого. Меня спросили наши документы и то, какие я давала лекарства. Медсестра вколола ему, вроде как, успокоительное. Доктор сказала название лекарства, но я не услышала, а переспрашивать не стала. Мелкий затих и уснул.
– Собирайтесь, мамочка, в больницу поедем.
Я кинулась в комнату, покидала в сумку вещи мелкого и свои. Сыночка взяла на руки. Тяжеловатый он у меня бутуз. Муж даже не помог ни с сумкой, ни с мелочью. Взглянула на любимого. Он стоял очень спокойно и уже молчал. Смотрел на меня, а в глазах его я увидела сожаление. Не понимала, почему он так странно на меня смотрит. Вся его поза говорила, что он чем-то недоволен. Я ведь не виновата в болезни нашего сына. Сердце заныло от плохого предчувствия. И дверь закрылась так громко, как-будто навсегда.
  
глава 5. Планы идут не по плану.
 
Давид Бероев.
И вот зачем я попёр с этим мудилой общаться один, да без охраны? Походу, посчитал себя бессмертным. Знал же, чем может всё завершиться! Хорошо, что ещё не убили. И как же вовремя девчонка появилась. Да я оказывается настоящий счастливчик.
 
Лекс, этот психованный отморозок, назначил мне встречу на заброшке, сказал, что будет один. Я уже полгода шлю его маршрутами, а тут решил сходить, поговорить. Он предлагал мне крышу и неприкосновенность моего бизнеса, а в моём клубе хотел бы сделать подпольное казино.
Я не успел дойти до нужного мне заброшенного здания, как уже понял, что всё пойдёт не по плану. Разговаривать мы точно не будем, а вот выяснять отношения с помощью кулаков походу придётся. Здание было заброшено, и причём уже давно. Здесь когда-то строился дом. Но то ли подрядчики нечестные на руку попались, то ли ещё что-то произошло, только уже несколько лет тут ничего не строится. Здание облюбовали всякий сброд и бомжи.