Бои местного значения

15 октября 1958 года.
Москва. Министерство обороны СССР. Совещание у начальника Четвертого Главного Управления МО П. Н. Кулешова
– Таким образом, мы вынуждены заявить, что узкое место в разработке комплекса С-125 это ракета В-625. Испытания идут неудачно и с отставанием по срокам. – коротко сказал представитель военной приемки Борис Николаевич Перовский.
– Мы приложим все усилия, и я уверен, что мы закончим испытания в срок! – доложил Максим Григорьевич Олло.
Следующим, как всегда резко, безапелляционно выступил Петр Дмитриевич Грушин.
– Только ракета нашего КБ, В-600, может быть нормально использована в С-125. Ракета же КБ Тушинского машиностроительного завода вообще не может быть доведена до состояния нормального серийного производства.
Потом встал представитель КБ-1, конструктор Дмитрий Людвигович Томашевич – опытный ракетостроитель, работавший когда-то вместе с Грушиным, и неожиданно начал возражать, опровергая доводы Грушина теоретическими выкладками.
Грушин в конце концов вышел из себя. Ведь сейчас может произойти катастрофа, в угоду ведомственным интригам (его ОКБ-2 совсем недавно перевели в подчинение Минавиапрома, что сделало отношения с КБ-1 еще более натянутыми), и страна вовремя не получит так необходимую ракету!
– Ваши теории практика не подтверждает! И вообще, что это за безобразие? Куда меня пригласили? Что здесь за люди? Какие-то посторонние с улицы начинают нас учить! Здесь люди, не допущенные к этой тематике! Я прошу убрать отсюда посторонних…
Весь красный, с багровой шеей (что всегда у него являлось признаком сильнейшего волнения), поднимается Александр Андреевич Расплетин и перебивает крик Грушина.
– Петр Дмитриевич, прекратите! Это не человек с улицы. Это сотрудник КБ-1. У нас работают только допущенные люди. Я прошу уважать КБ-1 и изменить тон.
Но спустя несколько месяцев после того, как очередная серия неудач при испытаниях В-625 поставила под сомнение возможность выполнения директивных сроков по созданию всей системы, тон пришлось изменить всему КБ-1.
Сентябрь 1959 года.
Соединенные Штаты, штат Техас. Авиабаза ВМС
США «Корпус Кристи»
– Ты раздолбай, Маккейн. Гребаный раздолбай, которому насрать на товарищей и на задание! [35] И я сомневаюсь, что это происшествие вдолбит хоть что-то в то место, на которое ты пока что надеваешь летный шлем!
Джон, мельком слушая рычание командира учебной эскадрильи, насторожился. «Пока что» – это угроза отчисления? Но за что? Ведь ясно же, что в произошедшей аварии виновата техника? Или все-таки виноват он, вовремя не среагировавший на странный звук из двигателя?
Час назад штурмовик А-ID «Скайрейдер», который он пилотировал в тренировочном вылете на бомбометание, рухнул на взлетную полосу при посадке. Заглох двигатель, но Джон отделался несколькими синяками и легким испугом.
– Короче, энсин! С этого момента и до выпуска я отменяю все твои увольнения, будешь дневать и ночевать на авиабазе, в обнимку с руководством по летной эксплуатации, а не с девками из ближайших баров!
И еще. – Командир приблизил свое лицо к лицу Джона и тихо проговорил, но это испугало Маккейна больше, чем все предыдущие крики, и даже больше, чем сама авария. – Джон Сидней Маккейн. Еще одно нарушение, и ты мгновенно вылетишь с курсов, не став пилотом US NAVY. И никакие родственники тебе не помогут. Я с радостью подпишу все бумаги на отчисление, так что давай, доставь мне это удовольствие.
В 1960 году Джон Сидней Маккейн-третий все таки закончил курсы пилотов, став летчиком штурмовика авиации флота.
1958–1959 годы.
Московская область, город Химки. Астраханская область, полигон Капустин Яр
Разработка В-600, проводимая ОКБ-2, с самого начала оказалась гораздо более результативной. Так, эскизный проект В-600 был подготовлен в середине 1957 года и принят без существенных замечаний. При рассмотрении проекта было особо отмечено использование в В-600 таких новшеств, как раскладывающиеся стабилизаторы, повышающие устойчивость полета ракеты на стартовом участке, и введение в кинематику рулей пружинного механизма, позволившего просто и надежно регулировать угол их отклонения обратно пропорционально скоростному напору. Еще до первых пусков В-600, зимой 1958 года, по заданию ВПК в ОКБ-2 была рассмотрена возможность использования этой ракеты в составе комплекса С-125. Первый пуск В-600 состоялся 25 апреля 1958 года. К 18 июля, когда был выполнен девятый пуск, программа бросковых испытаний была полностью выполнена. Уже с шестого броскового пуска ракеты отрабатывались программные маневры. В целом, из девяти бросковых испытаний неудачными оказались только три. В одном не раскрылись стабилизаторы ускорителя, в другом – не сработал механизм разделения ступеней, в третьем – ракета разрушилась при выполнении программного маневра из-за недостаточной прочности носовой части ракеты. Первоначальными планами переход к автономным испытаниям В-600 планировался к концу 1958 года, но в августе после двух неудачных бросковых пусков В-625 главный конструктор ОКБ-2 П. Д. Грушин вышел с предложением о проведении доработки В-600 с тем, чтобы ее можно было использовать в составе комплекса С-125. Весомость этого предложения значительно усилилась после того, как 25 июля 1958 года за разработку ракеты В-750 П. Д.Грушину было присвоено звание Героя Социалистического Труда, а ОКБ-2 было награждено орденом Ленина.
 
Для ускорения работ по В-600 П. Д. Грушин принял решение начать автономные испытания уже в сентябре в Капустином Яре. Поскольку имевшаяся на этом полигоне спроектированная для В-625 пусковая установка СМ-78 не годилась для В-600, в ОКБ-2 была рассмотрена возможность использования для пусков В-600 имевшейся там пусковой установки 140Е, которая до 1955 года использовалась для испытаний ракеты ШБ-32. Как оказалось, потребовались лишь небольшие доработки 140Е, и в середине сентября она была готова для проведения пусков. Первый автономный пуск В-600 в Капустином Яре состоялся 25 сентября. В последующие две недели было проведено еще три подобных пуска, в ходе которых рули ракеты отклонялись в соответствии с командами от находившегося на ее борту программного механизма. Все четыре пуска прошли без существенных замечаний. Следующая серия автономных испытаний В-600 была проведена со стенда-макета корабельной установки ЗИФ-101 и завершилась 19-м пуском, выполненным 17 декабря 1958 года. Существенных замечаний к ракете и в этой серии пусков также не было – лишь в одном из них из-за некондиционной электробатареи не отделился ускоритель и не был запущен маршевый двигатель. К началу 1959 года В-600 была готова к испытаниям в замкнутом контуре управления. Тем самым предложение Грушина об использовании В-600 в составе С-125 было подкреплено вполне реальными результатами. Таким образом, вопреки популярной версии, вовсе не флоту якобы было навязано не вполне соответствующее его требованиям «изделие». Напротив, в форс-мажорных обстоятельствах для сухопутного комплекса было предложено использовать корабельную ракету, что и позволило успешно и своевременно завершить его разработку. «Родимым пятном», указывающим на морскую родословную всех грушинских ракет комплекса С-125, стали размещенные на ускорителе раскрывающиеся при старте стабилизаторы ракеты. Такая схема обеспечивала уменьшение поперечных размеров ракеты, столь важных при размещении в тесных корабельных погребах, но не имеющих решающего значения при эксплуатации в войсках ПВО. В течение зимы – весны 1959 года в ОКБ-2 был подготовлен вариант ракеты В-600 (условно называвшийся В-601 – первая ракета с таким наименованием), совместимой со средствами наведения С-125. Первое испытание В-601 в разомкнутом контуре управления было проведено в Капустином Яре 17 июня 1959 года. В тот же день состоялся 20-й пуск В-625, в очередной раз «ушедшей» от направления пуска и не попавшей в сектор обзора станции наведения. Еще два успешных пуска В-601, проведенные 30 июня и 2 июля 1959 года, окончательно подвели черту под затянувшимся вопросом выбора ракеты для С-125. В итоге 4 июля 1959 года руководством страны было принято Постановление № 735–338, в соответствии с которым в качестве зенитной для системы С-125 была принята ракета типа В-600. Эта ракета должна была быть представлена на совместные летные испытания в 1 квартале 1960 года. Вариант ракеты для войск ПВО страны взамен В-601 получил наименование В-600П (несекретный индекс – 5В24), а корабельная ракета продолжала именоваться В-600 (4К90). Этим же Постановлением работы по ракете В-625 были прекращены.