Фрикшоу (СИ)

— Прости, но я всё же хочу знать, кто придёт, если я просто посижу с тобой здесь? — сказала я, но увидела только, как Юджин резко закрывает дверь и поворачивает замок, отрезая нас от внешнего мира.
Я не знаю как, но он начал преображаться, буквально вырастая в груди раза в два, так, что рубашка натянулась. Его руки стали мощными и мускулистыми, а волосы слегка привстали, будто у него мурашки или перевозбуждение. Я вжалась в угол, наблюдая всё это, пока он убирал с колен чемодан, откладывая его слева от себя, после чего уселся в удобную позу, раскинув ноги. Поднял улыбающееся лицо с широко открытыми глазами на меня, от чего в груди похолодело.
— Ох, ну и повезло мне. И почему к нему липнут такие сочные киски?
Я затряслась от страха, понимая, что в замкнутом пространстве да ещё и с таким качком, мне не совладать. Если умудрюсь ударить коленом в голову, то вырублю ненадолго, но делать ставку на один удар очень опасно. Однако, по виду, мне хотелось верить, я была непоколебима.
— Юджин, что с тобой? Я обидела тебя чем-то? — попыталась найти хоть какое-то объяснение происходящему.
— Сладенькая, пока нет. Раздевайся, а я тебе конфетку достану, — сказал он, расстегнув ширинку, и приспустил одной рукой штаны, достав гигантский член, который был весь в венах и складках кожи.
Этот орган перекинулся через джинсы и свисал, лёжа на яйцах с мой кулак, потряхивая головкой из стороны в сторону.
Я сидела в оцепенении и смотрела на пульсирующие вены, накачивающие в него кровь, как на огонь. Одновременно со страхом в моём теле проснулось знакомое чувство желания и родства с этим предметом. Будь я уверена, что этот мужчина передо мной не нанесёт никакого вреда, или же его бы вообще не было, а был только член, то ничто бы меня не остановило перед жаждой взять его в руку и смотреть, как он растёт и крепнет. Одной из первых игр в моей молодости была сорвать с Роджера штаны и засосать его ещё мягкий член, наслаждаясь силой наделять мужские органы твёрдостью.
На самом деле, время для ремарки. В нашем настоящем найти маленький член почти нереально. Ходят легенды, что есть такие, которые целиком могут поместиться в руку, но я не видела, не то чтобы у меня лично большой опыт, хотя всё относительно, но интернет всё, что нужно, мне рассказал. А ещё он рассказал, что всему виной — глобальное бессознательно-отцовское «Ну чтоб с запасом», произносимое в кабинете планирования ребёнка.
Однако, вот таких гигантов я даже в интернете не встречала в молодости, когда пыталась познать границы своего тела различными заказами с экспресс-доставкой.
— Ты можешь сколько угодно делать вид, что боишься меня, но мы с тобой оба знаем, что ты намокла. Он… — показывая на свой член. — Чувствует таких как ты, страстно желающих. И тогда прихожу я, чтобы ублажать, — говорил мужчина с холодной улыбкой, полосуя мои ничем не прикрытые бёдра глазами.
Я опустила глаза вниз, но лучше бы этого не делала. Жилистый «Он» уже не свисал между ног парня, помахивая головкой, а был на уровне колен во всех смыслах: и по длине, и по высоте. Честно говоря, с меня уже хватит вчерашнего секса, после которого я так и не помылась. Теперь ещё здесь да с таким огромным. Но в одном он был прав: я так тряслась и трепетала, что боялась увидеть под собой лужу смазки. Возбуждение было очень сильным, но страх не давал возможности расслабиться. Это как сахар и соль вместе, в одном флаконе. Ощущение совершенно новое и крайне затягивающее.
— А теперь я начну считать от одного до пяти, и когда закончу, ты расстегнёшь плащ. И не потому что я попросил, а потому что сама этого сильно хочешь, — сказал он, улыбаясь, но его улыбка была ужасна. Не такая, как у Петра, а холодная и сковывающая, как у Роджера или Чеширского кота, как я его себе представляю.
Я снова сглотнула, глядя ему в глаза и заморгала. Отвернулась в окно и опустила глаза. Чёрт. Конечно, я хочу расстегнуть плащ, чтобы он смотрел на меня, желая, но куда это заведёт? Смогу ли я остановиться, если он хочет только этого? Играть по его правилам или попытаться ударить и выбежать?
 
— Раз.
«Что делать, Господи? Я точно заплачу сейчас, так часто моргаю».
— Два.
«Как же часто и глубоко я дышу, что за хрень?» — облизала пересохшие губы.
— Три.
«Блядь, к чёрту!»
— Слушай, я не в духе. Мне вчера секса хватило, и да, я возбуждена немного, — начала говорить, глядя на него, стараясь быть спокойной, но внутри меня трясло от страха и не только. — Ладно, сильно. Но я правда не хочу, особенно когда ты так смотришь и давишь.
Я думала, что он продолжит считать, и по итогу я упаду от панической атаки, но он остановился, изменился в лице и уже по доброму рассмеялся, не совсем, но уже лучше.
— Как скажешь, киска. Как тебя зовут? — словно другой человек.
— Мы же знакомились, ты не помнишь? Лана, — я по-прежнему смотрела на него с опаской.
— Со мной ты не знакомилась. Ты знакомилась с Юджином в очках, — он надел очки для демонстрации. — Ой, ну и хреновое же зрение у него. Потому что не стоит столько сидеть за компьютером, — расхохотался он.
— А кто ты тогда? — теряясь в ощущении реальности, спросила я.
— Я тоже Юджин, но нормальный. Видишь ли, мы делим одно тело. Я появляюсь тогда, когда агрегат чувствует текущих сучек и встаёт, а он живёт всё остальное время в теле. Печальной участью девственника, кстати, — с фальшивой грустью добавил он.
Я неопределённо улыбнулась, не понимая, шутит он или действительно верит в это. Может у него психическое расстройство?
— Ты серьёзно сейчас?
— Да, конечно. Слушай, Лана, раз уж ты не хочешь заниматься сексом, то можешь помочь мне вернуть Юджина девственника?
Я непонимающе заморгала глазами. Так-то с большим удовольствием, потому что этот перекаченный Юджин меня пугал.
— А что нужно делать? — настороженно спросила я.
— Мне для этого нужно кончить, иначе этот член так и будет стоять, а я буду проводить время с тобой за скучной беседой или пялиться в окно. Я это терпеть не могу. Не для того я был рождён.
Пока он говорил, на моём лице появилась надменная улыбка вместе с мыслью в голове: «Ах ты хитрец! Попытка давления не вышла, и ты решил зайти с другой стороны?» Но играет он мастерски, тут я отдаю ему должное.
— Ты можешь не верить мне, твоё право. Я хотел тебя попросить расстегнуть плащ, раз уж ты сама хочешь этого, чтобы я мог подрочить, глядя на тебя. Можешь не помогать, но тогда я дольше буду это делать, — с этими словами он взял свой член правой рукой у основания, а левой раскрыл чемоданчик и достал смазку в тюбике.
Смазав его во всю длину, достал и положил рядом круглый контейнер с резиновым отверстием и несколько салфеток. Я сидела, прикусывая губы и наблюдая за этим.
— Ох, неплохо… — он сел на диване поудобнее и двумя руками стал мастурбировать возвышающийся орган со скользкими хлюпающими звуками, от которых я заводилась с каждой секундой.
Мыслительный процесс шёл тяжело, а губы уже болели от закусываний. О, как мне хотелось прикоснуться к нему, но было страшно. А не глядя на член, становилось ещё легче представить, что он хлюпает во мне. Я медленно потянулась к пуговице плаща, делая вид, что смотрю в окно, и расстегнула, поведя плечами, скинула его до предплечий, оголяя грудь и напряжённые соски.
— Красотка какая, да… — сказал он, и его темп стал более размеренным, но резким, будто он вколачивает свой член в руки. — Не хочешь тоже подрочить? Присоединяйся.
Не знаю, что он имел ввиду. Подрочить ему или себе, но краснея и ломаясь от желания выбрать первое, выбрала последнее. Откинувшись немного на спинку, я упёрла правую ногу в сиденье его дивана, а левую раздвинула так, чтобы он видел немного мою щёлку. Задница клеилась к кожаному сиденью от обилия смазки. Ногтями с длинным маникюром сложно себе ничего не расцарапать, но страшно хотелось хоть что-то засунуть внутрь себя.
— Ох какие пухлые губки у твоей щёлки, отшлёпать бы их членом… — проговорил он, пожирая взглядом моё лоно.