Трое на практике (СИ)

Точно такие же монстры были в свите второго лича. Здоровенные, белесые, проворные. Разве что без даруемой личем защитой от магии. А следом за ними из портала выбрались и другие монстры — высокие, худые, с серой кожей, неестественно длинными руками и болезненно выпирающими ребрами. А еще у них были приплюснутые, напрочь лишенные глазниц головы и до отвращения широкие пасти с таким количеством клыков, что при виде них можно было смело хлопаться в обморок.
Один, два, три, четыре…
— Горты[1], — с ненавистью прошипел Ник, и его руки окутались знакомым синеватым пламенем. — Простому оружию не поддаются. Огня не боятся. Охотятся по ночам. Никогда не теряют след. Мерзкие твари…
— Что они делают? — тихонько спросила я, заметив, что нежить вопреки всему не торопится уходить, а напротив, окружив портал, выжидающе на него таращится. Так, словно ждет чего-то. Или же… кого-то?
В этот момент разрыв снова полыхнул, заставив не только нас, но и гортов крепко зажмуриться. А едва свет погас, оттуда вывалилась рослая, определенно похожая на человеческую фигура, держащая в руках два массивных, по самую рукоять залитых белесоватой кровью меча.
Сделав пару неуверенных шагов прочь от портала, неизвестный воин споткнулся и упал на одно колено, словно у него не осталось сил. Однако почти сразу снова вскинул голову и, обнаружив стоящую рядом с ним нежить, крепко выругался, с явным усилением поднимая оружие.
Горты атаковали его почти одновременно, не дав ни подняться, ни как следует замахнуться. Из их пастей вырвались длинные, увенчанные крупными присосками языки. Со звучным чоканьем прилепились к груди и спине и без того раненого мужчины. Похоже, впрыснули какой-то яд, потому что тот снова пошатнулся и безвольно опустил руки. А когда он все-таки упал, упыри с торжествующим шипением над ним склонились, не обращая внимания ни на нас, ни нас разбуженный, стремительно наполняющийся огнями лагерь.
— Ник… — ахнула я, поняв, что смельчака сейчас выпьют насухо. — Надо ему помочь!
— Бросай! Сейчас!
Второй раз упрашивать себя я не заставила. Судьба незнакомого воина была мне небезразлична. Кем бы он ни был, но ни один человек не должен умирать от зубов тварей скверны. Вот только, к сожалению, резерв за эти дни у меня полностью не восстановился. Но я все равно торопливо раскрутила щит, мельком подивившись, что смогла так быстро это сделать. И с силой толкнула вперед светящийся всеми огнями радуги магический диск, молясь про себя, чтобы неизвестный смельчак не надумал в это время поднять голову.
Ему, можно сказать, повезло — мужчина… если он был еще жив, конечно… так и не пошевелился. А вот щит, как и раньше, сработал на «отлично». Со свистом промчавшись через все поле, он успел разогнаться до такой степени, что прошел сквозь гортов, словно нож сквозь масло. После чего, разумеется, погас, но дело оказалось сделано: упыри, развалившись на части, осыпались вниз, и больше никто из них уже не поднялся.
Единственное, чего я не учла, это то, что скелетов… а их насчитывалось целых восемь штук… таким примитивным способом уничтожить не удастся. Да, сами по себе они довольно хрупки, и их довольно легко повредить. Однако если обычным костяшкам было достаточно одного хорошего удара, чтобы перестать существовать, то конкретно этих тварей убить оказалось не так-то просто.
Оставшись без ног, они почти не растерялись, а сперва грузно шлепнулись пузами на траву. Негодующе защелкали челюстями, завертели лысыми головами и, безошибочно определив, откуда прилетело заклинание, без малейших колебаний рванули в нашу сторону. При этом они на удивление ловко перебирали костяными обрубками и прямо на ходу перестраивали свои тела так, чтобы часть костей из туловища перенаправить вниз, к ногам. А затем в считанные секунды отрастили себе новые.
Ник, оскалившись, подпустил их поближе и, пользуясь тем, что накануне вечером в долине пролился небольшой дождик, пустил по траве волну льда, надеясь приморозить тварей так же, как делал это в подземельях.
 
Но и это их не остановило. Безжалостно оборвав почти по щиколотку вмерзшие в лед лапы, они лишь слегка замедлились. И не остановились, даже когда я торопливо создала второй щит. Как и в первый раз, он возник практически мгновенно. Уже активный. Полыхающий всеми оттенками алого, синего и зеленого. И я, не задумываясь, снова метнула его вперед, только на этот раз целясь не по ногам, а немного выше. В надежде, что с распиленным туловищем эти уроды хотя бы какое-то время будут недееспособными.
К сожалению, много времени второй щит нам не подарил. Твари, которых он добросовестно распилил на две части, этого словно не заметили. Даже не пошатнувшись, скелеты прямо на бегу склеились заново. Потом, как мне показалось, ускорились еще больше. И быть бы нам с Ником погребенными под их костлявыми телами, если бы в этот момент за нашими спинами не разгорелась большая звезда и, осветив ночное небо, не ударила тварям прямо под ноги.
Удар оказался такой силы, что земля перед нами пошла волнами, а траву мгновенно выжгло на много шагов окрест. Однако на этом «звезда» не остановилась и, едва коснувшись земли, словно мячик, подскочила обратно в воздух. После чего разделилась на восемь одинаковых огненных шаров. Те, в свою очередь, окутались каким-то сложным заклятием из школы Воздуха. После чего с силой разлетелись и буквально взорвали несущихся на нас скелетов. Причем так, что разнесли их на множество крошечных осколков. Да и те, пропав в траве, продолжали тихонько тлеть, постепенно истаивая, истончаясь и разлагаясь прямо на глазах.
— Эрт Ларун! — с облегчением выдохнула я, когда к нам приблизилась полуодетая, пышущая огнем и злая, как поверженный Саан, фигура. — Хвала богиням!
Куратор все еще был объят пламенем. Воздух вокруг него аж потрескивал от напряжения. Нам он едва кивнул, будто отметив и одобрив нашу тактику, однако рядом не задержался. И, выйдя за границы защитного контура, направился дальше в поле, по пути старательно выжигая места, на которые просыпались осколки костей, и пропахивая землю срывающимися с его пальцев молниями чуть ли не на локоть в глубину.
Я перевела дух, а Ник опустил сведенные плечи.
— Вы трое — за мной, — тем временем скомандовал Ларун, продолжая быстро удаляться. Запыхавшаяся Ланка бодро нам отсалютовала, но я не стала спрашивать, что именно она наплела, чтобы поднять учителя с постели. — Норие! В строй! Прикроете меня, пока я занимаюсь порталом.
— Так точно, эрт!
— Идете цепочкой. Смотрите в оба. Соблюдаете осторожность. Туда, где горит трава, не наступать. Каждое такое место — источник потенциальной скверны, и мне не хочется потом из вас ее выковыривать.
Мы послушно разошлись в стороны, следуя за куратором на некотором отдалении. А когда он прошел примерно половину расстояния до портала и остановился, встали полукругом. На случай, если кто-то из костяшек вдруг оживет. Или же если у гортов внезапно обнаружится свойство повторно воскресать из мертвых.
Какое-то время куратор стоял неподвижно, прикрыв глаза и что-то шепча себе под нос. А затем достал из кармана какой-то артефакт, и тот, словно напитанный лунным светом, потихоньку разгорелся, овеяв мага светло-голубым ореолом.
В этот момент мне так сильно захотелось выяснить, что именно он делает, что я посмотрела на него через «прозрение». А когда заклинание показало, что от амулета к порталу протянулась тонкая белесоватая ниточка и с поразительной скоростью создает внутри него… ну назовем это заплаткой… то и вовсе округлила глаза от удивления.
Ой-ей. Кто же такой Ларун, если владеет не только стихийной, но и вот такой магией?! Мне, например, о таких артефактах даже слышать не приходилось. А он медленно, но уверенно уплотнял и наращивал толщину заплатки. Он, стихийник! Похоже, преобразующие[2] артефакты для него не в новинку?
Желая в этом убедиться, я перевела взгляд немного дальше. А когда края разрыва принялись стягиваться и свет от него стал не таким ярким, неожиданно заметила в его основании слабую, почти угасшую, но определенно живую искорку, при виде которой отшатнулась и непритворно ахнула: