Трое на практике (СИ)
Вот как надо с нежитью бороться!
При всей своей живучести костяшки оказались довольно слабы, а магия, которая связывала их кости воедино, почти ничего не могла противопоставить простой грубой силе. Поэтому, воодушевившись, оставшихся пауков я сбила со стен уже своим собственным мешком, орудуя им наподобие огромной мухобойки. Тех, кто успел вцепиться в него зубами, безжалостно размазала о стены. Ну а тех, кому повезло избежать моих ударов, достала ногой. И только после этого поспешила нагнать друзей, гадая про себя, сколько времени понадобится крысо-пауку, чтобы собрать себя заново. И как далеко тянется узкий лаз, который по всем признакам должен был если не вывести нас на поверхность, то хотя бы немного повысить наши шансы выбраться из этого кошмара.
Глава 11
Сколько времени мы поднимались, не помню — к тому моменту, как Ланка сообщила, что лестница заканчивается, я так устала, что ноги и руки переставляла уже совершенно машинально. Подъем дался мне нелегко. Нику — и того хуже. И мы очень даже правильно обвязали его веревкой заранее, потому что раза два он все-таки оступился и чуть не свалился мне на голову.
— Ура! Я нашла выход! — радостно прошептала Ланка, когда мне уже стало казаться, что дурацкий лаз никогда не закончится. — Только его большая плита перекрывает! Тяжелая. И замков на ней никаких нет.
— Дак выломай ее к Саану и все дела, — устало отозвался маг, опираясь на металлическую перекладину здоровой ногой и держась за вторую той рукой, которая еще действовала.
— Только потише, пожалуйста, — подала голос и я. — Вдруг там нас тоже ждут?
— А что говорит твое «прозрение»?
Я тяжело вздохнула.
— Снова сбоит. В непосредственной близости от нас ничего живого и неживого нет, но о том, что творится дальше, я вам сейчас не скажу.
— А твоя тень? — с беспокойством уточнил Ник.
— Ушла, — неохотно сообщила я. — Куда — не знаю, не спрашивай. И вернется ли, тоже никто не скажет.
Маг помолчал, а я на всякий случай запустила свой «светлячок» по кругу, однако тень-помощница больше не показывалась. Да и холодок, который тлел у меня в груди после ее прикосновения, начал потихоньку уходить.
По мере того, как это происходило, размеры моей мысленной карты постепенно уменьшались. Сейчас она составляла едва ли четверть от того, что было изначально. Ну а поскольку мои резервы снова начали таять, а Ник в силу понятных причин больше не мог подпитывать их магией, то недалек был тот час, когда я опять ослепну. И вот тогда нам опять придется выбирать дорогу наугад, что в нашем и без того непростом положении было смерти подобно.
Пока я предавалась унынию, Ланка наверху усиленно пыхтела и сопела. Бить в полную силу пока не решалась — в подземельях звуки разносятся о-очень далеко. Поэтому, как я поняла, сперва она аккуратно обстучала каменюку по периметру, а теперь уперлась в нее спиной и пыталась выдавить наружу.
Как ни странно, это сработало — издав протестующий скрип, тяжеленная плита все-таки хрустнула, чавкнула и приподнялась, заставив Ланку испуганно замереть, а нас с Ником — тревожно вскинуть головы.
— Никого, — спустя несколько томительно долгих секунд сообщила ведьмачка, высунув наружу нос. — Кажется, мы в каком-то зале, но ничьих ног, хвостов и морд в пределах видимости не наблюдается.
— Вылезаем, — шепотом велел маг. — Ниэль, погаси свет.
Я послушно отозвала своих «светлячков» и спрятала за пазуху, отчего узкий лаз мгновенно погрузился в кромешную тьму. Ланка после этого осторожно выпрямилась, приподнимая плиту все выше. Затем, придерживая ее рукой, выскользнула наружу. Так же аккуратно и почти без шума уложила каменюку на пол. После чего огляделась и с облегчением прошептала:
— Чисто!
Ник немедленно пополз наверх и вполголоса ругнулся, когда ведьмачка, не дожидаясь, пока он со своей больной ногой до нее доберется, проворно вытянула его за веревку наружу. Я выбралась сама. А пока Ланка прилаживала плиту на место, мимоходом огляделась и чуть не присвистнула, увидев, куда нас занесло.
Это оказался не просто зал. Это было большое, прямо-таки по-великански громадное помещение, заполненное мягким сумраком и обладающее какой-то мрачно-торжественной атмосферой. Ни обычных, ни магических светильников в нем не было, однако сгустившуюся темноту разгонял легкий золотистый свет, струящийся от каждой из многочисленных, стоящих ровными рядами ребристых колонн. Причем толщина каждой из них была такой, что и втроем, наверное, мы с трудом смогли бы их обхватить. А в высоту они убегали настолько далеко, что даже при наличии освещения я скорее угадывала, чем по-настоящему видела далекий-предалекий потолок.
Что именно это было за место, я честно не поняла, но, пожалуй, даже наш император не счел бы зазорным устроить здесь званый прием. На полу, под толстым слоем пыли, проглядывала красивая мозаика. На глянцевой поверхности красиво отражались овеянные волшебным ореолом колонны. Однако это была не магия, нет. При всей скудности моих резервов я не ощутила ни заклинаний, ни следов остаточной магии… они просто светились, разгоняя кромешную тьму, и все. Но как это было сделано, за счет чего и каким законам подчинялось, я, хоть убей, не понимала.
А еще я не увидела поблизости ни мебели, ни люстр, ни других предметов интерьера. Вообще никаких признаков того, что это место было обитаемым. Однако даже без дорогого убранства оно выглядело красивым и величественным. Неудивительно, что на какое-то время мы, мягко говоря, растерялись и довольно долго топтались на месте, рассматривая это необъяснимое чудо.
— Странно видеть такое в подземельях, да? — наконец прошептала Ланка и непроизвольно поежилась, когда эхо тут же подхватило ее слова и разнесло по залу. — Жутковато, но впечатляюще… почти как в императорском дворце.
— Да уж, — не могла не согласиться я. Хотя, конечно, во дворцах мне пока бывать не приходилось.
Ник же тем временем похромал в сторону и, выглянув из-за ближайшей колонны, приглушенно воскликнул:
— Смотрите!
Мы с Ланкой поспешили его нагнать и, осторожно высунувшись из-за его плеча, восхищенно выдохнули — там, впереди, шагах в ста от нас, виднелись самые невероятные двери, какие нам только доводилось видеть. Огромные. Двустворчатые. Тянущиеся от пола до потолка. Они блистали и искрились в неярком свете колонн. А выглядели так, словно были отлиты из чистого золота.
Что это?
Как это?
И откуда такое богатство вообще взялось посреди испытательного полигона?!
Я даже готова была предположить, что подобная роскошь осталась от прежних владельцев замка, но даже если и так, то зачем им понадобилось обустраивать такой здоровенный зал глубоко под землей? И почему, кроме колонн, в нем больше ничего не было?
Обуреваемые смешанными чувствами, мы с ребятами быстро переглянулись и, недолго пошушукавшись, медленно направились к дверям. По сути, это были первые нормальные двери, которые мы здесь встретили и которые сулили выход из подземного лабиринта. Маловероятно, конечно, что прямо за ними мы увидим Ларуна и изведшихся от любопытства коллег. Но все же заглянуть за них было нужно, тем более что одна из створок оказалась слегка приоткрыта.
Аккуратно, перебежками, на всякий случай хоронясь за колоннами и соблюдая все меры предосторожности, мы подобрались к дверям вплотную и снова обменялись выразительными взглядами.
Так. Ник дальше не идет. У него нога больная.
Ланка вытащила из ножен оба своих меча и знаками показала, что прикроет. У нее это получится лучше, чем у всех остальных.
Ясно. Значит, на разведку придется идти мне. Как единственной колдунье, которая худо-бедно владела «прозрением».
Оно, кстати, ничего плохого не показывало — карта, отвечающая за этот участок пространства, была девственно чиста, непроглядно черна и выглядела абсолютно спокойно.
Ну ладно. Дошла. Пришла. Стою. Во все глаза смотрю на узоры, покрывающие обе раззолоченные створки от пола до потолка, и при этом смутно чувствую, что в них есть что-то знакомое. Идеально ровные, ни разу не пересекающиеся друг с другом золотые полукружия, выбитые на них непонятные символы, такие же непонятные значки, чуть более темный, идеально ровный диск, возле которого были изображены крохотные, широко раскинувшие в стороны руки человечки…