МАГ 7 (возвращение) (СИ)

Вечером провожу тренировку, теперь мы отдельно держимся, все, кто назначен в группу, старшим с нами идет Торк, мы с Учителем у него в подчинении.
Поэтому, моя идея присоединиться к группе позже, в каньоне, сразу же отвергается, Торк не хочет рисковать и собирается контролировать все сам. Что-то такое я и ожидал, сам бы не отпустил одного бойца куда-то сходить, если именно от меня зависит правильный переход через перевалы, как все понимают.
Учитель прошел там год назад, не так и давно, но, он бежал, спасая свою жизнь и не особо смотрел по сторонам, пытаясь выжить изо всех сил. Я прошел по зиме, что сильно поднимает мой авторитет в глазах гвардейцев и самого Учителя.
Во всяком случае, я так рассказываю.
Начальство, как всегда, выдает свои указания и рекомендации, не понимая, что творится в Сатуме. Его приказы, наверняка, входят в противоречие с нашими намерениями, но Торк еще не ответил нам, что ему поручено и насколько далеко мы должны зайти в своей разведке.
Ничего, когда прижмет, тогда все и узнаем, но, я начинаю понимать, что нас с Учителем вдвоем никуда не отпустят. Без нас и полученных знаний о военной силе Сатума, о которых можем узнать только мы с Учителем, возвращение обратно даже не рассматривается.
Ну, если Торк получил приказы, запрещающие группе углубляться на территорию соседней страны, то, ничего не поделаешь и сестру Гинса мы не сможем вытащить никак. Если только дезертировать, тогда возвращаться окажется нам некуда и мои планы пойдут прахом, на что я не согласен.
Хотя, мы можем с Гинсом сходить еще раз сами, но, это уже такая себе идея, лучше сразу провернуть эвакуацию Клеи в Черноземье.
Будь, что будет, решаю я и перестаю ломать голову, что да как, в отличии, от заметно спавшего от волнения с лица, Учителя.
Еще, мы тренируемся ставить палатку и получается у нас это дело все лучше. Она достаточно тяжелая для высокогорья, кажется, килограммов тридцать весу, хотя и пошита из легкой парусины. Но, один человек нести ее сможет, если остальные понесут его оружие и дрова для палатки.
Мы еще провели пару учебных занятий, как разжигать в ней костер, то есть, я провел занятия, как сложить очаг из камней, чтобы погреть еду и воду и не спалить наше убежище.
Конечно, на высокогорье дрова и все остальное, не полыхают так весело, как в Асторе, только, похоже, что такая палатка решает проблему холода и пронизывающего ледяного ветра, если будет что постелить на замерзшую землю.
Решает, но только для тех, кто ляжет внутри нашего строя спать, у соседей снаружи бока будут подмерзать постоянно.
Жаль, что туристических пенок у нас нет, придется тащить снизу лапник и собирать траву на высокогорье для подстилки.
Пока, по моему мнению, нас ожидает туристическая прогулка в непростых условиях, как я могу охарактеризовать нашу вылазку за перевалы и не более.
На следующее утро мы встретились с Ольсом, сначала, в мастерской, которую он продемонстрировал освобожденной от его барахла и инструментов, только полуразобранная подвода сиротливо стоит в углу и, похоже, появления ее хозяев бывший конкурент побаивается. Судя, по тому, как он все быстро показал и закрыл дверь на замок.
В Ратуше без лишних разговоров оформили его мастерскую в собственность вашего покорного слуги. Деньги я отдал наличными, чтобы, хоть немного уменьшить их количество в разных тайниках и моем кошеле. Ольс, зная про такой расчет, прихватил с собой пару крепких родственников, для охраны и они, не сказать, чтобы миролюбиво, зыркали на меня все время.
Когда продавец ушел, я смазал руку знакомого чиновника золотым тайлером и с бумагой поспешил в нашу мастерскую, где и обрадовал Крипа и бывших работников Ольса.
Что мы теперь и там работаем, вскоре переносим туда основное производство нашей исконной продукции, подвод и телег.
— Ольг, ты не мог предупредить? Вместе сходили бы, — Крип еще не совсем осознал, что сделка проведена и обратного пути нет.
— Это такой сюрприз, чтобы ты не переживал, — отвечаю я и веду Крипа, Трона и пару бывших работников принимать новое хозяйство.
 
— А это что? — изумляется Крип, глядя на подводу в углу, когда я открываю замок и распахиваю ворота.
— Это — небольшой экзамен, чтобы вступить в право собственности, как новым хозяевам. Отремонтируем ее, скажем, что, как новые владельцы, возьмем на себя долг прежнего хозяина. Короче, сделаем хорошее дело. За мой счет, — успокоил я Крипа, все же настороженно держащегося в стороне и охреневающего, от таких новостей.
— Старина, продумай с народом, что потребуется для нормально оснащения мастерской, бери всего побольше и не жадничай. Можешь вложить денег в оснащение сколько хочешь, чтобы все оказалось по первому разряду. Сколько потратишь, потом посчитаем и выведем доли, — и я даю посмотреть Крипу бумагу, за сколько купил конкурента в этот раз.
— А, это хорошая цена, — признается Крип, думая раньше, что я отдал за пустой сарай с обременением те же девяносто золотых. Новая цена быстро примиряет его с действительностью, на двадцать сэкономленных золотых мастерскую можно хорошо укомплектовать, как конфетку.
Я оставляю ему ключи, забираю бумагу с печатью Ратуши и отправляюсь домой, чтобы плотно заняться общением с ювелирами, не замеченными мной в общей работе с Рыжими. Абсолютных гарантий у меня нет, конечно, но, работать с кем-то надо, и я надеюсь, что прибыль выше среднего поможет прикрыть узким специалистам один глаз на то, откуда у меня такие дорогие, очень дорогие украшения.
Дома я встречаюсь с Гритой, которую оповещаю о скором отъезде по заданию города и поэтому — строжайшая тайна вкладов, чего она, естественно, не понимает и надувается, оставаясь на такой долгий срок без надежного плеча и шикарного мужчины, как думаю я про себя.
— Парни, те, кто остались, приглядят за тобой, красотка. Да, Генс остается, он не разведчик, будет тебе с кем поболтать, — подкалываю ее, зная, что командир взвода Гвардии является ее основным собеседником и они как-то сильно сдружились.
Грита надувается еще сильнее, но, продемонстрированная ей на моей ладони стопка из пяти золотых мгновенно возвращает на милое лицо всю радость солнечного дня:
— Это, все мне?
Я улыбаюсь, деньги пропадают с ладони, и милая исчезает в своей комнате, вспомнив, что так много всего требуется купить. Вскоре я слышу, как она зовет Орнию на прогулку по лавкам, Клоя остается с детьми, а подруги очень быстро исчезают из двора.
Я, пока, залезаю в тайник, долго выбираю самое скромное украшение, которое я тогда купил в Теруме за шестьдесят местных золотых, потом второе, немного дороже, еще несколько отдельных элементов от других, из башен магов, и направляюсь на одну из площадей, которая так и называется — Золотая, где, в хорошо укрепленных лавках с охраной сидят ювелирных дел мастера.
Стоящие безумных денег украшения из башен на Севере я пока придержу, попробую наладить рабочие отношения с достойными мастерами, проверить их на честность и порядочность.
В Асторе есть традиция, мастеров одного вида деятельности размещать рядом друг с другом, чтобы покупатели не оббегали весь город, сбивая ноги, могли в одном месте познакомиться со всем ассортиментом и, самое главное, ценами. И, купцам приходится договариваться между собой, чтобы одну цену держать и не гадить друг другу.
Астрийские купцы, правда, сами держатся рядом, тоже не мешая торговать друг другу, поодаль от них торговцы из Бейств, так же держащиеся кучно.
Захожу в первую присмотренную лавку, где хозяином улыбчивый пожилой мужчина и показываю украшение.
— Что хотите за него? — похоже, что купец сразу разобрался со стоимостью вещицы.
— Я так понимаю, что, сразу за деньги — одна цена, а, если на продажу — другая?
— В, общем то, да, — любезно отвечает он мне, — Это украшение я возьму за двенадцать тайлеров сразу. Если продавать, то получится, примерно, пятнадцать.
— Ага, четверть себе забираете?
— Да, такая у нас ставка. Больше никто не даст, сразу говорю, — подтверждает он и я решаю не бегать по другим лавкам пока, не светиться с золотом.