Тайны адептки Фрэй, или Попаданка против (СИ)
А ведь я и не смотрела на происходящее под таким углом. В чем-то отец прав. Когда еще я смогу ощутить свободу, которую дает студенчество? А ведь если все будут знать, что я жена ректора, то на искреннее отношение ко мне адептов и преподавателей можно не рассчитывать. Понятно, что ничего плохого происходить не будет, но не уверена, что из-за этого мне не придется всем и каждому доказывать, что я получила диплом не за красивые глаза, в которые влюбился ректор.
Но это не главное. При необходимости и докажу, и с любым отношением окружающих разберусь. Главное, что мы с Грэгом еще так и не обсудили, каким видим наше совместное будущее. Может, он хочет, чтобы я дома с детьми сидела, а у меня совсем другие планы. Против детей ничего не имею, даже очень за, но хочу чего-то добиться и в своей профессии. Я люблю Грэга, но хочу узнать его ближе, прежде чем решиться на такой серьезный шаг. Будь я средневековой барышней, уже бы рвалась грудью на амбразуру, доказывая, что хочу немедленно выйти замуж. Но мама всегда мне говорила, что муж и жена должны не только любить друг друга, но и смотреть в одну сторону, иначе любовь их не удержит, ведь они будут шагать в разные стороны.
Я покосилась на Грэга. А в какие стороны смотрим мы? И поняла, что наши чувства вспыхнули очень быстро и ярко, и мы не успели поделиться этим друг с другом. В общем, Грэг сильно поторопился с предложением руки и сердца. Не уверена, что я сама готова ждать до конца обучения, но и выходить замуж прямо сейчас не хочу. Отец оказался прав: мне нужно оглядеться.
Грэг молчал. Видимо, ждал какой-то моей реакции. Я подняла глаза и увидела, что он смотрит на меня.
– Отец прав, нам нужно немного подождать.
Глаза мужчины вспыхнули тьмой, губы сжались в тонкую линию. Он выпустил мою руку, сжал кулаки и отступил:
– Прошу прощения. Меня ждут срочные дела. Тэйлин, возвращайся в палату. До выписки пользоваться магией нельзя — твои каналы сегодня перенапряглись. Эр Фрэй, вам лучше надолго не задерживаться — вашей дочери нужен отдых, – коротко кивну головой в знак прощания и вышел.
– Обиделся…
Губы задрожали, захотелось расплакаться. Я ведь не отказала ему! Просто мне… нам и в самом деле нужно время!
– Не переживай, – отец подошел ко мне и аккуратно обнял. – Он поймет. Если любит, то поймет. А если нет, то и не нужен он тебе.
Я уткнулась отцу в грудь и расплакалась:
– Ну-у-ужен. Очень ну-у-ужен.
И что на меня нашло? Какие мне нужны взгляды? В какую сторону? Неужели я потеряла Грэга?!
– Ничего, мужчинам иногда нужны встряски. А если он отступит при первом же препятствии, то незачем он тебе такой, – погладил по голове. – И я хочу, чтобы ты знала: я допустил много ошибок, был отвратительным отцом, но… всегда тебя поддержу, что бы ни случилось.
Наверное, в этот момент я и поняла, что у меня в этом мире есть отец. Настоящий.
Этим вечером Грэг ко мне больше не приходил, как и следующим утром. Появился ближе к обеду, холодно кивнул и провел в палату магистра Сандара.
Старик сильно сдал. Прежде широко развернутые плечи ссутулились, глаза потускнели, а морщины на лице стали глубже. Он и сам будто усох.
– Магистр? – вырвалось у меня ошеломленно.
– Здравствуйте, моя хорошая. Не магистр я теперь. Нет у меня больше магии, – и тяжело сел на стул рядом. – Вот, пришел с вами попрощаться.
– Как это нет?!
– Волна божественной энергии меня пощадила. Посчитала, что не так сильно я замарался в скверне Маранжи, чтобы лишать жизни. А вот магию забрала. Недостоин я ее оказался.
– Но вы же помогли меня вытащить из-за грани, и магия у вас была… — растерянно произнесла я.
– Я думаю, это было испытание. Я отдал свою магию на твое излечение — и оказался прощен. Будь иначе, и она сожгла бы меня изнутри. – Некоторое время мы молчали. Я не знала, что сказать. – Тэйлин, простите меня, – наконец, произнес он. – Я всю жизнь пытался постичь тайны мироздания и как можно больше узнать об излечении человека. Я многое умел и знал, но хотел постичь больше. Это неплохо. Жажда знаний двигает людей вперед. Но я забыл, что какой бы возвышенной и прекрасной ни была цель, к ней нельзя идти по грязи, иначе сам же растопчешь ее своими грязными сапогами и даже этого не заметишь. Я не заметил… Очнулся только у жертвенного столба, когда увидел вас там. Осознание было тяжелым…
Старик еще немного посидел и встал. Казалось, он сгорбился еще больше.
– …Пора мне. – Оглядел, прощаясь стены лазареты, грустно улыбнулся. – А я ведь почти сто лет здесь преподавал и лечил. Может, кто и вспомнит добрым словом.
– Магистр Сандар! – Он обернулся. – Спасибо вам! За все. И не вините себя. Все ошибаются, но единицы признают свои ошибки.
Старик кивнул и слабо улыбнулся:
– Прощайте, Тэйлин. Я рад, что судьба свела нас вместе.
И он ушел.
Все это время Грэг стоял неподалеку. Наверное, опасался, что старик может причинить мне вред, но я понимала, что он будет последним, кто это сделает.
Хотелось плакать. Я видела, что магистр Сандар с таким настроем долго не протянет.
– Грэг! – позвала я, когда ректор направился вслед за стариком, и увидела его высокомерно выгнувшуюся бровь.
Похоже, своим отказом выходить за него замуж я потеряла привилегию звать ректора по имени. Вздернула подбородок. Плакать захотелось еще больше, но я сдержалась.
– Магистра Сандара нельзя отпускать домой. – Теперь уже у Грэга взметнулись вверх обе брови, и я, проталкивая возникший в горле ком, пояснила: – Он зачахнет без любимой работы. Да, у него нет магии, но его знания и опыт ведь никуда не делись. Если он будет ощущать свою нужность, то проживет еще долго, а иначе уже через год нам придется стоять над его могилой.
Я не преувеличивала. Вспомнила своего двоюродного деда, который часто приезжал к нам в гости, когда я была маленькой. Всегда веселый, полный сил, он привозил нам с братом запрещенные мамой конфеты и шоколадки. Дед всю жизнь проработал на заводе инженером и был специалистом от бога. Его долго не отпускали на пенсию, а потом начались сокращения, и с ним попрощались. Деда не стало чуть больше, чем через год. Папа тогда сказал, что некоторым людям нельзя уходить на пенсию. Я тогда его не поняла, но сейчас, глядя на магистра Сандара, вспомнила эти слова и поняла, что магистр — именно такой человек.
Грэг задумчиво посмотрел мне в глаза:
– Больше ты ничего не хочешь мне сказать?
Его холодный тон ранил неожиданно сильно.
– А должна?
Ректор сжал челюсти и покинул палату, а я все-таки расплакалась. Ну почему он так себя ведет?!
И вот сейчас я зачем-то ему понадобилась. Но у меня есть дела поважнее, чем трепать свои нервы, глядя в высокомерное лицо ректора.
Завернула за угол в свой тупичок, сделала несколько шагов и уткнулась в грудь в возникшего из ниоткуда Грэга.
– К-как? – я обернулась, понимая, что он должен быть где-то там, а не здесь.
– Дороги теней, – коротко пояснил он и с плохо скрываемой яростью спросил: – Адептка Фрэй, почему ты от меня убегаешь? И правда думаешь, что найдешь кого-то получше? И что тебя не устраивает? Родословная? Цвет моей магии?
Я смотрела на его побелевшие губы, сверкающие тьмой глаза и понимала, что он понял все совсем не так и услышал из речи отца совсем не то.
– Дурак… Какой же ты дурак… — прошептала и прильнула к его напряженному телу. – Никто мне не нужен. Только ты!
В следующее мгновение я ощутила, как меня крепко обнимают и прижимают к себе.
– Тэя… — выдохнул Грэг мне в волосы. – Почему тогда отказала?
– Я не отказала! Грэг, – я подняла голову, заглядывая ему в глаза. – Я ведь в этом мире недавно. Ничего толком не знаю. Мне даже оглядеться со всеми этими тайнами было некогда! А ты сам? Как ты видишь наше будущее? Планируешь запереть меня после замужества в четырех стенах или дашь возможность учиться? Считаешь, что женщина должна заниматься только домом или имеет право реализовать себя в профессии? Как ты видишь нашу совместную жизнь здесь, в академии? А… Да у меня столько вопросов, что голова пухнет! Как здесь, в этом мире, все это принято?! Я…