Академия Небытия. Том 2 (СИ)

  
Глава 3
 
Куратор задумчиво посмотрел на меня, потом еще раз на кактусы и с подозрительным выражением лица покивал на мой вопрос.
– Молодец, Кудряшова, соображаешь.
Похвала меня, конечно, порадовала, но в чем суть? Я сомневалась, что Амилота меня похвалил только за приятные воспоминания о шоте текилы, или какие там алкогольные предпочтения у двухсотлетних индейцев? Я поежилась, снова вспомнив, насколько же Амилота меня старше, а он уже вытащил нож и начал примеряться к шипастым листьям.
– Кажется, наш куратор сошел с ума, – глубокомысленно произнес Рэнди.
– Возможно, тебе не кажется, – ответила я, наблюдая, как на песке растет горка срезанных отростков.
– Пфф, – выдал Морис, – реликты необразованные. Этот вид кактуса накапливает влагу внутри ствола, а так же является сырьем для столь любимого Ритой напитка. А, значит, он условно съедобен.
– Условно?
– Ну, его там правильно обработать надо, но не суть. Главное, это вода! Потому что еще пара часов и от меня останется засушенная кожица.
Мы с Рэнди переглянулись, я сглотнула слюну при воспоминании о сушеном осьминоге, нарезанном колечками под бокал ледяного пенного. Причем, на этот раз о пиве я думала с большей любовью, чем о закуске. Пусть и с наступлением сумерек воздух существенно остыл, жажду это не отменяло. И голод – но не зря же говорят, что человек без воды может прожить гораздо меньше. Проверять на практике, каково это, умереть второй раз, не хотелось. По крайней мере, не без трусов посреди пустыни.
– Тебе пойдет, – не упустил возможности подколоть нашего тентаклиевого друга гуль.
– Фигу видишь? – Морис подсунул ему под нос кулак и потряс.
– А мне собирается кто-нибудь помогать? Или вы так и будете стоять и переговариваться? – перебил уютную перепалку Амилота и поднес палец к губам. Коварный образец кактусовых оказался усыпан действительно острыми шипами, которые весьма хорошо цеплялись за кожу.
Мия мигом перестала изображать глубоко раненую нежную особу и выкатилась вперед, загораживая меня своим худосочным телом.
– Возьмите это, куратор, – пропела она и протянула Лайзу пару уродливого вида перчаток из смутно знакомого материала. То, что это именно перчатки, я догадалась только после того, как Амилота без вопросов попытался их натянуть.
Точно! Она же их из своей паутины сделала! Я с завистью слушала, как Амилота ее благодарит и возвращается к прерванному занятию. Даже не думала, что Мия в итоге окажется полезнее всех нас, вместе взятых.
И вообще, знала бы, попросила ее трусы сплести. Хотя с Мии станется пошутить, и они рассыпятся в самый неподходящий момент. Или, наоборот, приклеются намертво, что еще хуже.
Морис хмыкнул, извлек из бездонных карманов перочинный нож и присоединился к кактусовым работам, стараясь срезать самые молодые побеги, колючки у которых еще не успели заматереть до состояния холодного оружия. Рэнди закатил глаза, но пристроился рядом с кракеном, принимая от него отрезанные части и складывая на свой расстеленный рядом свитер. Мия с небывалым энтузиазмом крутилась вокруг Лайза, вызывая у меня странные ощущения. И его, и ее мне очень хотелось закаменить и оставить в таком состоянии на память потомкам. Хотя Амилоту нужно было подстеречь в тот момент, когда руки будут вытянуты. Послужит мне вешалкой для полотенец. Пока я так кровожадно размышляла, парни обстригли ближайшие кактусы, и я снова почувствовала себя бесполезной на этом сельскохозяйственном празднике.
Но, кажется, никто и не заметил.
Мы собрались вокруг внушительной кучки мясистых побегов, угрожающе поблескивающей чуть загнутыми шипами.
– И как нам это пить? – задала очень правильный вопрос Мия.
– Ага, мы же не эти… – нахмурился Рэнди. – Не козы.
Лайз неопределенно хмыкнул. Может, надеялся на нашу ходячую осьминожью энциклопедию?
– Сначала нужно вытащить шипы, потом перемолоть, отжать и процедить, – не разочаровал Морис.
 
– А потом охладить, налить в высокий стакан и подать с долькой лайма? – буркнула я, пить хотелось сильно, но не до такой степени, чтобы вцепиться зубами в толстую кактусовую шкурку.
Передо мной шлепнулась огромная макушка старого растения.
– Это вместо кастрюли? – фыркнула я, но куратор на сарказм не отреагировал, кивнул и отошел в сторону. Я некстати вспомнила, что час назад согласилась соблазнить его в корыстных целях, и вот мы все занимаемся черт знает чем, как будто никаких других проблем не осталось. Испустив тяжкий вздох, от которого у Мориса дернулось веко, я опустилась на колени и принялась за работу.
С помощью когтей и непечатных выражений мне удалось освободить “кастрюльку” от сухих внутренностей. Рэнди приспособился вытаскивать шипы, Мия ловко отделяла сочное содержимое от шкурки, а Морис пожертвовал кружевной платок (зачем он был ему нужен?!) вместо марли.
Таким образом у нас набралась кастрюля непонятной жижы.
– Ну, и кто будет первым? – с сомнением спросил Морис. Поскольку он не спешил пробовать на себе свой же рецепт, я тоже не торопилась выступать вперед.
– Я не хочу пить, – заявила паучиха и отползла подальше от кактусовой выжимки.
– Рэнди? – Морис попробовал переложить ношу первооткрывателя на товарища.
– Думаешь, раз я гуль, то не сдохну от какой-то неведомой массы? Не, я пас! Да и пахнет отвратительно…
Тут Рэнди соврал, пахла она как раз приятно, напоминая столь любимый мной огуречный спрайт. Что ж, раз других смельчаков нет, тогда…
И тут я встретилась взглядом с Лайзом. Буря, искра, безумие. Мои губы искривились в хитрой ухмылке.
– А ведь у нас есть куратор! – “вспомнила” я. – Вы же не станете рисковать жизнями своих студентов?
Все с надеждой воззрились на Амилоту.
Причем смотрела и Мия – любовь любовью, а кушать хочется всегда и, желательно, выжить после этого. Лайз с сомнением посмотрел на зеленую массу, но мужественно выдохнул и глотнул. На секунду мне стало стыдно, потом страшно. Я же его не убила, нет?
Мы все приготовились наблюдать за сменой эмоций на лице куратора, но этого как раз и не произошло. Он прислушался к себе и с удовольствием захлюпал дальше, уже без опаски.
– И как оно на вкус? – не выдержал Морис.
– Пробуй, – невозмутимо отозвался Амилота, снова вооружаясь ножом и отходя к дальним кактусам. Посудина была наполовину пуста.
Морис помешал жижу щупальцем и задумчиво его облизал.
– Фу! Можно я попью до того, как он там весь искупается? – брезгливо поморщилась Мия, перехватила емкость у Мориса и храбро припала губами к краю. Ну еще бы, раз Лайз рискнул, как она могла ударить в грязь лицом? А вот я все еще сомневалась. Подожду, пока закончится первая порция. Если никто не отравится, то вторую можно будет спокойно выпить.
По итогу нам с Рэнди не осталось ни капли. Но с приготовлением второй порции возникли сложности, Лайзу приходилось уходить все глубже и глубже в заросли, чтобы достать молодые побеги. А когда их набралось достаточное количество, Мия заупрямилась.
– Твоя очередь чистить, – заявила паучиха, внезапно громко икнув.
– А это еще почему?
– Я устала, – отрезала она и уселась прямо на песок, блаженно улыбаясь. Рэнди молча пожал плечами и ловко выдернул очередной шип, перекладывая готовые кусочки кактуса поближе ко мне.
Делать нечего, пришлось чистить. Мерзкое ощущение у кончиков когтей прошло примерно через пару десятков кактусов. Миска медленно, но уверенно заполнялась. И этот процесс бы закончился быстрее, если бы одно наглое розовое щупальце не таскало из миски очищенные кусочки.
– Морис!
Щупальце ухватило последний кусочек и растворилось во мраке.
– Стой, зараза! – Я погрозила кулаком и капнула себе зеленым соком в глаз. – Блин… Никто не может соорудить костер?
– Из чего? – тут же откликнулся Морис. – Или хочешь поджарить куратора?
– Тебя я поджарить хочу. Холодно вообще-то. И темно.