Могучая крепость (ЛП)

— Боже мой. — Голос Кайлеба звучал почти благоговейно. — Как, во имя всего истинно святого, ей это удалось?
— Очевидно, я не смог расспросить её обо всех подробностях, так как я даже не понимал всего, что она задумала, до тех пор, пока я не направился в обратный путь сюда. Если уж на то пошло, я даже сейчас сомневаюсь, что на самом деле выяснил всё. Но судя по тому, что я видел, как она работает, вероятно, это не потребовало и близко тех усилий, которые это потребует по предположениям Клинтана. Я бы предположил, что она, вероятно, была единственным человеком за пределами самого «Круга», которому Уилсинн доверил имена всех членов своей группы, и если бы мне пришлось выбрать самую опасную вещь в ней, с точки зрения Клинтана, то такой является то, что она строит планы на будущее… с большим запасом.
— Я сам отслеживал ситуацию с Кахниром, так что у меня довольно хорошее представление о том, что она сделала в его случае, и я бы предположил, что она использовала ту же технику с большинством других. С вариациями, конечно. Но, проще говоря, она определила людей, наиболее подверженных риску из-за их связей с «Кругом», и организовала — в случае с Кахниром, как минимум, много лет назад — сеть, чтобы быстро и незаметно вытащить их в случае чрезвычайной ситуации. Её идея о том, как поддерживать оперативную безопасность, заставляет любого другого, кого мы уже видели, даже вас, Ваше Высочество, — он улыбнулся Нарману, — выглядеть абсолютным болтуном. Я гарантирую вам, что ни один из людей, которых она собиралась спасти, не знал о её планах больше, чем тот же Кахнир. Таким образом, даже если бы один из них и был схвачен, он не смог бы раскрыть существование сети кому-либо ещё. И я почти так же уверен, что люди, чьё спасение она организовала, понятия не имели, кто она такая и как вступить с ней в контакт. Это была сотовая система — «спящие ячейки», так их называли на Старой Земле — которая уже была на месте и ждала задолго до того, как Клинтан обнаружил существование «Круга». Всё, что ей нужно было сделать, это передать заранее подготовленные приказы о начале действий своим… эвакуационным командам.
— Похоже, нам нужно нанять её для работы на тебя, Нарман, — сказал Кайлеб, глядя на пухлого маленького изумрудца с ехидной улыбкой.
— Как по мне, Ваша Светлость, нам нужно создать её собственное специальное бюро и назначить её ответственной за тайные операции, — очень серьёзно ответил Нарман. — Я никогда не предпринимал ничего подобного масштабу, описанному Мерлином, и уж конечно не прямо под носом у Инквизиции, но я думаю, что могу понять возникающие трудности. И степень предусмотрительности и планирования. Я понимаю, что у неё были годы — десятилетия — чтобы привести всё это в порядок, но я по-прежнему глубоко впечатлён.
— Что ж, — выражение лица Мерлина было серьёзным; теперь же оно определённо стало мрачным, — я согласен с вами, что впечатлён ей, Ваше Высочество, но не ожидайте, что в будущем она будет такой же. — Он глубоко вздохнул. — Возможно, она вызволила двести человек; однако, судя по тому, что удалось выяснить Сычу, Клинтан арестовал почти две тысячи.
— Две тысячи? — повторила Шарлиен очень тихо и осторожно ошеломлённым тоном, и Мерлин медленно кивнул.
— «Круг» Уилсинна был намного больше, чем мы подозревали, — тяжело сказал он. — В дополнение к нему и его брату, было по меньшей мере двадцать других викариев — а может быть и ещё больше; на данный момент, согласно отчётом дистанционных датчиков, оставленным Сычом в Зионе, он арестовал более тридцати. Кроме того, он арестовал семьи всех обвиняемых викариев — кроме тех, кого вытащила Анжелик — а также каждого человека из личного персонала викариев и их семей. И они арестовали пятьдесят епископов и архиепископов, а также всех их ближайших родственников.
— Тридцать викариев? — Стейнейр покачал головой, выражение его лица было таким потрясённым, каким Мерлин его ещё никогда не видел. — Это десятая часть всего викариата!
— Я знаю об этом, Ваше Высокопреосвященство. И не думаю, что он уже закончил. Очевидно, он пользуется этой возможностью, чтобы очистить викариат от всех, у кого, по его мнению, может хватить смелости выступить против него. И, — лицо ПИКА Мерлина было высечено из гранита, — Инквизиция уже объявила, что намерена применить со всей строгостью Книгу Шуляра к любому «мерзкому, отрёкшемуся и проклятому предателю, который предал свои клятвы Богу, Архангелам и Матери-Церкви, кем бы он ни был или какую бы должности он ни занимал», а также их семьям.
 
Шарлиен подняла руку, прикрывая рот, а Кайлеб злобно выругался вполголоса. Выражение лица Нармана по факту совсем не изменилось, и всё же в его глазах появилось странное ожесточение — нечто ледяное, скорее ощущаемое, чем видимое — а выражение лица Сихемпера было подходящим зеркалом для ярости Кайлеба. Но выражение лица Стейнейра было, во многих отношениях, самым пугающим из всех.
Мейкел Стейнейр был мягким, сострадательным и любящим человеком. Любой, кто когда-либо встречался с ним, знал это. Но у этой мягкости и сострадания была и другая сторона — яростная защитная сторона. Та сторона, которая сделала его настоящим пастырем. И в тот момент, когда Мерлин посмотрел на архиепископа Черис, он увидел пастуха, стоящего между своим стадом и одним из шестиногих сэйфхолдийских «горокотов» с охотничьим копьём в руках и жаждой убийством в сердце.
— Как ты думаешь, Мерлин, он действительно готов это сделать? — Тон клинической отстранённости Нармана никого из них не обманул. Все они посмотрели на него, и изумрудец пожал плечами. — Я имею в виду, думаешь ли ты, что Трайнейр, Мейгвайр и Дачарн позволят ему сделать что-то настолько глупое?
— Я не знаю, — честно ответил Мерлин. — Анжелик гораздо лучше, чем мы, понимает, что происходит внутри викариата и «Группы Четырёх». Из того, что она рассказала, я думаю, что Дачарн остановил бы Клинтана, если бы мог, но Мейгвайр, по сути, ничтожество. Хуже того, по мнению Анжелик, он, вероятно, согласен с Клинтаном в необходимости подавления любой возможной оппозиции. И я сомневаюсь, что у него хватит моральной стойкости или достаточного авторитета в «Группе Четырёх», чтобы остановить это, даже если бы он захотел. Трайнейр достаточно умён, чтобы понять, какой ущерб может нанести такого рода бесчинство, но я боюсь, что в краткосрочной перспективе он достаточно отчаялся, чтобы согласиться. Вопрос, который я кручу в голове, заключается в том, собирается ли Дачарн попытаться остановить Клинтана… или признает, что он не может. Что всё, чего он может добиться — это добавить в список ещё одну жертву — на этот раз из самой «Группы Четырёх».
— И, мне неприятно это говорить, Нарман, — резко сказал Кайлеб, — но с их точки зрения это может показаться совсем не глупым. Их флоты достаточно близки к завершению, чтобы они были готовы, по крайней мере, скоро начать контратаку. В то же время престиж и авторитет «Группы Четырёх» сильно пострадали от всех неудач, которые они пережили на сегодняшний день. Не говоря уже о том факте, что остальная часть викариата знает, что вся война началась исключительно из-за того, что «Группа Четырёх» облажалась. Я не знаю насчёт Дачарна, но Клинтан, наверняка, а также Трайнейр и Мейгвайр, почти так же наверняка, рассматривают это как возможность восстановить железную хватку на шее викариата. Они собираются подавить любой возможный голос внутренний оппозиции — особенно любой голос, который мог бы посоветовать умеренность в победе — прежде чем они натравят на нас свой новый флот. И если они победят, они сделают то же самое со всеми нашими людьми. Они думают, что создадут столько ужаса, столько страха, что никто никогда больше не посмеет спорить с их интерпретацией Божьей воли и их собственной силы.
Карие глаза императора потемнели, когда он представил тот ужас, в который превратится Церковь Господа Ожидающего, если победит «Группа Четырёх».
— В долгосрочной перспективе это уничтожит их и, возможно, и саму Церковь, — продолжил он, и голос его по-прежнему был горьким и холодным. — То зверство, о котором они говорят, постигло так много мужчин и женщин — и детей, чёрт бы забрал их чёрные сердца в ад — которые известны всей остальной части викариата? Которые являются двоюродными братьями, тётями и дядями остальных членов викариата? — Он покачал головой с мрачной уверенностью пророка. — В конце концов, даже те, кто больше всего боится их в настоящий момент, будут помнить. Возможно, ни у кого из них не хватит мужества и моральной стойкости противостоять им сейчас, но, в конце концов, они вспомнят, что даже ящерицы-падальщики могут одолеть великого дракона… если их будет достаточно и что-то его отвлечёт.