Академия Небытия. Том 2 (СИ)

Задирает нос? Не общается? Скорее Миллхаус Дрей признается мне в любви, ха!
Инспектор Флорентин вернулся за стол и задумчиво постучал уголком жетона по краю тарелки.
– Всем известно, что два факультета Академии Небытия друг друга на дух не переносят, – сказал он, – но почему мне кажется, у вас с ними какие-то особые отношения?
Взгляд, направленный на меня, приобрел такое специфическое, профессиональное выражение, что в воздухе ощутимо запахло допросом.
– Вы меня в чем-то обвиняете, инспектор?
Морис громко икнул и выронил ложку.
– Нас арестуют? Рита, я тебя всего на пять минут оставил. Ты кого-то домогалась?
Я его проигнорировала.
– Пока вы не нарушили никаких законов, я вас просто охраняю, – улыбнулся Флорентин. – Деткам опасно уходить далеко от дома.
– А какой закон нарушил тот, кого вы сегодня ловили?
Морис перестал хомячить, наверное, вспомнил, как его самого чуть не сожрали у всех на глазах.
– Не хотел отправляться в место, которое подходит темной душе вроде него. 
Меня передернуло. Когда каждый день встаешь, собираешься на занятия, завтракаешь в столовой с друзьями, дразнишь куратора и грызешься с новой соседкой, так просто забыть, что уже один раз умирала. У меня не осталось никаких воспоминаний о том, что было с моей душой с момента смерти и до пробуждения на кушетке и под простыней – как будто заснула и проснулась. Может, и я была в шаге от того, чтобы отправиться в “место, которое подходит темной душе”. 
Морис пихнул меня локтем, случайно или нет, но мне помогло.
– Ну, мы благовоспитанные студенты без криминального прошлого, – усмехнулась я, и Морис торопливо кивнул, прекрасно понимая, что в нашем прошлом успело накопиться много из того, о чем лучше никому не рассказывать.
– Разумеется, – охотно согласился инспектор. – И лучше бы нам поскорее найти вашего куратора, пока это не изменилось.
Намек был более чем понятный. И что-то мне расхотелось водить знакомство с кем-то из этого загадочного ЗОБа, а то начинает казаться, что он уже знает все досье на меня.
О, кстати.
– У вас что, есть все личные дела, или как это там называется, на студентов Академии Небытия? – спросила я.
– С чего бы? Это обязанность вашего ректора хранить информацию на каждого своего студента, а уж если нам надо что-то узнать, мы подадим запрос.
– Прямо на всех? Без исключений?
Инспектор не мог не заметить мой интерес, но только лукаво улыбнулся.
– Исключений в таких делах не должно быть. Только если кому-то любой ценой не надо что-то скрыть.
Морис непонимающе переводил взгляд с его лица на мое. Ах, да, я же так и не рассказала ему про случай в библиотеке и про мою пропавшую биографию, все как-то подходящего момента не выпадало. То одно, то другое – как всегда. Скрывать такое от друзей мне не нравилось, хотя при жизни я была той еще индивидуалисткой.
– Что-то аппетит пропал, – пожаловалась я. – Не пора там возвращать нас домой?
– Ага, – поддакнул Морис, и вот уж у кого аппетит точно не пропадал. – Пока ректор не отправил за нами армию, или, того хуже, не отправился сам.
Флорентин с сожалением отодвинул недоеденный ужин и посмотрел на циферблат карманных часов.
– И то верно, время позднее. Ваш куратор наверняка беспокоится.
Он расплатился за еду и вывел нас на улицу. После приятного жара натопленного помещения воздух кусался холодом. Я поежилась и придвинулась ближе к Морису.
– Что дальше?
Мы даже от двери далеко не отошли, как в руке инспектора что-то холодно блеснуло, и он скрылся в темноте узкого закоулка. Разумеется, мы бросились следом, и я едва успела зажать себе рот ладонью, чтобы не вскрикнуть от неожиданности: куратор нашелся! И в данный момент он был прижат к стене инспектором Флорентином с недвусмысленно приставленным к горлу коротким широким лезвием, испускающим холодный голубоватый свет. Чуть дальше Рэнди и Мия послушно держали руки поднятыми, хотя их никто об этом не просил.
– Стойте! – первым отреагировал Морис. – Это за нами.
Но если мужчины занялись разборками, их так просто не остановишь. Амилота очень быстрым движением руки отбил лезвие от своего горла. Голубая вспышка промелькнула едва ли не прямо у меня перед глазами, а Амилота уже схватил противника за шею и зарычал. Волосы на его голове зашевелились, глаза вспыхнули красным – еще немного, и эти двое начнут кататься по земле, как дворовые псы.
 
Я и сама не поняла, как в моей руке сформировался увесистый булыжник, но бросила я его чисто на автомате. А последнее время это решало мои проблемы лучше всего. И в этот момент Амилота потеснил инспектора, и камень прилетел точно ему в лоб.
– Упс…
Застыли все, но с разными эмоциями. Инспектор удивленно, Рэнди испуганно, Мия в ужасе.
– Куратор! – пискнула она и кинулась поддерживать пошатнувшегося Амилоту. – Куратор, вы как? Скажите что-нибудь!
– …, – сказал куратор, описав ситуацию коротко, ёмко и по существу. 
Флорентин призвал потерянное оружие, и нож, погаснув, исчез в складках его плаща. Последовали взаимные извинения сквозь стиснутые зубы, оханья и аханья со стороны паучихи – по поводу Лайза и со стороны Рэнди – по поводу нас. 
Я тоже извинилась, но была гордо проигнорирована.
– Надеюсь, мы еще увидимся, – улыбнулся инспектор, целуя мне ручку. – Это был чудесный вечер.
Я не стала его разочаровывать, потому что с большим удовольствием провела бы вечер в метеобашне за игрой в карты. Но кое-что полезное все равно извлечь удалось.
Амилота сурово рисовал на кирпичной стене и, положив ладонь в центр получившегося круга, подозвал нас. Только взявшись за его горячий локоть, я почувствовала, насколько сильно утомилась. Морис, Рэнди и Мия тоже ухватились за куратора и приготовились к неприятным ощущениям переноса. Я все еще была голодной, и от желудка поднялась горькая желчь. Я терпела изо всех сил и, когда под ногами появилась примятая трава, кинулась в сторону, чтобы отплеваться. 
– Кхм, – раздалось над головой, и я похолодела.
Взгляд уперся в краснеющие в траве красные кеды, пострадавшие от моего приступа дурноты. 
– Все свободны, кроме куратора Амилоты, – низко прорычал ректор, и синие глаза на лице растрепанного подростка нехорошо вспыхнули. Я попятилась, чуть не врезавшись в Мориса, и дала дёру.
Прости, Лайз, но лучше ты, чем я.
Драку за право первой принять ванну выиграла я. Мия торчала под дверью, каждые три минуты спрашивая, когда я закончу, но я делала вид, что не слышу. Было так хорошо, что даже не верилось, что песок, кактусы и ужин с инспектором ЗОБа случились со мной в реальности. Змеи тоже наслаждались долгожданным отдыхом и мокрым паром, поднимающимся от горячей воды. На крючке висела чистенькая выглаженная студенческая форма, а на пластиковой угловой полке – вот так счастье! – лежало нижнее белье. О, трусики мои, трусишки, как я по вам скучала!
Одевшись, я уступила ванную Мии, которая уже не могла возмущаться от усталости, но взглядом прожгла, как лазером.
– Я в буфет, – предупредила, прежде чем уйти. Мы, конечно, не подруги и вряд ли ими станем, но совместные приключения сближают, хотим мы того или нет. И лично я была голодна, как волк, и не сомневалась, что встречу в буфете всю нашу компашку.
Коридоры общежития были пусты, в окна проникал яркий свет, так что, скорее всего, мы вернулись в разгар занятий. Буфет располагался рядом с главной столовой и, по-моему, там распродавали то, что студенты каким-то чудом не успели сожрать за время обеда. У витрины терся Морис.
– Бу! – Я тихонько подкралась со спины, и бедный кракен подпрыгнул на целый метр.
– Я с вами поседею, – пожаловался он и промокнул лоб кружевным платком. – Где трупоед?
– Понятия не имею. – Я пожалами плечами. – Но не верю, что он тоже не проголодался. Может, в магазин пошел?
– Один? Да нет, вряд ли.
Наш гуль отличался, скажем так, осторожностью, и Ли Вэй явно не располагал его к общению один на один.